Союзные войска маршируют вновь
Высшее командование тщательно скрывало информацию о том, что неизвестная группа — предположительно армия короля демонов — расчищала путь на передовой.
Этого было достаточно, чтобы внутри альянса начали назревать теории заговора.
К тому времени, как союзные войска достигли района, недавно занесённого снегом, белое покрывало уже исчезло.
— Немного прохладно.
— Действительно.
— Осень уже наступила?
Солдаты, проходившие через этот участок, ощущали лишь лёгкую свежесть воздуха, даже не подозревая, что ещё недавно здесь лежал глубокий снег.
Войска, прежде осторожно продвигавшиеся, теперь ускорили шаг: неожиданно очищенный путь позволял двигаться быстрее. Изредка встречались бродячие монстры, но их было так мало, что разведывательные отряды альянса легко справлялись с угрозой.
Так, продвигаясь вперёд, армия словно подхватывала идущего впереди невидимого союзника.
Вскоре они убедились, что малые варп-врата в приграничной зоне уничтожены.
Начав марш, союзные силы без препятствий вошли в зону операции.
— При осаде Сенкелиена армия Кернштадта займёт правое крыло, — произнесла Луиза фон Шварц.
Генрих и прочие представители королевской семьи Кернштадта согласно кивнули. Сам Генрих фон Шварц был включён в состав армии.
Сенкелиен
Небольшой городок, расположенный неподалёку был не столь велик, но имел стратегическое значение. Здесь находились двое варп-врат среднего размера.
Разумеется, окрестности кишели монстрами, и потому союзные войска устроили базу на удалении от города, чтобы готовиться к операции.
Варп-врата были словно источники, из которых без конца изливались твари. Чтобы добраться до них, армии предстояло пробиваться сквозь засады монстров.
Добравшись до врат, воины начинали полномасштабное наступление, пока сами врата не рушились. Но их уничтожение не означало конца сражения — оставалось ликвидировать существ, уже вырвавшихся наружу.
Прежде такие операции выполнял разведывательный отряд Савиолин Тернер: она врывалась, разрушала врата и отступала. Но с каждым разом варп-врата становились прочнее, а число монстров — всё больше.
Теперь однократный прорыв был невозможен.
Разумеется, разрушить врата всё ещё можно было прежней тактикой, но цена оказалась бы слишком высока.
Савиолин Тернер, архимаги и рыцари высшего класса — все они стали незаменимы. Их гибель означала бы не только потерю боевого духа, но и срыв будущих разведопераций.
Поэтому теперь в бой отправлялась армия — чтобы жертвовать заменимыми силами вместо бесценных.
— В этой операции мы уничтожим монстров на правом фланге, — объясняла Луиза, излагая план командования. — При поддержке тыловой артиллерии армия продвинется к окраинам Сенкелиена. Лишь тогда разведотряд во главе с Эллен Арториус и Савиолин Тернер войдут в город.
Она повернулась к Генриху:
— Ты возглавишь уничтожение монстров до наступления авангарда.
— Да, сестра, — с серьёзным лицом ответил он.
Генрих и тень сомнений
Мнение самого Генриха при его включении в армию Кернштадта никого не интересовало. Луиза фон Шварц настояла на этом, и её аргумент был очевиден: защита прямого королевского рода.
Империя не стала возражать — отказ только вызвал бы конфликт.
Сам Генрих тоже не посмел перечить.
«Твои братья убьют тебя».
Он не верил в это. Но сомнение, раз возникнув, не отпускало.
Переселившись в казармы Кернштадта и участвуя в их делах, он постоянно ощущал смутное беспокойство, словно невидимый клинок нависал у него за спиной.
До этого момента цель союзных войск была очевидна: продвижение. Но вот начиналась первая операция по уничтожению варп-врат, и напряжение в гарнизоне возросло до предела.
Теперь речь шла не о блуждающих чудовищах, а о борьбе с самими вратами — источником бедствия.
Если им удастся выполнить миссии от начала и до конца, кризис можно будет считать исчерпанным.
Генрих смотрел на казармы, где переплетались страх, решимость и хрупкая уверенность.
— Ты тревожишься? — услышал он голос за спиной.
— …Брат, — произнёс он, оборачиваясь.
Перед ним стоял Альфонс фон Шварц, второй брат, с лёгкой улыбкой на лице.
— С твоей силой ты можешь смести всех монстров. О чём же ты переживаешь?
— Так бывает не всегда… Есть твари, на которых огонь не действует.
— С этим справятся другие. Больше волнует, что будет, если наша сестра сама вступит в бой.
Генрих промолчал. Для него эта война не была борьбой за славу, как, казалось, воспринимал её брат. Это была война за выживание.
Он замечал, что Альфонс относится ко всему слишком легкомысленно. Он верил в силу армии и был уверен: что бы ни произошло, он выживет. Эта уверенность исходила не из собственной стойкости, а из того, что всегда найдутся другие, кто умрёт вместо него.
И каждый раз, сталкиваясь с этим, в Генрихе поднималось тяжёлое чувство неприятия.
Он плохо знал своих братьев. Но всё, что видел в казармах Кернштадта, лишь укрепляло его в разочаровании.
— Какая удобная способность — сметать монстров на расстоянии, правда? — с ухмылкой сказал Альфонс, положив руку на плечо брата.
Генрих ясно уловил сарказм.
Сверхчеловек, побеждающий без риска, — таков был взгляд брата. Не восхищение, а скрытое презрение.
Генрих почувствовал это, но лишь спокойно кивнул:
— Да, брат.
— …Хм?
— По сравнению с Эллен или Тернер мне куда легче.
Он и сам всегда так думал. Те, кто сражался лицом к лицу, рисковали гораздо больше, тогда как он мог убивать издалека.
Альфонс же внимательно вглядывался в его лицо, ирония в словах не находила отклика.
— Ты думаешь, что тебя можно сравнить с героем или с Савиолин Тернер? — в голосе Альфонса звучала насмешка.
— …Это не то, что я хотел сказать.
— Наш младший… какой же ты неудачник.
— Неудачник?
— Альфонс прищурился. — Или ты стал настолько высокомерен, что возомнил себя равным после общения с этими имперскими ублюдками?
Он искривлял смысл, придавая словам Генриха оттенок дерзости, которого в них не было.
Генрих растерялся: его брат воспринял искренний ответ как сарказм, и объяснять бесполезно.
Он знал: братья его не любят. Они принимали его лишь потому, что он был полезен.
Причина уходила в детство — в тот самый инцидент. С тех пор они смотрели на него, как на ничтожество, и годы не изменили этого отношения.
Мысль об этом жгла его, когда к ним подбежал запыхавшийся посыльный.
— Срочные новости!
— Что случилось? — спросил Альфонс.
— Разведывательное подразделение сообщает: в районе предстоящей операции возник торнадо!
— …Торнадо?
Альфонс и Генрих переглянулись, недоумевая.
Стихия в Сенкелиене
Даже на большом расстоянии уши резал свист ветра. На горизонте, словно живой зверь, вращался гигантский торнадо, сметая всё на своём пути. Он подхватывал монстров, швырял их в воздух и рвал на части.
— Врум! Врум!
Внутри клубились молнии, вспыхивая десятки раз в секунду. Любого, кто попадал в смерч, ожидала мучительная смерть: его крутило, рвало, обжигало и бросало оземь.
Мы пятеро — Лиана, Харриет, Оливия, Айри и я — уже действовали в Сенкелиене, куда направлялись союзные войска.
Да, чудовища всё равно рвались из врат, но наша цель была в другом: заранее сократить их число и облегчить операцию.
Вызывать метель, как раньше, было бы губительно для союзников.
Поэтому Лиана подняла торнадо, превращая окрестности в пустошь.
— Кваааа! — ревели твари.
— Хм! — Оливия вызвала Рыцарей Смерти, чтобы прикрыть Лиану.
Монстры штурмовали нас со всех сторон. Мой клинок ауры, сияющий голубой маной, рассекал десятки. Оливия сдерживала натиск, Харриет жгла магией, а Айри усыпляла самых яростных.
Наша задача была ясна: защищать Лиану, пока она завершит начатое.
— Врум-врум!
Вскоре в противоположной стороне вспыхнул ещё один шторм. Два торнадо ревели и сверкали молниями.
— Готово! — крикнула Лиана.
Я высвободил энергию, и поток пламени смёл врагов передо мной.
— Отходим! Перегруппироваться!
Мы собрались вокруг Харриет и Лианы. Не было нужды убивать каждого монстра — торнадо сделает это за нас.
— Пошли! — сказала Харриет.
Её ожерелье вспыхнуло, по телу пробежали светящиеся линии. В одно мгновение она соткала заклинание массового телепорта.
— Вжух!
Мы исчезли с поля боя.
Решения в штабе
— Думаю, это управление погодой, — произнёс Бертус, листая донесение Тернера.
— Похоже на то, — кивнул тот.
Император лично находился в гарнизоне, ожидая начала первой операции.
Это был первый шаг в битве, от которой зависела судьба человечества.
Бертус знал: ни у одного мага и ни у одного сверхъестественного в Союзных войсках нет сил вызвать такую бурю. Снегопад, торнадо… это явно было дело рук Лианы.
Магия ли это или врождённая сила — неважно. Важно то, что Сенкелиен охвачен погодной аномалией, и это играло на руку альянсу.
— Когда смерч стихнет, мы должны двинуться как можно скорее, — сказал он.
Нельзя было строить планы, рассчитывая на постоянную помощь Короля Демонов, но Бертус чувствовал: она будет продолжаться, пока проблема с Вратами не будет решена.
Он закрыл лицо руками и тяжело вздохнул. Первая решающая операция обернулась тем, что поле боя смёл торнадо.
Да, это облегчало задачу, но и лишало кампанию героического блеска.
И он не мог не думать: если однажды Империи придётся воевать с Королём Демонов, что тогда? Выдержит ли человечество такой удар?
— Кстати… как Эллен? — спросил он.
— Её состояние… не назвала бы хорошим, но оно и не ухудшается, — ответила Тернер.
— Это облегчение. А ожерелье Деттомолиана действует?
— Трудно сказать… — Тернер замялась. — В последнее время она… завела кошку.
— Кошку?
— Да. Не знаю, почему, но это влияет на неё.
Бертус не понял, что имела в виду Тернер.
— Ваше Величество, можем ли мы использовать «то оружие» в этой операции?
— Ах…
Император кивнул, словно угадывая мысль.
— Пока оно не готово. Эрцгерцог и Аделия делают всё возможное, но процесс сложен. Возможно, завершат к концу года, но я не уверен.
— Я понимаю… жаль, что не раньше.
На столе Бертуса лежал документ с громким названием:
«План разработки стратегического оружия через интеграцию механизмов маны и оптимизацию силовых камней».