Онлайн чтение книги Верховный маг The Supreme Magus
63 Ларуэль

— Вы бы рисковали подвергнуться нападению даже без нынешней борьбы за власть, но сейчас это всё равно что гулять с мишенью на спине, — сказала Лита. — Учитывая ненависть народа растений к людям, голодающих из-за паразита зараженных и приспешников Эрлика, скрывающихся в толпе, статуса почетных гостей Лианнан может оказаться недостаточно для вашей безопасности.

Литу можно было упрекнуть во многом, но только не в грубости по отношению к друзьям. Она лишь вежливо пыталась предупредить Каллу, что ее природа в очередной раз может навлечь на нее массу неприятностей. Эрлик непременно сочтет ее предательницей, тогда как народ растений увидит лишь ее мертвую половину и примет Каллу либо за врага, либо за разносчицу чумы.

— Спасибо за заботу, но я рискну. — Калла полностью вернулась в свою форму Умертвия.

Теперь это была сгустившаяся масса теней размером с небольшой дом, которая непрерывно меняла очертания, пока не приняла вид гигантского медведя. Единственными ее отличительными чертами были пылающие красные глаза и массивный скелет, время от времени проглядывающий сквозь вечно изменчивую тьму, из которой состояло тело Каллы.

— Куда вы хотите отправиться? — спросила Лита, недоумевая, почему столь многие видят лишь жуткую внешность ее подруги, будучи совершенно неспособными разглядеть ее любящую натуру.

И хотя все дриады обладали сногсшибательной внешностью, дело было вовсе не в их тщеславии или попытке усладить человеческий взор. Подобно тому, как Императорские звери осваивали свою первую форму для смены облика, так и цветок, эволюционируя в дриаду, просто принимал тот физический облик, с которым сам себя ассоциировал.

— Я не собираюсь осматривать достопримечательности, так что веди нас к последнему известному местонахождению штаба Эрлика, — ответила Калла. — Если ткани, порождающие болезнь, созданы из его тела, это будет просто идеально. У нас даже появится веский повод вмешаться в борьбу за власть, несмотря на то, что законы народа растений позволяют участвовать в ней лишь гражданам города-государства.

— Но это опасно! — воскликнула Лита. — Скорее всего, они уже сменили дислокацию после последнего рейда, но если они вас увидят, то попытаются убить.

— Какой мне смысл оставаться здесь? Будет даже лучше, если приспешники Эрлика сами найдут меня — по крайней мере, они подкинут мне материал для изучения, — ответила Калла с волчьей усмешкой.

С тех пор как Лит и Солус обучили ее магии света, исследования Каллы на пути к становлению Личом продвигались семимильными шагами. Она не была столь искусна в магии света, как Скарлетт, и не умела по желанию превращать тьму в свет, но постепенно начинала осознавать, насколько глубока связь между этими двумя, казалось бы, конфликтующими стихиями.

Если бы ей удалось захватить нескольких мертвецов, она смогла бы изучить их кровавые ядра, не терзаясь муками совести из-за того, что играет в бога с самой их жизненной эссенцией. Калла была мягкой, но отнюдь не глупой. Она похоронила всех своих прошлых врагов, и если уж решала кого-то убить, то способы и сроки становились лишь бессмысленными деталями.

— И последнее. Мы можем использовать пространственную магию внутри Ларуэля? — спросила Калла.

В городе, полном потенциальных опасностей, было бы чистым безумием передвигаться, не имея четких путей к отступлению.

— Технически — нет. Массивы настроены так, что только народ растений может пользоваться как системой общественного транспорта, так и пространственными артефактами. Однако вы — гости Лианнан, и это дает вам особые привилегии. — Лита протянула каждому из них предмет, похожий на маленький желудь. — Направьте свою ману через этот фокус, и ваши заклинания сработают как обычно. Но будьте осторожны, для чужаков запечатаны даже пространственные амулеты.

В тот момент, когда двое Пробужденных взяли свои желуди, они с помощью «Бодрости» ощутили таящуюся внутри силу. Это был не магический артефакт, а всё еще живая часть чего-то большего. В желуде отсутствовало ядро маны, однако и его жизненная сила, и поток маны были отчетливо видны.

«Охренительно! — мысленно выругался Лит. — Это лучший жучок, который только можно придумать. Тот, кто породил этот с виду безобидный желудь, вполне может слушать и видеть всё, что мы делаем, а возможно, даже сканировать нашу ману. И в довершение ко всему, я не могу спрятать его в своем карманном измерении, потому что этот самый желудь нужен мне, чтобы получить доступ к пространственному хранилищу. Идеальная уловка-22!»

«Думаешь, он способен меня засечь?» — спросила Солус.

«Вряд ли, но рисковать я не собираюсь».

Перед уходом группа немного попрактиковалась в открытии и закрытии пространственных дверей с помощью желудей. Калла спрятала свой в небольшой пояс для инструментов, который носила на шее. Затем Лита открыла Врата, ведущие к месту их назначения, и пожелала им удачи.

И хотя Пробужденные были взбешены этой тонкой попыткой шпионажа, а все члены группы напряглись от одной лишь мысли о том, что им предстоит сунуться в логово льва, открывшееся их взорам зрелище захватывало дух.

Солнце взошло уже несколько часов назад, но на листьях высоченных деревьев, скрывавших небо над Ларуэлем подобно непроницаемому потолку и защищавших город от чужих взглядов с воздуха, каким-то образом всё еще блестела роса. Она отражала солнечный свет так, что, несмотря на густую листву, не позволяющую взглянуть на небо, город был прекрасно освещен. Капли также порождали множество маленьких радуг, которые скользили вслед за взглядами прибывших, придавая Ларуэлю вид, достойный настоящей сказки.

Здешние здания не были высечены из камня или построены; они были выращены, отчего каждый городской квартал ничем не отличался от обычных лесных зарослей. Одни дома жались друг к другу, другие стояли поодаль, словно тот, кто их сажал, действовал по минутной прихоти.

И всё же на каждом шагу царили гармония и красота. Ларуэль воспринимался не как город, а как природное сокровище, простирающееся настолько далеко, насколько хватало глаз. Свежий воздух был наполнен давно забытыми ароматами, которые, казалось, омолаживали легкие. Сочные краски цветов, растущих буквально повсюду, успокаивали их беспокойный дух, а вид магических обитателей города с их причудливыми, но прекрасными телами едва не заставил группу забыть о важности их миссии.

Едва не заставил.

Даже Литу было трудно не остановиться, чтобы просто вдохнуть аромат роз, но сказка оборачивалась мрачным кошмаром, стоило лишь заглянуть глубже. Несколько аномалий тут же насторожили его чувства.

Отсутствие характерных городских запахов позволило ему отчетливо осознать, что здесь что-то не так. Сквозь благоухание цветов в воздухе пробивался тошнотворный смрад тлена. Здания, где прятались Эрлик и его последователи, выдавали себя проплешинами увядшей зелени. Следы борьбы, развернувшейся после того, как их обнаружила стража Лианнан, всё еще бросались в глаза. Лишь дома, оскверненные прикосновением нежити, так и не оправились, в то время как остальные постройки в округе пребывали в первозданном виде.

Солус просканировала окрестности, успокоив Лита тем, что живые дома-деревья каким-то чудом не пострадали от скверны, однако того же нельзя было сказать о самих жителях Ларуэля. Она засекла нескольких представителей растительного народа с кровавыми ядрами, и это навело ее на определенные мысли.

— Калла, отраженный свет действует на нежить? — спросил Лит от имени Солус.

— Да. Колоссальное количество энергии света, которое он несет, оказывает негативное воздействие на многие виды нежити. Но мы уже знаем, что зараженные ткани не имеют болезненной реакции на солнечный свет.