— Они все пустые.
Зал Героев. Второй этаж.
Оливия и я открыли несколько каменных гробов — и все до одного оказались пустыми.
Их было слишком много, чтобы осмотреть каждый, но уже было ясно: где бы мы ни открыли крышку, нас ждала лишь пустота.
Даже Харриет онемела.
Коно Линт дрожал.
— Это… это должно значить… — начала Харриет.
— Что наша идея, возможно, пришла в голову и другим, — ответил я.
— Ага…
Возрождение героев прошлого в виде нежити, чтобы использовать их силу — зловещая, но, в сущности, человеческая мысль.
И если мы додумались до этого, могли ли другие — не додуматься?
— Но кто-то должен был прийти сюда до нас… и оживить трупы? — пробормотала Харриет.
— Если так, странно, что об этом нигде не говорили, — вмешался Коно Линт. — Разве можно было обчистить царскую гробницу, и чтобы никто не узнал?
Он был прав. Если бы в гробнице пропали останки, в стране поднялся бы шум.
А мы, даже со всей осторожностью, едва избежали поимки.
— Почему ты уверен, что это сделала другая фракция? — спросил я.
— Что? — Коно Линт моргнул.
— Если бы это сделала сама королевская семья, никакого шума не было бы, — тихо произнёс я. — Кто бы вообще узнал?
Королевская семья оживляет своих мёртвых героев, превращая их в нежить.
Мысль чудовищная… но разве невозможная?
— Ни за что… Империя?.. Бертус бы не стал… — пробормотала Харриет.
— Чтобы выиграть войну, он сделает всё, что потребуется, — сказал я. — И если воскрешение мёртвых даёт преимущество — почему бы нет?
— Но это лишь догадка, — заметила Оливия, нахмурившись. — Мы не видели доказательств, что империя управляет нежитью.
Может, в империи происходило нечто иное. Может, исчезновение тел не связано с магией вовсе.
Но факт оставался: все трупы исчезли.
Оливия выпрямилась.
— Нам нужно проверить национальное кладбище.
Она сказала это спокойно, но её глаза блестели тревогой.
— Это может быть не конец, — добавила она тихо.
Все гробы в Зале Героев оказались пустыми.
По сути, мы наткнулись на загадочное преступление — во время подготовки к собственному.
Мы не обязаны были разбираться. Но теперь… просто уйти было невозможно.
Главным подозреваемым казалась империя.
Однако в голосе Оливии слышалось сомнение: будто она чувствовала, что за этим стоит нечто иное.
После короткого совещания мы решили идти дальше.
Коно Линт мог бы уйти, но, похоже, ему самому хотелось понять, что здесь происходит.
Он согласился помочь — телепортируя нас из одного места в другое.
Мы покинули Императорский дворец и под покровом глубокой ночи направились на национальное кладбище.
Ночь была безлунной.
Кладбище погрузилось в темноту, лишь в часовне вдали горел слабый свет — там жили священники и охранники.
Главная аллея вела к почётным захоронениям, но мы свернули к окраине, где не было ни огней, ни чужих глаз.
— Что, чёрт возьми, тут происходит?.. — выдохнул Коно Линт.
Оливия шла впереди. Её лицо стало холодным, сосредоточенным.
— Не узнаю, пока не увижу своими глазами, — ответила она.
Она медленно проходила между могилами, останавливаясь у каждой, внимательно читая надписи.
Имена ей были незнакомы. Но она искала не имена.
— Что именно ты ищешь? — спросила Харриет.
— Даты, — коротко ответила Оливия.
Наконец она остановилась перед одной из могил.
Похоже, именно эта была выбрана для проверки — свежая, недавно насыпанная.
— Начнём. Прикрой нас, — сказала она.
— Вы уверены? — уточнила Харриет.
— Мы не делаем ничего масштабного. Даже если нас заметят, с одним трупом разобраться будет проще.
Харриет взмахнула рукой, накладывая чары сокрытия — тишина, невидимость, подавление магического следа.
Оливия положила ладонь на надгробие, и из-под её пальцев заструилась тьма — божественная сила, извращённая до предела.
Коно Линт стоял рядом, нервно сглатывая.
— Ты думаешь… даже эти могилы могут быть пустыми?..
— Не знаю, — ответил я. — Проверим — узнаем.
Он опустил голову.
Мы молчали.
И вдруг — движение.
— Ух! —
Трава у надгробия зашевелилась. Земля вздулась, и из неё показалась костлявая рука.
— Ах… ах…! —
Коно Линт побледнел, его тело затряслось.
— Глоток… — он судорожно сглотнул.
Рука выбралась наружу, затем плечо, голова…
— Груууууууууууууу… —
Из земли выбрался разложившийся труп, окутанный мрачной аурой гнили.
Часть плоти ещё держалась на костях — вид чудовищный, словно сама смерть поднялась, чтобы дышать.
Харриет закрыла рот ладонью, сдерживая тошноту.
Оливия стояла неподвижно, глядя на ожившее тело.
— По крайней мере, здесь трупы на месте… — тихо сказала Харриет.
— Похоже, да, — коротко ответила Оливия.
Перед нами стояло пустое, бездушное тело — просто оболочка.
— Нужно поднять ещё несколько, — сказала она. — Чтобы убедиться.
Ночь шла.
Оливия работала тихо, оживляя мертвецов один за другим, словно воровка, крадущая покой.
Пять могил.
Не больше.
Харриет нервно шептала:
— Скажи хоть что-нибудь… Если знаешь — скажи, что знаешь. Если нет — скажи, что не знаешь…
Оливия молчала, глядя на безмозглых скелетов, что стояли в ряд, как солдаты, ожидающие приказа.
— Возвращаться, — холодно произнесла она.
Скелеты молча начали копать землю, возвращаясь туда, откуда вышли.
— Верните всё, как было, — сказала Оливия. — Никто не должен заметить.
— Хм? — удивилась Харриет.
— Потом объясню. Делай.
Харриет кивнула и использовала телекинез, чтобы вернуть траву и землю на место.
Когда всё закончилось, Оливия повернулась ко мне.
— Я проверила пять гробниц. И ни одного Рыцаря Смерти создать не удалось. Почему?
Пять попыток — пять провалов.
А ведь все эти люди были воинами, павшими на поле боя.
Хотя бы один должен был подняться с остатком силы, но нет.
— Кажется, тела перепутаны, — сказала Оливия. — Не как в царской гробнице, где их вовсе не было, а… под чужими именами.
Она опустила взгляд.
— Каждый труп, что я воскресила, был похоронен после инцидента с Вратами. После ухода Коалиции, — произнесла она тихо. — Все — недавно.
— По словам Саркегаара, коалиционная армия в основном кремирует тела. Однако тот факт, что эти останки были захоронены на Национальном кладбище после ухода коалиционной армии, говорит о другом. Эти люди были слишком важны. Настолько, что их перевезли через Имперскую столицу и похоронили с почестями, вместо того чтобы сжечь. Понимаешь, к чему я клоню?
— Да… понимаю.
— Но тогда странно, — голос Оливии стал холодным. — Я не смогла создать Рыцаря Смерти ни из одного из пяти тел, похороненных здесь, в гробницах воинов.
Эти люди совершили великие дела. Их посмертное погребение в столице — доказательство заслуг. Их тела должны были быть сильны даже после смерти. Условия идеальные.
И всё же ни одно не подошло.
Конечно, с одним-двумя неудачами можно было бы смириться. Но пять подряд — это уже закономерность.
— В итоге всё просто, — тихо произнесла Оливия. — На Национальном кладбище не осталось тел, из которых можно создать Рыцаря Смерти.
— Но… — Коно Линт растерянно моргнул. — Может ли Империя действительно создавать Рыцарей Смерти? Есть ли вообще в Империи кто-то, кто владеет некромантией, как ты?
— Не обязательно, — покачала головой Оливия. — Возможно, они не создают именно Рыцарей Смерти. Но они явно что-то делают с телами. Либо создают подобие Рыцарей, либо проводят эксперименты. И даже без силы Кира можно оживить мёртвое — с помощью тёмной магии.
— Ах… — протянул Коно Линт.
Процессы разные, но результат один.
Даже без силы Короля Демонов оживить нежить возможно. Тьма и испорченная святость — две стороны одной силы.
— Как я уже сказала, возможно, это не Рыцари Смерти. Но Империя явно вмешана, — Оливия говорила спокойно, но в голосе сквозила сталь. — И надеяться, что это проделки третьей стороны, было бы слишком наивно.
Я невольно кивнул.
Империя могла использовать тела павших не ради памяти, а ради силы. Ради армии мертвецов. Или ради чего-то ещё более чудовищного.
То, что мы собирались сделать, ничем не отличалось. Только раньше нас.
От этого осознания стало тошно.
— Тогда… выходит, что церемонии репатриации тел — просто прикрытие, — тихо произнесла Харриет.
— Да, — кивнула Оливия. — Почести, погребение, мавзолеи — всё фикция. Настоящие тела исчезают, а вместо них хоронят других. Им нужно лишь создать иллюзию памяти.
— Но ведь Империя не использовала армию нежити, не так ли? — спросил Коно Линт.
— Не использовала, — подтвердил я.
— Значит, приберегают до особого случая, — сказала Оливия.
Как только я услышал это, всё встало на свои места.
Империя копит силу. Ждёт момента, когда оправдание будет готово.
— И если они выпустят её, — добавила Оливия, глядя прямо на меня, — у них будет удобное объяснение. Они скажут, что это армия Короля Демонов. Всё просто. Им даже не придётся оправдываться.
— …Это правда, — ответил я тихо.
Даже если Империя оживит тысячи мёртвых, они могут свалить всё на меня.
Им не нужно оправдываться. Мир всё равно поверит.
Империя готовится.
Воскрешая павших, она создаёт силу, которую выпустит лишь в самый тёмный час.
Бертус выбрал этот путь, потому что появился я. Потому что теперь у него есть оправдание — существование Короля Демонов.
Конечно, в оригинальной истории этого не было. Там не было «удобного врага». Не было кого обвинить.
Нет смысла злиться. Если бы не Бертус, это сделали бы мы.
Но Коно Линт всё равно не мог закрыть рот от ужаса.
Когда злодей делает зло — это ожидаемо.
Когда же Империя делает то же самое под видом света, это предательство.
Герои, умершие ради человечества, втайне превращаются в бездушных воинов тьмы.
Если об этом узнают — Империя рухнет.
— Бертус играет в слишком опасную игру, — пробормотал я.
— Но игру, в которую ему придётся играть, — ответила Оливия.
Харриет вздохнула, глядя на землю.
— Значит, мы больше не сможем усилить Рыцарей Смерти…
— Повезло, — сказала она после паузы. — Повезло, что это сделали не мы.
Но радость была горькой.
Нам не удалось достичь цели, и при этом мы узнали нечто, что стоило бы никогда не знать.
— Нет, — сказала Оливия, и на её лице мелькнула странная улыбка. — Есть ещё одно место.
— Место? — переспросил я.
— Да. Мы ведь собирались пойти туда в любом случае.
Она повернулась к Коно Линт.
— Линт, поможешь нам в последний раз?
— А? Я… конечно! — он смутился, но быстро кивнул.
— Куда именно мы идём? — спросил я.
Оливия прищурилась.
— Если всё это дело рук Империи, значит, есть место, куда её влияние не дотянется.
— И где же это? —
— Ах… не может быть… — прошептала Харриет, побледнев.
Оливия произнесла спокойно, будто назвала очевидное:
— Гробница Святых.
Тишина.
Гробница, находящаяся под защитой Ордена Святых Рыцарей и Пяти Великих Религий, действительно была вне досягаемости Империи.
Даже Шарлотта, если и подозревала нас, ожидала, что мы ограничимся Залом Героев. Никто бы не подумал, что мы осмелимся тронуть останки святых.
— Это… это нормально? — выдохнул я.
— Почему нет? — Оливия улыбнулась. — Я ведь не успела исполнить сыновний долг при его жизни. Пусть хоть теперь исполню.
Её улыбка была яркой, почти лучистой.
И в этот момент нас всех пробрала дрожь.