Оливия Ланце и жрецы успели лишь на мгновение посмотреть на появившуюся орду духов, прежде чем были вынуждены немедленно вступить в бой.
Сражение с этими гигантскими, бесформенными существами казалось чем-то иным, нежели битвой — оно больше напоминало акт выживания перед лицом немыслимого.
Их противники были воплощением безмерной, всеобъемлющей ненависти, и даже одного взгляда на них хватало, чтобы поколебать разум.
Они разделились на десятки сгустков душ, парящих в воздухе, и обрушились на ряды Святых Рыцарей и жрецов.
— Ааааа!
— А… О... Боже мой…
Духи молниеносно окружили их, заставляя корчиться в агонии: изо рта у одних шла пена, другие теряли сознание или рвали на себе волосы.
— Птооэй!
— Пффф!
Не выдержав адской нагрузки на разум и тело, жрецы и рыцари один за другим начали гротескно раздуваться… и лопаться.
Те, кто не разорвался, начали вести себя странно.
— Урргх!
— Шк!
Словно поражённые невидимым безумием, они начали размахивать мечами, не разбирая, кто друг, а кто враг.
— Одержимость…
Подобные явления случались и раньше — злобные духи время от времени овладевали живыми, толкая их на безумные поступки. Но теперь всё было иначе.
Высококвалифицированные жрецы, с выдрессированной волей — даже они не смогли сопротивляться. Эти духи были слишком сильны.
Некоторые не выдержали даже самого процесса одержимости — их тела рухнули, мертвыми ещё до конца вселения.
Это были духи, чья мощь превосходила всё, с чем они сталкивались ранее.
Фрагменты духов, вырвавшиеся из павших тел, судорожно метались в поисках новых носителей.
Оливия знала, что не умеет излечивать тех, кого уже захватили. Оставалось лишь одно: остановить духов до того, как они овладеют телами.
Она бросилась вперёд.
— Суд над теми, кто сбился с пути чистоты!
Её меч, Тиамат, отозвался на зов — и засиял мягким, золотым светом.
Времени на сомнения не было. Если промедлить, священники погибнут. Она должна сделать всё, что в её силах.
— Мир тем, кто не может найти покоя…
— Оооооо!
Она рванулась к одному из духов, пытавшемуся проникнуть в тело, и вонзила в него Тиамат с гневом и решимостью.
— Сила искоренить всех существ, сбившихся с пути…
— Вспышка!
— Скрииич!
— В моих руках!
Оливия Ланце — единственный священник в мире, что не взывал к божествам.
С грохотом, сопровождаемым всплеском божественной энергии, переплетённые в ней духи разлетелись на тысячи искр и исчезли. Оливия и остальные видели это ясно.
— Они не непобедимы! — крикнула она священникам. — Стойте твердо и сражайтесь! Это просто души, что не смогли найти покой — и теперь собрались со всего мира!
На её яростный клич жрецы стиснули зубы.
Они — те, кто владел силой, способной противостоять нечистому.
Они могли забыть, с чего всё начиналось, но именно изгнание тьмы было их истинной миссией.
Они не имели права дрогнуть.
Неважно, насколько сильна была их ненависть. Эти духи — уничтожаемы.
Король Демонов вернулся.
Он говорил, что его не будет долго, но вернулся менее чем через месяц.
Однако, увидев его, даже ближайшие соратники ощутили: в нём что-то изменилось.
— Рейнхард…?
— Это было какое-то время. Как ты поживала?
— Ах… Это ты… Ты говорил, что вернёшься нескоро… Почему ты прикасаешься к моим волосам…?
Когда Рейнхард ласково провёл рукой по волосам Харриет и сказал, что скучал, на его лице светилась искренняя радость.
В его взгляде, движениях, словах — всё в нём дышало ощущением долгого пути.
Он стал другим. Уверенным, спокойным, собранным. Даже его присутствие ощущалось иначе.
— Где Шарлотта?
— Должна быть в своём кабинете.
— Ничего не случилось?
— Ах… Ну, об этом…
— Что? Что-то случилось?
— Думаю, лучше, если ты услышишь это от Шарлотты.
Хотя времена года не сменились, многое изменилось. Пока он отсутствовал — мир не стоял на месте.
Я всегда знал — в мире нет абсолютной справедливости.
Я знал: каждый выбор — это отказ от чего-то другого.
Я знал: стоя на вершине, невозможно не принести чью-то судьбу в жертву.
Но когда эта истина перестала быть теорией — когда я увидел последствия собственными глазами — я осознал: я не готов.
— Лиана это сделала…?
— Да.
Лиана сортировала беженцев.
От её руки пали бесчисленные выжившие.
Я слушал спокойный доклад Шарлотты… и тупо кивал.
Я боялся, что в моё отсутствие произойдёт нечто непоправимое.
Но оно уже произошло.
— Поиск выживших приостановлен до твоего возвращения. Перенос базы — тоже.
— …Понятно.
Шарлотта заморозила все решения, ожидая моего слова.
В отличие от меня, она видела то, чего я не замечал.
Я всё больше осознавал: на её месте должен был быть не я.
— Кстати, где ты был?
— Далеко…
— Ты изменился.
— Правда?
— Да. Не знаю, как объяснить…
Шарлотта, как и Харриет, смотрела на меня иначе.
Я пробыл в месте, где время текло иначе.
Если скажу это прямо — поверят ли они?
— Что ты делал?
— Рубил дрова. Пахал поля.
— …Что?
Шарлотта подумала, что я шучу… но не смогла улыбнуться.
Проблема Лианы была глубже, чем просто суд.
Она загнала выживших в яму, полную злобной энергии.
— Мстительные духи?
— Да. Люсиниэль предупреждает: это может стать проблемой.
Я знал, что призраки существуют, видел их в Совете вампиров.
Но если верить Люсиниэль — их скопление может повлиять на реальность.
— Оливия Ланце отправилась туда сегодня утром.
— Она вполне подходит для этой задачи.
— Думаешь, стоит вмешиваться? Отказ от Порта-Мокна решает проблему. Но они решили устранить сам источник.
С помощью Тиамата и меня, Оливия должна справиться.
— Империя также формирует экспедиционные силы.
— Подавление Врат?
— Да. Малые отряды уже не справляются. Грядёт решающая война.
Если они проиграют — человечеству придёт конец.
— Нам нужны свои контрмеры.
Возможно, мы не сможем действовать открыто, но мы должны быть рядом.
— В любом случае… спасибо, что держала всё под контролем.
— А… это… это мой долг…
Шарлотта слегка покраснела.
Я узнал то, чего не хотел знать — но должен был.
И понял: привезти Шарлотту в Эдину было правильным решением.
Я вернулся из Резайры… но всё было не так.
Мир — чужой. Эдина — сломана.
Пришло время встретиться с Лианой.
Хотя она обманывала меня, она верила, что действует во благо.
Нам предстояло поговорить.
Я хотел увидеть Элерис… или Люсиниэль. Но их не было.
Во дворце остался лишь Антириан, вернувшийся из экспедиции.
— С возвращением, Ваше Высокопреосвященство.
Как и всегда, Антириан выглядел безупречно вежливым — в его голосе звучало уважение, в словах не было ни тени дерзости. Но под всей этой учтивостью скрывалось что-то зловещее. Я чувствовал это — всегда чувствовал.
И всё же… я не думал, что когда-нибудь буду рад увидеть этого старика. Но сейчас был рад. По-настоящему.
— Всё закрутилось куда быстрее, чем я ожидал.
— Это можно назвать удачей, — мягко отозвался он.
Хотя, по правде говоря, ничего быстро не решилось. Наоборот, чем больше мы пытались разобраться, тем запутаннее становилась ситуация.
В какой-то момент мне пришлось просто остановить объяснения и принять: так будет проще.
До сегодняшнего утра я всё ещё находился в Резайре.
И теперь, стоя здесь, мне казалось, будто всё, что я пережил там, случилось в другой жизни.
Ни дня уже не будет, когда я смогу вернуться туда.
И не стоит надеяться на это. Даже если всё сложилось бы идеально — там остались бы люди, за которых я был в ответе.
Так что, пожалуй, лучше воспринимать всё это как очень, очень долгий сон.
Сон, в который я был заброшен без предупреждения… и из которого так же внезапно пробудился.
— В любом случае, вы пришли за мной. У вас есть определённая цель?
— Думаю, мне следует отправиться в Порт-Мокна.
— Ах… Порт-Мокна? — губы Антириана изогнулись в лёгкой, почти понимающе-ироничной улыбке. — Я слышал, что там произошло кое-что тревожное.
Он говорил так, будто знал больше, чем показывал.
Как будто догадывался о моих намерениях… и, возможно, даже о моих чувствах.
Оливия уже направилась туда, чтобы разобраться с ситуацией.
Но я не знал, что именно её там ждёт. Не знал, насколько серьёзна угроза. А значит, не мог позволить себе бездействие.
— Тогда начнём подготовку немедленно.
Антириан плавным движением поднял руку.
Магические символы вспыхнули в воздухе, и энергия закружилась вокруг нас — он начал заклинание массового телепорта.