Никто не мог предсказать, где окажутся четверо преследователей.
Было ясно, что речь идет о необычной группе.
Впрочем, если бы в дело вмешивались и политические вопросы, то это было бы еще большей головной болью.
Если бы они расследовали инциденты, связанные с нежитью, и в конечном итоге вмешались бы в дела Святых Рыцарей, все могло бы стать намного сложнее.
— Но, знаете, я кое-что задумался…
Пока Эллен и Луиза размышляли, Генрих заговорил, как будто у него был вопрос.
— О чем?
— Мы действительно уверены, что скелеты превратились в нежить?
На вопрос Генриха Луиза медленно кивнула головой.
— Мы не могли подтвердить это сами. Похоже, Святые Рыцари тоже не были уверены в этом.
Вероятность того, что скелеты превратились в нежить. Это была всего лишь догадка, основанная на характере разрушения гробов, но, строго говоря, они не подтвердили присутствие нежити.
Это была просто большая вероятность.
Вопрос Генриха привлек внимание Эллен, Людвига и Луизы, и все они посмотрели на него.
Почувствовав напряженность их взглядов, Генрих вспотел.
— Мне просто интересно, действительно ли создание нежити так просто…
— Хм…?
При его словах Луиза склонила голову.
— Разве ты не говорил, что похороненные на кладбище — святые?
— Да, были. Должно быть, это были останки людей, совершивших великие подвиги при жизни.
— Могила бывшего командующего Святых Рыцарей тоже была там.
Это был ответ от Луизы и Эллен. Услышав это, Генрих, казалось, тщательно подбирал слова с серьезным выражением лица.
— Просто я не совсем понимаю, как скелеты вообще могут стать нежитью…
Они стали нежитью.
Сам вывод был разумным, но Генрих рассматривал более фундаментальный аспект.
Это были останки жрецов и Святых Рыцарей, несомненно, совершивших великие подвиги при жизни и обладавших сильными божественными силами.
Было ли вообще возможно для них воскреснуть как нежить?
— Ну… я мало что знаю о злых искусствах, таких как нежить или темная магия. А для магов, которые идут праведным путем, это неизвестная область. Так что я не уверена, что божественные силы, которыми они обладали при жизни, будет продолжать защищать их останки после смерти.
— Я тоже не уверена.
Возможность создания нежити из останков святых, которые не были обычными останками.
Было ли вообще возможно создать столько нежити за такое короткое время?
Мысли Эллен продолжали возвращаться к Тиамату.
Однажды Тиамат появился в форме проклятого демонического меча, создав огромное количество нежити.
— Нет… не может быть. Это не Рейнхард…
Эллен была убеждена, что Рейнхард не мог быть виновником, учитывая обстоятельства.
В конце концов Генрих задал следующий вопрос:
Было ли вообще правдоподобно создавать нежить из останков святых?
— Давай спросим.
Удивительно, но ответ пришел от Людвига.
— Анна должна, по крайней мере, знать больше, чем мы.
Маг с талантом в темной магии.
Анна де Герна.
При его словах Эллен и Генрих кивнули.
–
Не было никакой гарантии, что темная магия использовалась в инциденте с налетом на гробницы святых. С таким же успехом это могла быть работа жрецов Культа Бога Демонов, использующая силу, отличную от магии.
Эти две силы были отдельными.
Однако в их способности давать схожие результаты может быть некоторая общая основа.
Священника Культа Бога Демонов нигде не было, поэтому Людвиг предложил сначала спросить Анну. Это казалось разумной идеей.
— Её не будет в общежитии. Она возвращается каждые несколько дней, затем снова уходит на следующий день и не возвращается в течение нескольких дней.
— Где она может быть? Пойдем спросим её.
Эллен думала, что это будет так же просто, как найти Анну в Темпле и спросить её.
— А? Я не совсем уверен…
Людвиг, конечно, понятия не имел, где они втроем проводят свои магические исследования.
Естественно, взгляды Луизы и Генриха встретились.
— Кафедра Магии.
Тем утром, прогуливаясь по Темплу, они обнаружили, что на кафедре магии проводятся какие-то исследования.
— Я не уверен, но думаю, что она может быть там.
Заговорил Генрих, и Луиза нахмурила брови.
— Интересно, впустят ли нас…
Луиза казалась неуверенной, увидев, насколько строга охрана.
Однако теперь их сопровождала Эллен Арториус, которая могла попасть практически в любое место.
Так что проблем с входом быть не должно.
–
Конечно, это было заблуждение.
— Вам вход воспрещен.
Как только они ступили на территорию исследовательского здания кафедры магии, путь Эллен преградил охранник.
Не то чтобы люди позади нее пытались войти. Охранник обратился напрямую к Эллен, когда она попыталась войти.
— …Почему?
— Его Величество Император приказал, чтобы никто, кроме тех, кто участвует в исследованиях, не мог войти.
Эллен была включена в этот порядок, так как путь ей преградил охранник.
Эллен уставилась в глаза охранника внутри шлема.
Что за сверхсекретное исследование они проводили, в которое даже она не могла попасть?
Эллен ворвалась бы внутрь, если бы это была дверь Святых Рыцарей.
Однако имел значение тот факт, что это был — приказ императора.
Император Бертус был другом Эллен.
Они поделились секретами, которые другие не должны знать, и оба несли ответственность за инцидент с Вратами.
У них были неописуемые отношения, связанные чувством вины и затянувшейся грустью.
Если её друг запретил вход даже ей, то должна быть причина.
Эллен приняла это.
— Мне не нужно входить. Мне просто нужно знать, участвует ли моя одноклассница Анна де Герна в исследованиях в этой лаборатории. И, если возможно, не могли бы вы позвать её для меня?
— Я не могу раскрывать какую-либо информацию, связанную с исследованием.
Даже личности участников были засекречены. Эллен не могла понять, почему система безопасности была такой железной.
— Однако я могу доложить своему начальству, что Герой прибыл с таким поручением.
Эллен не особенно интересовала природа исследования.
Она просто предположила, что это было чем-то полезным для военных действий и что его секретность была необходима для предотвращения возможных злоупотреблений.
Это было достаточно хорошо. Эллен не чувствовала себя обиженной или принужденной вторгаться внутрь.
Какие бы исследования здесь ни проводились, они не имели ничего общего с их текущим положением.
— Тогда подойдет. Можешь передать это сообщение?
— Да, я понимаю.
Эллен не знала, будет ли Анна здесь, но если её не будет, им просто придется подождать, пока она вернется в общежитие Королевского класса.
Через несколько дней Анна снова вернется.
–
Не имея возможности немедленно сообщить о своих находках, у группы не было другого выбора, кроме как вернуться в общежитие Темпла по указанию стражи.
По неизвестным причинам император издал приказ, запрещающий не только другим, но и Эллен поступать на кафедру магии.
Королевский класс, вестибюль общежития второго года обучения класса B.
Все собрались и сделали перерыв, попивая принесенный Генрихом чай.
Хотя до сих пор они не страдали физически от блуждания по снегу, было неизбежно, что они испытают умственную усталость.
— Похоже, это очень конфиденциальный эксперимент, хотя мы не знаем, что это такое.
— Это правда.
На слова Луизы Эллен тихо кивнула.
Всем присутствующим было любопытно узнать об исследованиях, проводимых на кафедре магии, но никаких дальнейших подозрений у них не возникло.
Это произошло из-за их предубеждений.
— Если подумать, было странно, что проект «Титан» велся без сохранения конфиденциальности. Вот почему маги из Гильдии магов и Корпуса магов доставили эрцгерцогу большие неудобства.
— Неудобства?
На вопрос Эллен Луиза пожала плечами.
— Маги — это люди, которые не могут не интересоваться новой магией или технологиями. А для тех, кто посвятил свою жизнь магии, Титан должен быть… шокирующим, верно?
— Действительно…
— Да… Верно. Определенно.
Генрих и Людвиг тоже содрогнулись при мысли о подавляющей силе Титана, хотя он и не был перед ними.
Внешний вид Титана в битве за Серандию был гигантским и ошеломляющим, видимым с любой точки поля боя.
— Хотя начальство и маги обычно знали, что такое делается, но увидеть это своими глазами — совсем другое дело. Даже я чувствовал, что это несправедливо, что такое возможно с помощью магии.
Хотя Титан был боевым оружием, созданным с помощью магии, все не могли не чувствовать, будто перед ним божественное проявление или призрак.
— Так что вполне естественно, что эрцгерцога, который был главной опорой этого проекта, мучали маги. И… не только эрцгерцога.
Аделия класса А.
Эрцгерцог — эрцгерцог, а Аделия — ученица Королевского класса.
Генрих рассеянно пробормотал.
— Аделия, должно быть, тоже проходит через большие испытания.
— Конечно.
Хотя проект «Титан» не был строго конфиденциальным, не все его технологии были раскрыты. Поэтому было неизбежно, что маги, то ли из любопытства, то ли из жадности к этим знаниям, будут приставать к эрцгерцогу и Аделии.
Маги роились, как стая собак, задавая им разные вопросы, и Аделия, будучи тем, кем она была, не могла хладнокровно отвернуться от них.
Генрих не мог не волноваться о психическом состоянии Аделии, когда представлял себе эту сцену.
Аделия — исследователь высочайшего класса. Она не подходит для прямого боя и не очень хороша в этом.
Конечно, Аделия не сражалась напрямую, но завершив Титана, её запомнят как мага, убившего больше всего монстров в мире.
Магические исследования, как правило, конфиденциальны.
Этот раз ничем не отличался, и из-за этого предубеждения ни у кого не было серьезных сомнений. Конечно, всем показалось странным, что даже Эллен не смогла войти в исследовательский центр.
— Интересно, когда Анна вернется?
В ответ на вопрос Людвига никто из них не мог быть уверен.
В конце концов, охранники не сказали им, была ли Анна на кафедре магии или нет. Они только согласились передать сообщение о том, что Эллен пришла за ней.
Если спросить Анну о темной магии, связанной с нежитью, это не даст разумного решения их текущей ситуации. Они просто хотели знать, легко ли создать нежить из останков святых.
В конечном счете, они все чувствовали тревогу, но немедленного решения или новой идеи найти не удалось.
Они могли запросить аудиенцию у верховных жрецов пяти великих религий, но это был деликатный вопрос, требующий дальнейшего рассмотрения.
Если бы они присоединились к поискам еретиков в лагере беженцев, то не было бы никаких гарантий.
Роуэн работала не одна; она рассредоточила множество инквизиторов по всему лагерю, чтобы собрать и обобщить информацию.
Они не могли сказать, узнала ли Роуэн истинную личность преступников.
Это было дело, которое расследовала Роуэн, а ресурсов у них было еще меньше.
Они не могли знать, дойдут ли они до конца этого дела до конца зимы.
Так что торопиться сегодня некуда.
— Давайте на этом закончим.
Эллен предложила систематизировать собранную сегодня информацию и отдохнуть.
— Людвиг, когда Анна вернется, задай ей вопросы, которые мы хотели задать, и дай нам знать… Нет, просто позови меня.
Эллен поправила себя, поняв, что ей лучше спросить Анну напрямую.
— Хорошо, я понял.
Людвиг решительно кивнул.
— Я не думаю, что нам нужно слишком торопиться. Даже если мы не знаем, кто убил Роуэн, если они узнают, что мы преследуем их…
Луиза посмотрела на всех с серьезным выражением лица и продолжила.
— Мы всегда должны помнить, что они могут попытаться навредить нам.
Они имели дело с людьми, убившими Роуэн.
Они не могли быть уверены, что преступники последователи религии героя, но они не могли исключить возможность того, что их ожидает та же участь, как только они узнают, что их преследуют.
Генрих, Людвиг и Эллен.
Все они понимали, что заниматься этим делом сопряжено со значительным риском.
— Кажется, я втянул тебя в эту передрягу…
Людвиг не думал, что это просто.
Но когда он попросил помощи у Эллен, он не мог знать, что это обернется таким масштабным инцидентом.
Мысль о том, что Эллен может быть в опасности из-за него, вызвала у Людвига мурашки по спине.
Более того, казалось, что это причиняет необратимые неудобства.
— Нет.
Эллен покачала головой от самобичевания Людвига.
— На данный момент мы не можем просто отпустить это.
Она добавила, что для всех было бы лучше, если бы они могли принять меры до того, как ситуация обострится, независимо от того, что может произойти.
Это заявление не предназначалось для утешения.
Она искренне верила в это и говорила это только по этой причине.