Власть регента должна быть сильной.
Однако, если регент станет слишком близок к людям Короля Демонов, дела королевства будут управляться без участия Короля Демонов. Если регент завоюет еще больше доверия, Король Демонов станет незначительным.
Шарлотта также понимает, что может контролировать Эдину, но формирование чрезмерно близких отношений с важными фигурами может быть опасным.
Сама Шарлотта считает, что она всего лишь заместитель короля и не должна стать королевой сама.
Это не совсем то, чего хочет Рейнхардт.
Конечно, Шарлотта не думала сможет завоевать больше доверия у Четырех Небесных Королей и Совета Старейшин, чем Рейнхардт, просто потому что она этого хочет.
Она не могла оценить время, которое они потратили на построение доверия.
Шарлотта стараеться остаться осторожной в таких ситуациях, но не думает, что ни Оливия, ни Лиана доверят ей больше, чем Рейнхардту.
Для них регент должен быть неудобным, но необходимым присутствием.
Ни слишком слабая, ни слишком сильная власть не приемлема.
Шарлотта чувствует себя идущей по канату власти.
Прямо перед возвращением в Лазак из Порта Мокна.
— Ребята, есть кое-что, что вам нужно знать...
— Что-то, что нам нужно знать?
— Да.
Люсиниль не могла не рассказать Шарлотте и Харриет о странном зрелище, которое она видела.
Услышав историю, Шарлотта и Харриет не могли не понять, о чем говорила Люциниль.
— Ах, это место должно быть...
— Наверное...
— Что это? Что случилось?
Шарлотта ненадолго замялась, прежде чем кратко объяснить Люциниль, что произошло в Лазаке.
— Ах...
Только тогда Люциниль поняла, что она видела.
Шарлотта сохраняла бесстрастное выражение лица, в то время как Люциниль и Харриет не могли скрыть свою печаль.
После минутного размышления Люциниль наконец вздохнула.
— Нам нужно что-то с этим сделать.
— Пока мы решили приостановить поиски выживших.
— Нет, не это.
Люциниль указала на окрестности Порта Мокна.
— Любой, у кого достаточно духовной чувствительности, может почувствовать на своей коже интенсивную призрачную энергию.
— Призрачная энергия...?
На вопрос Харриет Люциниль кивнула.
— Да, призраки могут материализоваться как нежить, или на нас могут обрушиться неизвестные проклятия, или даже могут произойти какие-то странные явления.
Слишком много смертей накопило слишком много злобных духов в этом районе. Никто не знает, сколько людей уже погибло.
— Нам нужно что-то сделать, прежде чем это станет неуправляемым.
— Что произойдет, если мы этого не сделаем?
На вопрос Шарлотты Люциниль покачала головой.
— Я не знаю.
Но выражение ее лица было мрачным.
— Вот что делает это еще страшнее.
Бедствия, вызванные злобными духами.
Мир, наполненный угнетающими смертями повсюду.
Никто не знал, что произойдет, если они не поторопятся.
Используя свиток телепортации, они могли вернуться в Эдину, отдохнуть несколько дней и вернуться обратно.
Однако свитки телепортации не бесконечны. Один свиток не мог вернуть их в Эдину из-за ограничений расстояния.
Харриет, не спавшая несколько дней, с трудом смогла создать свиток телепортации после многих усилий.
Они не могли тратить их бездумно, учитывая силы Харриет. Если свитки иссякнут, пострадает именно Харриет.
Монстры появлялись в горном хребте Срен так же часто, как и по всему континенту.
Тем не менее, из-за чрезвычайно трудной местности монстры, которые пробирались сюда, были совсем другого калибра по сравнению с обычными существами, бродящими по дикой местности.
Поскольку местность была такой суровой, сюда могли попасть только самые могущественные существа.
По этой причине всегда существовал риск быть атакованным во сне, что не позволяло мне спать вообще.
Я не спал уже две недели.
Это само по себе заставляло меня чувствовать себя каким-то трансцендентным существом, далеким от обычных людей.
Не то чтобы я хотел осознать это в такой ситуации.
Однако, несмотря на то, что мои физические способности были необычайными по сравнению с обычными людьми, горный хребет оставался горным хребтом.
Поднимаясь по скалистым утесам и взбираясь по крутым склонам, преодолевая ледяные горы ночью, у меня были свои пределы.
Где же находится Резайра?
Вход в горный хребет в поисках одной деревни был похож на попытку найти крошечный оазис в огромной пустыне.
Было ли все это напрасно?
Нет, это точно было напрасно.
— Фух...
Я взобрался на скалистую вершину и оглядел бесконечный горный хребет.
Глядя на горы, которые казались когда-то огромным, колышущимся океаном, который внезапно затвердел, я мог только думать, что момент, когда я найду Резайру, может никогда не наступить.
Если бы я знал это, я бы сопровождал Эллен, когда она отправилась в свой родной город.
Несмотря на то, что я был потомком героя, у меня даже возникла абсурдная мысль, что если кто-то провел свое детство, играя в такой ужасной местности, он мог бы стать Раганом Арториусом.
Я не думал, что Резайра была разрушена монстрами.
Но если Резайра все еще существует, как они справляются с монстрами?
Вполне возможно, что люди Резайры ушли, чтобы найти новое поселение.
В таком случае, мое блуждание по горам Срен было не более чем бесполезным занятием.
Я был так зол, что готов был взорваться; может, поджечь это место? Пока у меня есть Пламя Вторника, я могу поджечь весь горный хребет.
Тогда надоедливые монстры либо сгорят, либо убегут куда-нибудь еще.
— ...
Конечно, если я это сделаю, мать Эллен попытается убить меня при встрече.
Чувствуя себя таким беспомощным, у меня возникали всякие безумные мысли.
Я спустился со скалы и продолжил свой путь.
Я устал.
Я хотел спать.
-Крииииии!
Однако летающий монстр появился из ниоткуда и ринулся ко мне.
— Серьезно?
-Ррррррр!
Я схватил Тиамату, которую вызвал в правую руку, и бросил ее изо всех сил.
-Шшшшш! Бабах!
Тиамата, полетевшая к воздушному монстру, выпустила поток божественной силы в воздухе, мгновенно уничтожив существо.
— Фух.
С окровавленными останками монстра позади, я спустился с горы.
Резайра.
Где же ты?
Прошло еще три дня.
Из-за недостатка сна мое чувство времени притупилось до такой степени, что я почти забыл, где нахожусь и что делаю.
Припасы, которые я взял с собой, закончились, поэтому я охотился на зверей, чтобы поесть.
По крайней мере, мне не нужно было беспокоиться о разведении огня благодаря Пламени Вторника.
В таком темпе, даже если я найду Резайру, я буду в таком состоянии, что не пойму, что это такое. В то время я взобрался на утес.
Там была расщелина в скале, достаточно большая, чтобы в нее мог протиснуться один человек.
Я заполз туда и уснул.
Пусть все будет, как будет.
Когда я достигну предела, мои инстинкты разбудят меня.
Это был безрассудный поступок, но у меня не было выбора — если я не посплю, то могу умереть.
Я не знал, как долго спал.
Я не знал, сколько часов или дней прошло, но главное, что я не умер.
Я выполз из расщелины, спустился с утеса и нашел ручей, чтобы напиться.
Монстры появлялись бесконечно.
Не было смертельных монстров, но и легкой добычей они не были.
Некоторые были размером с дом, другие — с оленя, а некоторые летали.
К счастью, я мог расправляться с теми, которые были почти эфемерными и неуязвимыми для физических атак, с помощью своего божественного оружия.
Я потерял счет, сколько вершин пересек.
Я блуждал по сердцу горного хребта Срен.
Где же находится это место под названием Резайра, и действительно ли родной город Эллен так труднодоступен?
Или, может быть, он находится где-то ближе к началу горного хребта Срен?
Но я не знал направления.
Я не знал, ближе ли Резайра к северной, западной, южной или восточной части горного хребта Срен.
Поэтому каждый раз, когда я с трудом взбирался на вершину, я мог только оглядываться, чувствуя себя так, будто ищу иголку в стоге сена.
Сон делал невозможным понять, сколько времени прошло.
Я просто блуждал по горному хребту день и ночь, снова и снова убивая монстров.
Однажды ночью.
— Хаа... Хаа...
После того, как я разодрал всех приближающихся монстров, я рухнул на скалу на вершине, покрытый кровью.
Может быть, Резайры не существует?
Может быть, все эти усилия напрасны?
Пока я продолжал убивать монстров, мои накопленные очки достижений превысили 12 000.
Однако я не мог достичь уровня мастера только с этими очками.
-Шшшшш!
Порывы ветра на вершине казались такими сильными, что могли сорвать кожу с лица и ушей.
Моя одежда была изорвана.
Я хотел помыться где-нибудь. Может, завтра постираюсь?
Я думал, что будет расточительно брать с собой кого-то еще, поэтому пришел один. Может, стоило взять кого-то, хоть кого-нибудь?
Неизвестная, величественная вершина.
Эта вершина казалась самой высокой из тех, на которые я взбирался.
Сидя на скале, я смотрел на ночное небо.
Полная луна ярко светила в вышине.
Мать Эллен.
Луна Арториус.
Она сделала полную луну огромной, как будто контролировала мир и вытащила меч из нее.
Это был сюрреалистический вид, в который я не мог поверить, даже когда видел его своими глазами.
Я до сих пор не знаю, было ли это магией, сверхъестественной силой или чем-то другим.
Но.
Имя Луна.
Я не мог не повторять это имя, связанное с луной, перед полной луной.
Где же Резайра?
Где Луна Арториус?
Могу ли я действительно не найти это место?
Я не Эллен.
Я не знаю, как стать мастером своей силой.
Хотя я осознал Укрепление Магического Тела своей силой, я не Эллен Арториус, поэтому не знаю, как стать мастер классом.
Поэтому кто-то должен мне рассказать.
Кто угодно, я ухвачусь за него.
Я не хочу умирать так.
Я знаю, что жертвовать своей жизнью ради финала — лучший вариант, но я не хочу этого делать.
Я должен найти.
Кого-то, кто сможет меня направить.
Этого кого-то.
Я тихо посмотрел на луну.
— ...Луна.
Придет ли она, если я позову?
Придет ли она, если я позову луну?
Если я закричу к ней.
Если я воззову к полной луне.
— Луна Арториус.
Могу ли я найти Резайру и Луну Арториус?
К луне, смутно.
— Мать.
С чувством несправедливости и нарастающим жаром.
— Мать!
Я закричал.
— Выходи! Ты же все видишь, правда? Ты все видишь! Пожалуйста!
Отчаянно.
— Мамааааа! Мать! Пожалуйста, выходи! Я знаю, что ты видишь!
-Мамаааааа...
-Мааааа...
Черт возьми.
В моем возрасте.
Я тихо слушал, как эхо моих смущенных слов разносится по горам.
Как-то так.
Это было облегчением, что никто не слышал меня, или так я думал.
— ...Почему.
—!
Внезапно мягкий голос донесся до меня сзади.
Это был знакомый голос.
— Почему я должна это слушать?
Я обернулся.
— Мать?
— Так... почему я должна...
Там стояла она, с усталым выражением лица — лицом, которое было одновременно знакомым и незнакомым.
Луна Арториус.
Действительно, она наблюдала за мной откуда-то.