Онлайн чтение книги Верховный маг The Supreme Magus
73 Утопия

— К тому же, если бы он действительно хотел сколотить армию, куда более выигрышной стратегией было бы заслать рабов вроде того Энта-Гренделя, с которым вы столкнулись, и заражать исключительно самых могущественных представителей народа растений, а не всех подряд. Да, на это ушло бы время, но нежить умеет ждать. Учтите и то, что большинство зараженных растений ни за что бы в этом не признались из страха стать изгоями или прослыть предателями. Вся эта заварушка, в которую втянули даже три великие страны, слишком опасна даже для самого Эрлика.

Он не просто нажил себе врагов в лице всего континента. Даже в случае успеха своего плана Эрлик никогда не сможет прокормить такую ораву. Нежить можно назвать как угодно, но только не идиотами. Глупцы попросту не живут достаточно долго, чтобы стать настолько опасными. Проклятие нежити нельзя распространять безрассудно, особенно сейчас, когда численность человеческой популяции так резко сократилась.

— Уверена, что даже если Эрлик каким-то чудом победит, его первым же шагом в качестве нового регента станет выбраковка слабых новообращенных мертвецов. В военное время еда ценится куда выше золота.

— И какова, по-твоему, его истинная цель? — спросила Фрия.

— Хотела бы я знать, — вздохнула Джирни. — И всё же это должно быть нечто чертовски важное, нечто способное пошатнуть статус-кво среди других держав континента. Иначе Суды Нежити ни за что бы этого не допустили. Одна из причин, по которой Королевство вообще их терпит, заключается в том, что Суды — это необходимое зло. Они разбираются со спятившей нежитью и зачастую берут под контроль криминальный мир, предотвращая бессмысленный хаос. Рискнуть своим шатким перемирием с великими странами — значит, у них либо нет иного выхода, либо они наконец-то накопили достаточно сил, чтобы вывести игру на новый уровень.

Слова Джирни навеяли мрачную атмосферу. Бремя, лежащее на плечах всех присутствующих, внезапно стало куда тяжелее. Камила поспешила сменить тему, сообщив Литу, что уже предупредила его семью, и те не будут волноваться из-за того, что его амулет вне зоны доступа.

«Никак не пойму, к чему леди Эрнас завела этот разговор. Ее дочери и так находятся под колоссальным давлением, особенно Квилла и Флория. Первую фактически представили как замену Манохару, а это значит, что на плечи столь юной девушки возложили слишком много ожиданий. Что до Флории, боюсь, ее может больше заботить спасение собственной карьеры, нежели судьба Ларуэля, а это прямой путь к роковым ошибкам. В ее положении малейший промах может стоить ей места в армии», — подумала Камила.

***

Штаб-квартира Энта-Драугра Эрлика, настоящее время.

Теперь, когда солнце скрылось за горизонтом, Энт-Драугр Эрлик наконец-то мог встать и перестать пялиться на свои сокровища как умалишенный. И всё же мочь и хотеть — это совершенно разные вещи.

У Драугров всегда уходила изрядная доля силы воли на то, чтобы просто покинуть место своего упокоения. Убедившись, что все защитные чары активны и что любой, кто посмеет осквернить его святилище, не проживет достаточно долго, чтобы об этом пожалеть, он отправился на поиски своего заместителя — Дриады-Гренделя Гремлика.

Если его ждали очередные дурные вести, он хотя бы мог задать этой назойливой занозе хорошую трепку, чтобы успокоить нервы. Гремлик был чересчур умен и слишком силен, что Эрлику совершенно не нравилось. Одно неверное движение — и все его жертвы, все его интриги принесут плоды, которые пожнет Гремлик, предварительно сделав из Эрлика козла отпущения.

«Проклятье, как бы я хотел, чтобы он был просто безмозглым вышибалой. До сих пор наши интересы совпадали, но наши амбиции — никогда. Я не могу ему доверять».

Эрлик распахнул дверь в комнату Гремлика, и его ждал неприятный сюрприз. Помещение было разгромлено до такой степени, что внутри не осталось ни единого целого предмета мебели; стены сплошь покрывали глубокие борозды от когтей, а всё вокруг было забрызгано лимфой.

По запаху Эрлик безошибочно узнал останки самых преданных приспешников Гренделя. Вряд ли кто-то из них выжил.

— Что стряслось? — поинтересовался Эрлик, делая вид, будто не замечает гримасы, исказившей иначе красивое лицо дриады.

— Я недооценил Пробужденных. Я хотел избавиться от них до того, как они смогут изучить наш прототип, и убедиться, что их смерть еще больше усугубит отношения между Ларуэлем и Королевствами, выиграв нам время. Но я не только не смог прикончить ни одного из этих мерзких людишек, я еще и потерял самого перспективного раба из своего стада. Я потратил годы, подготавливая его к тому, чтобы он смог совладать с яростью и мощью Гренделя, и всё впустую. — Гремлик скрипнул своими жемчужными зубами так сильно, что они треснули, но лишь затем, чтобы через долю секунды исцелиться.

Потеря двух мертвецов была сущим пустяком, но гибель раба стала тяжелым ударом. Грендели почти вымерли из-за того, что их одолевала безрассудная жажда крови, которая затмевала их разум, стоило им принять свой истинный облик. Гремлик был непревзойденным магом в теле Дриады и несокрушимой машиной для убийства в форме Гренделя, однако, чтобы взять лучшее от обоих миров, ему потребовалось огромное количество тренировок.

— Это не мои проблемы, — ухмыльнулся Эрлик. — Меня интересует наш план.

«Значит, мои потери — это только мои потери, а Ларуэль — это "наш план"?» Гремлику потребовались все его десятилетия самодисциплины, чтобы не сойтись с Драугром в смертельной схватке прямо сейчас.

— Всё идет по плану. Зараженные, пожирающие всё, до чего только могут дотянуться их грязные лозы, отлично скрывают повреждения домов-деревьев. Возможно, вскоре нам придется покинуть это место, но я уже подготовил нашу следующую базу. По сравнению с первым прототипом мы продвинулись семимильными шагами.

Эрлик кивнул, обводя взглядом кору заколдованного дома вокруг них. Их контроль над плесенью улучшился, а побочные эффекты их экспериментов еще не успели проявиться снаружи. Драугр приложил руку к ближайшей стене и выпустил бесчисленное множество лоз, позволивших ему взять под контроль агонизирующее древо. Он лично убедился, что все повреждения будут надежно скрыты здоровым слоем коры, из-за чего заметить их снаружи снова станет невозможно.

«Нежить континента Гарлен, должно быть, совсем размякла после основания своих Судов, раз так долго упускала подобную возможность, — размышлял Эрлик. — Если мой план увенчается успехом и мне удастся избежать смерти от рук Гремлика, моя мечта станет реальностью. Став регентом Ларуэля, я получу доступ к Мировому Ростку, и если моя теория верна, я Пробужусь. Это даст мне средства для создания вечного королевства нежити. Утопии, где нам больше не придется прятаться и дрожать от страха.

Стоит лишь приказать Ростку убрать росу, покрывающую кроны деревьев, и город погрузится в вечную тьму, которая освободит нас от тирании солнца. Мне хочется верить, что эта чума стала знаком от бога тьмы. Что все эти страдания после потери наших домов обрели смысл».

«Совсем скоро нежить перестанет быть расой изгоев. Наши Пробужденные больше не смогут нас игнорировать. Мы станем не просто червем, прячущимся в яблоке, но полноправными хозяевами всего сада. Моя раса будет процветать, а меня провозгласят ее спасителем».

Он и не подозревал об инциденте с отравлением жизненной силой, равно как и о том, что плесень осталась ровно там же, где они ее и бросили. Лианнан оказалась хитрым противником: она усыпила их бдительность иллюзией безопасности, прежде чем начать полномасштабную атаку, которая выкурила их из укрытия и едва не стоила им всего.