Покинув Невостребованные Могилы, мы ждали ночи.
С наступлением темноты мы собирались наложить проклятие на эту землю и, используя силу порчи, поднять мертвых — создать армию из тех, кто покоился здесь веками.
Однако Лояр и Эпинхаузер должны были остаться нетронутыми. Для этого было много причин — уважительных и личных. Мы решили это заранее. Так и будет.
Но вскоре ситуация приняла неожиданный оборот.
На кладбище было слишком много скорбящих. Особенно бросались в глаза люди в военной форме — и с каждой минутой их становилось всё больше.
Встретить солдат в столице было делом обычным, но такое количество именно здесь, на Национальном кладбище, выглядело странно.
— Похоже, они вернулись из Серандии, — пробормотала Оливия. — Наверное, получили отпуск после оккупации.
— Похоже на то, — ответил я.
Армия Альянса собиралась переждать зиму, но не всех оставили на позициях. Некоторым позволили вернуться домой.
Разумеется, вернулись не простые солдаты, а те, кто заслужил привилегию — офицеры, маги, рыцари.
И теперь, первым делом, многие пришли сюда — на могилы товарищей, павших в Серандийской кампании и во время инцидента у Врат.
В прежней истории Серандийская война не заканчивалась зимой — армия Альянса должна была стоять до конца холодов.
Но теперь, когда Серандия умиротворена, гарнизон обеспечил безопасность, и некоторых отпустили обратно.
Солдаты возвращались в столицу через массовую телепортацию — редкую роскошь, доступную лишь избранным.
На кладбище прибывали и одиночки, и целые группы. Все они приходили сюда по одной причине — почтить память павших.
Однако их присутствие осложняло всё.
— Магия подавления восприятия не всесильна, — тихо сказала Харриет. — Среди них могут быть и рыцари, и архимаги. Они почувствуют даже малейшее искажение.
— Верно, — кивнул я.
Высокоуровневая магия могла скрыть нас от обычных глаз, но не от тех, кто видел сквозь чары.
А если нас заметят хотя бы раз — не будет второго шанса.
— Уходим, — сказал я. — Если кто-то из королевских магов нас заметит, будет головная боль.
— Согласна, — кивнула Оливия.
Мы ушли прежде, чем стали привлекать внимание.
Похоже, даже простая разведка в этом месте превращалась в риск.
——
Вскоре мы оказались в небольшом парке неподалёку.
Я и Оливия сидели на покосившейся скамье, а Харриет вернулась из короткой пространственной разведки.
— Я проверила, — сказала она, — союзные войска продолжают возвращаться на площадь перед Императорским дворцом. Массовая телепортация не прекращается.
— Они празднуют победу, — усмехнулась Оливия, скрестив руки.
Да, это была победа. Пусть с потерями, но всё же — победа.
После таких битв армия нуждается в отдыхе, и власть имущие наверняка решили устроить его для поддержания духа.
— Это нужно им, — сказала я. — Слишком много погибших.
— Может быть, — откликнулась Харриет, — но тех, кто не может вернуться, это только расстроит.
Оливия хмыкнула:
— Думаешь, у многих вообще есть куда возвращаться? Большинство потеряли всё. Видела, что творится в столице? Если так тут, то что в остальных городах?
— Да… — вздохнула Харриет.
Для многих солдат казарма с едой и крышей над головой — лучшее, что у них осталось. Даже если дадут отпуск, не все захотят уходить. Некоторым попросту некуда возвращаться.
Вот почему часть даже низкоранговых смогла попасть в столицу — не по положению, а потому что желающих было немного.
——
— В любом случае, — сказала я, — мы не можем быть уверены, кто сейчас на кладбище.
— Да, — подтвердила Оливия. — Может быть кто угодно: от простых посетителей до мастеров ранга Шанафеля. Если нас поймают, охрану усилят, и второй попытки не будет.
— А убить всех, чтобы провести ритуал, — не вариант, — сказала Харриет, нахмурившись.
— Конечно нет, — вздохнула Оливия. — Тогда смысл создания Рыцарей Смерти пропадает.
Мы попали в замкнутый круг.
Если дождёмся ночи, людей станет меньше, но риски всё равно останутся.
Если действуем сейчас — нас могут обнаружить.
— Чёрт, надо было прийти днём раньше… — пробормотала Оливия.
Харриет же спокойно заметила:
— Даже если мы подождём, вероятность чрезвычайной ситуации остаётся. Империя усилила бдительность, и любое нарушение привлечёт внимание.
— Понимаю, — кивнул я.
Если вспыхнет сражение, то на нас могут обрушиться силы, с которыми даже Харриет не справится.
——
План требовал пересмотра.
Ночью кладбище опустеет, но всё равно оставались шансы быть замеченными.
А ведь поблизости есть место, где почти никто не появится…
— Изменим порядок, — сказал я.
— В каком смысле? — спросила Харриет.
— Начнём с того, где меньше глаз.
Я поднял взгляд на север, туда, где за стенами дворца темнели мраморные шпили.
— Королевский мавзолей. Начнём с него.
Я помогал Бертусу в одностороннем порядке, никогда не спрашивая разрешения.
И теперь, если бы он узнал, чем я занимаюсь… если бы он захотел убить меня после этого — у него было бы полное право.
Нет разницы между национальным кладбищем и королевским мавзолеем.
Если Бертус узнает, что я собираюсь использовать кости предков, чтобы создать Рыцарей Смерти для нашей армии, — думаю, он просто прикусит язык и умрёт на месте.
Поскольку помощь была односторонней, грабёж будет тоже односторонним.
Мы действуем сами по себе.
Народное кладбище казалось проще, но из-за внезапно вернувшихся войск всё усложнилось.
Чем больше глаз, тем выше риск. И эти глаза, скорее всего, принадлежат тем, с кем лучше не встречаться.
Так что сперва — королевский мавзолей.
А потом — национальное кладбище.
Создать Рыцарей Смерти и исчезнуть прежде, чем нас успеют заметить.
——
— Похоже, нам придётся пробраться во дворец… — сказала Оливия.
Мы находились к северу от столицы. На юге, за линией домов, высились массивные стены Императорского дворца — укреплённые как магией, так и камнем.
Магический барьер вокруг него был того же уровня, что защищал храм.
При полной активации он мог выдержать даже град метеоров.
Кроме того, он блокировал демоническое проникновение.
В отличие от обычных демонов, Саркегаар и я могли пройти, изменив форму.
Айри — нет.
Шарлотта, полудемон, жила во дворце без проблем, так что, видимо, барьер можно было частично отключать или обходить.
Она рассказала нам о нескольких возможных способах проникновения.
——
— Существует подземная система водных путей, — объяснила Шарлотта. — Через неё можно добраться до канализации дворца. Конечно, Империя не глупа — проход защищён магией и барьерами, но если их удастся рассеять, мы сможем войти. По крайней мере, внимание на нас никто не обратит.
Да, слабые места существовали. Но каждое из них охранялось.
Шарлотта упомянула тревожные чары и магические шлюзы, которые перекроют путь любому нарушителю.
Если бы мы сумели пройти — смогли бы попасть внутрь незаметно.
Но шанс был ничтожен.
И, разумеется, Шарлотта не знала надёжного способа. Если бы знала, её, как члена императорской семьи, обязали бы устранить такую брешь.
——
— Можно попытаться попасть туда под видом торгового каравана или дани, — предложила Оливия. — Но тогда нас должны пропустить на КПП, и малейшая ошибка нас погубит.
— Понимаю, — вздохнула Харриет. — Можно было бы оглушить кого-то с пропуском и украсть удостоверение личности, но это бессмысленно, если войдёт только один из нас.
Мы перебирали всё:
маскировку, водные пути, подземные ходы, даже притворство слугами.
Но связи с королевской семьёй у нас больше не было, а просить Бертуса открыть нам двери — самоубийство.
——
— В крайнем случае можно прокопать тоннель под дворцом, — сказала Харриет. — Но тогда мы вмешаемся в магический барьер. Без защиты не выжить.
Даже для Харриет это было слишком.
Магия не могла решить всё.
Каждый известный способ был уже учтён защитниками.
——
— И как ты собираешься попасть внутрь, если всё это не работает? — спросила Оливия.
— Не то чтобы невозможно, — ответил я. — Просто… опасно.
Опасно — но не безнадёжно.
— Мы должны быть максимально осторожными, — сказала Харриет.
— Если бы мы пришли днём раньше, всё было бы проще, — пробормотала Оливия. — А теперь риски вдвое выше.
Мы не знали, удастся ли сбежать, если нас поймают при попытке ограбить королевский мавзолей.
И уж точно нельзя было оправдаться словами «у нас были причины».
Нет, это было преступление — и мы это понимали.
——
— Магия нас туда не доставит, верно? — спросила Оливия.
— Реалистично — нет, — ответила Харриет.
Телепортироваться во дворец невозможно.
Но был один способ. Самый нестандартный.
— Воспользуемся экстрасенсорными способностями, — сказал я.
— Сверхъестественными…? Ты имеешь в виду…
— Да. Мы недавно встретили одного. Нам нужен Коно Линт.
——
— Не уверен, что он уже прибыл, — добавил я, — но у нас есть место встречи. Возможно, он там.
— Подожди, — удивилась Харриет. — Линт согласился помочь? Когда ты успел это устроить? Ты что, был на базе союзников?
— А? Разве я не договаривался с ним? — нахмурился я.
— Нет! — одновременно сказали обе. — Тогда с кем ты договаривался?
— С Саркегааром.
Выражения лиц Харриет и Оливии мгновенно испортились.
— …Серьёзно? — спросила Оливия.
Я пожал плечами.
— Я дал обещание человеку, которого собирался взять. Разумеется, без его согласия.
— Ух ты, — выдохнула Харриет. — Рейнхард, ты и правда не меняешься.
——
Местом встречи стала старая база Ротари-клуба — подземный водный путь под мостом Бронзовые Ворота.
— Ты с ума сошёл?! Что ты хочешь, чтобы я сделал?! — заорал Коно Линт, оказавшийся там насильно.
Антириан держал его за плечо, а рядом стояла «женщина-солдат Альянса» с незнакомым лицом — но я узнал Саркегаара мгновенно.
— Ты должен кое в чём помочь, — сказал я.
Когда я хлопнул его по плечу, лицо Линта посинело.
— Не трогай меня, извращенец!
— Что?
Остальные переглянулись — они явно не понимали, о чём он.
——
— Почему я должен тебе помогать?! — крикнул он, и его голос эхом отозвался по канализации.
Ротари-клуб давно перестал существовать, а беженцы ушли в лагеря. Никто не услышит даже если он будет кричать до хрипоты.
— Потому что кроме тебя никто не сможет, — ответил я спокойно.
— Это не похоже на просьбу, — буркнул он.
Но я был прав.
Сверхъестественные силы почти невозможно заблокировать.
Проникновение во дворец для Коно Линта — детская игра.
— Если бы я знал, что всё зайдёт так далеко, я бы не пришёл! — крикнул он.
— Правда? Тогда зачем ты здесь?
В этот момент Саркегаар перестал изображать солдата.
Его тело исказилось, и перед нами снова появился граф Аргон Понтеус — старая маскировка.
Лицо Коно Линта побледнело.
— Меня снова… обманули… — прошептал он.
— Некоторые вещи в тебе не меняются, — сказала Харриет.
— Нет! Я просто… помог девушке, которая попросила! Это не то, о чём вы думаете! — завопил он, лицо пылало. — Чёрт… всё время одно и то же!
Он всплеснул руками, сжав кулаки.
— Да! Всё! Отныне единственные девушки, которые будут портить мне жизнь, — это такие, как вы! Меня больше не обманешь!
Саркегаар едва не захохотал, а я лишь устало провёл рукой по лицу.
Подумать только — Коно Линт, возможно, самая большая жертва моих проделок.
— Эй… — начала Оливия. — Вы часто… сталкиваетесь с таким?
— Лучше не спрашивай, — вздохнула Харриет.
Я бросил на Линта тяжёлый взгляд.
Он понял намёк и осёкся.
— Ладно, ладно! Ничего не скажу!
——
И вот — собралась наша странная компания.
Я, Харриет, Оливия, Саркегаар, Антириан и Коно Линт.
В канализации под мостом.
Перед началом, возможно, самой безумной операции из всех.