Посреди ночи в общежитии Б класса.
— Людвиг…
— Вы вернулись.
Там сидели Кристина, Луис Анктон и Анна де Герна.
А также Деттоморян и Людвиг.
Все пятеро собрались вокруг.
— Я в порядке. Я все еще чувствую, что могу что-то сделать.
Людвиг начал работать в охране, покидая Темпл рано утром и не возвращаясь весь день.
Было неясно, было ли это связано с влиянием Бертуса, но Людвиг нашел новую работу, и отчаяние на его лице почти исчезло.
Чтобы преодолеть отчаяние, нужно что-то делать.
Возможно, со временем Людвиг вернет себе былую яркость.
— А? Кто это…?
— Мяу.
Когда я подошел, глаза Кристины расширились.
Было вполне естественно, что все трое были бы удивлены, увидев кошку, которая должна была быть на базе союзных войск.
— Его привезла Эллен. Сейчас она отдыхает в общежитии класса А. Думаю, мы закончим тем, что позаботимся о нем здесь.
На объяснение Людвига все трое согласно кивнули.
— Ах ясно…
Анна пристально посмотрела на меня, прежде чем внезапно поднять меня и посадить к себе на колени.
… Как-то.
Не слишком ли я привык сидеть у кого-то на коленях?
Я слишком долго нахожусь в образе зверя. Буду ли я пытаться адаптироваться, когда вернусь в человеческую форму?
Эти трое.
Видя, что все они вернулись в один и тот же день, было ясно, что они работали над одним и тем же проектом.
Все они сели вместе и долго говорили о ранении Людвига, смерти Дельфины и многом другом. Я тихо сидел на коленях у Анны и слушал их разговор.
Людвиг не плакал, когда говорил.
Однако то, что он не плакал, не означало, что ему не было грустно.
Вместо того чтобы привыкнуть прощаться, он, похоже, не знал, как выразить свою печаль.
Людвиг считал, что Дельфин умерла, потому что он был слаб.
Конечно, никто не говорил, что в смерти Дельфины виноват Людвиг.
Клиффман говорил с намеком на вину Людвигу, чтобы заставить его разочароваться в Дельфин, но Клиффман, вероятно, тоже не особо в это верил.
Конечно, это была не вина Людвига.
Но если бы Людвиг не попытался спасти Скарлетт, Скарлетт бы умерла, а Дельфин и Людвиг выжили бы.
Однако, если бы Скарлетт умерла, Людвиг все равно винил бы себя.
Он бы винил себя за то, что не спас Скарлетт, что привело к её смерти. В этом случае он не потерял бы руку.
Вина и ответственность сложны и в конечном счете бесполезны.
Если бы мы следовали этой логике, Дельфин не умерла бы, если бы меня не существовало.
Начнем с того, что если бы не Валир Младший, инцидента с вратами не произошло бы, и ни в одном из этих событий не было бы необходимости.
Из-за моего неполного знания будущего мне пришлось столкнуться с тем самым будущим, которого я пытался избежать.
Когда же закончатся эти болезненные истории самобичевания?
Невозможно, чтобы все были счастливы, но могут ли оставшиеся люди хотя бы найти счастливый конец?
Я наблюдал, как они делились своей печалью и утешали друг друга.
— Так ты присоединился к страже?
На вопрос Луиса Людвиг неопределенно кивнул.
— Точнее говоря, я бы не сказал, что стал патрульным… но я помогаю с патрульными обязанностями. Такие вещи, как… ну, патрули.
Людвиг уже несколько дней помогал патрульной охране и, учитывая его характер, предпочел бы отправиться в самые опасные места.
Значит, он, должно быть, своими глазами видел реальность района беженцев.
— Неужели проблема с монстрами в зоне беженцев… действительно так серьезна?
— Не то чтобы это несерьезно… но я слышал, что все не так плохо, как раньше. Настоящая проблема… не в монстрах.
— Если это не монстры, то что?
При вопросе Кристины лицо Людвига помрачнело.
— Дело не только в голоде… дело в людях.
Казалось, все поняли, что он имел в виду, и их лица помрачнели.
Преступления.
И голод.
Проблема в зоне беженцев была не в монстрах, а в людях.
Людвиг, казалось, не хотел говорить больше.
Он, должно быть, видел правду о том, что жизнь везде безнадежна и несчастна, и разговоры об этом здесь не решат проблему.
— В любом случае, вы, должно быть, очень заняты? Я вижу, вы редко возвращаетесь в спальню.
Пытаясь сменить тему, Людвиг упомянул именно то, чего я ждал.
Исследования.
Когда эта тема подошла к концу, Кристина тихо кивнула головой.
— Ну да.
Так сказала Кристина, но лица Анны и Луис были нехорошими. Одного этого было достаточно для подсказки.
Я хотел бы задать больше вопросов. Конечно, они не откроются, но одно лишь наблюдение за их реакцией даст мне достаточно подсказок.
— Какие исследования вы проводите в Темпле? Вы снова создаете что-то вроде Титана?
Если бы было создано что-то вроде Титана, война протекала бы более гладко, и Людвиг, который больше не мог в ней участвовать, выглядел взволнованным.
Нет.
Ты глупый ребенок…
Как алхимик и темный маг смогли бы создать гигантское оружие?
Ты что, даже не знаешь разницы между созданием магии и алхимией?
— Нет, это не наша сфера… Все как обычно. Улучшение Лунного света и все такое прочее.
— Ах ясно.
Это была явная ложь.
Я подтвердил, что все трое участвовали в одном и том же исследовательском проекте.
А Кристина, как их представитель, солгала, и Людвиг этого не заметил. Естественно, поскольку об обстоятельствах исчезновения трупов знали очень немногие, Людвиг не мог обнаружить такой лжи.
Прежде всего, он не мог даже подумать о том, чтобы заподозрить своих друзей, поэтому просто кивнул.
Однако.
Тот, кто молчал все это время.
— … Серьезно?
Деттомориан посмотрел на Кристину мрачным взглядом и слегка наклонил голову.
— А? Что ты имеешь в виду под «серьезно»?
— Не может быть… — тихо пробормотал Деттомориан.
И лица не только Кристины, но и Луиса и Анны побледнели.
Я почувствовал, как по спине пробежал холодок.
Нет, мне действительно казалось, что волосы на моем теле встали дыбом.
Этот ублюдок Деттомориан.
Он ничего не знает, но догадывается ли он об этом инстинктивно?
Под пронзительным взглядом Деттоморяна лицо Кристины побледнело.
— Ну… я думаю, у тебя есть свои мысли…
Он намекнул, что что-то знает, но как будто не стал бы любопытствовать, если бы она не сказала ему прямо, он застонал и встал, а затем направился в свою комнату, бормоча, как обычно.
Людвиг выглядел сбитым с толку, попеременно поглядывая то на своих трех друзей с бледными лицами, то на Деттомориана.
— Детто… О чем он говорит?
— Ну, ты же знаешь Детто. Он всегда был таким, не так ли?
Как будто она никогда не была взволнована, выражение лица Кристины изменилось в одно мгновение.
Спокойная и собранная, как будто ничего не произошло.
— Верно, но…
Действительно, Деттомориан часто говорил расплывчато, загадочно, но Людвиг, похоже, не сомневался в нем.
Именно таким он был.
На том и отпустили.
Деттомориан.
Он не был плохим парнем, но он не мог не казаться подозрительным.
Людвиг не полностью понимал ситуацию, и Деттомориан, похоже, был настроен позволить им троим проводить свои исследования так, как они считают нужным.
После этого Людвиг ушел в свою комнату, сказав, что ему нужно пораньше лечь спать завтра на работу.
— …
— …
— …
В тишине я наблюдал, как Кристина, Луис и Анна обмениваются взглядами.
Теперь их осталось только трое.
Не начать ли говорить об исследованиях сейчас?
Но они только переглянулись, ни о чем не разговаривая.
— Все идем отдыхать.
— …Хорошо.
— Мы должны отдохнуть.
Неужели они решили вообще не упоминать тему исследования вовне?
После этого короткого обмена мнениями все трое разошлись.
–
Ночью, когда все спали, я вышел из общежития Королевского класса в кошачьей форме.
Мне удалось понаблюдать за теми тремя, которых я искал, и я был уверен, что их исследовательский проект является конфиденциальным.
Но мой вывод был просто уверенностью.
Я по-прежнему ничего не знал о том, что они на самом деле делали.
Даже если бы эти трое были основными исследователями, как проект «Титан», в проекте наверняка участвовало бы значительное число других магов.
На самом деле я знал, куда идти, даже не следуя за тройкой.
Им невозможно проводить такие исследования вне Темпла, который имеет самую надежную защиту. Не похоже, чтобы они выполняли такой проект за пределами Темпла.
Проект Титан был разработан на движущейся базе союзников.
Должно быть, это были довольно суровые условия, поэтому тот факт, что Титан преуспел в своей первой операции, был не чем иным, как чудом.
Тем не менее, не было необходимости в том, чтобы исследовательская среда была суровой.
Титан, будучи чрезвычайно большим, гигантским оружием, должно быть, не имел другого выбора, кроме как развивать его на движущихся линиях фронта коалиции.
Если бы не это, Титан, естественно, разрабатывался бы в стабильной среде.
Поскольку точно известно, что в Темпле ведутся исследования, мне не нужно следовать за троицей сотрудников класса Б, чтобы узнать, где находится это место.
Где в Темпле будет лучшая исследовательская среда?
Университет Темпл.
Конечно, исследовательский корпус кафедры Магии внутри.
Очевидно, что где-то там ведутся исследования.
Зная это, причина, по которой я еще не пошел туда, проста.
— …
Кафедра магии, куда я добрался, пробежав всю ночь, имела полностью контролируемый доступ.
Рядом с объектом находились охранники Темпла, а также охранники, контролирующие входы в каждое исследовательское здание.
Их количество поражало.
Учитывая количество охранников, даже посторонний подумает, что внутри что-то происходит.
Настолько строгая охрана, что чуть ли не выдаёт секрет.
Войти в эту область вполне возможно.
Не было никаких шансов, что охранники прогонят хотя бы одну кошку.
Важно было то, что в этой форме я мог только бродить по территории исследовательского центра.
Войти в само здание было бы невозможно.
Скорее, любое бездомное животное, пытающееся войти, будет изгнано. Независимо от того, казался я подозрительным или нет, это было вполне естественно, поскольку животное могло случайно повредить чувствительное оборудование.
Блуждание по этим территориям не принесло бы никакой полезной информации.
Вот почему, хотя я и знал, что проект проводится здесь, я не стал приходить и вместо этого подождал, пока они втроем выдадут информацию наружу.
Однако независимо от того, поклялись они хранить тайну или нет, они втроем никогда не обсуждают исследование.
Где-то в Исследовательском корпусе кафедры Магии.
Здесь ведется масштабный проект, наравне с проектом «Титан».
Как я могу узнать, что они делали?
Я не могу привлекать Коно Линта.
Я сказал ему, чтобы он не расследовал это своими собственными силами, и это было явно опасное дело.
Если бы он знал об этом, это только поставило бы его в опасность.
Превратиться в насекомое было невозможно. Ну, это может быть выполнимо, но контролировать это будет невозможно.
Мне потребовались чуть ли не годы, чтобы приспособиться к тому, чтобы быть котом, и я понятия не имею, как стать насекомым.
Мне позвать Саркегаара?
Однако даже окрестности этого района находились под строгой охраной.
Район, где непосредственно велись исследования, несомненно, будет находиться под жестким контролем не только с точки зрения персонала, но и самой окружающей среды.
Шансы были высоки, что они создали строго контролируемую среду, которая не терпела бы даже ползающих насекомых.
Сможет ли Саркегаар найти выход даже в такой ситуации?
Очевидно, что применение силы было невозможным.
Конечно, если бы я подумал об этом, я мог бы войти прямо сейчас.
Кристина, Анна, Луис.
Если я превращусь в одного из трех, я смогу войти немедленно.
Однако, очевидно, это был худший из худших планов.
Это было неприятно.
Это было так неприятно, что мне захотелось схватить Бертуса за шкирку и спросить, что он делает.
Конечно, если бы я собирался это сделать, я бы связался с ним раньше, так что для этого было уже слишком поздно. С моей стороны было нелепо спрашивать его, что он делал, когда я сам недавно создал рыцарей смерти, и даже если бы я схватил его за шею и угрожал ему, он не откажется от этого дела, как это сделала бы Империя. У меня нет причин отказываться от Титана.
Что я могу сделать?
На данный момент не будет большой проблемой, если я просто притворюсь, что не знаю, и предположу, что Империя позаботится об этом. В конце концов, исследования здесь, скорее всего, были проектом, подготовленным к нынешней войне.
Однако так же, как все в Эдине беспокоились о том, что произойдет, если Титан повернется против нас, даже если это не так.
Проводимые здесь исследования потенциально могли стать угрозой для нас позже, а ситуация была неопределенной.
Если бы это было таким простым делом, как создание рыцарей смерти, мне, возможно, даже не пришлось бы заходить так далеко, чтобы расследовать это.
Но алхимия последовала за темной магией.
Эти связи не сцеплялись друг с другом.
Оказалось, что проводятся более сложные исследования, чем я думал вначале.
И я не мог понять, что это было.
Одни только размышления над этим не помогут мне найти прорыв.
Я сдался.
Я ненадолго отправлюсь в Эдину, а потом вернусь сюда.