Онлайн чтение книги Верховный маг The Supreme Magus
83 Эффект домино

— Нежить уже не в первый раз умудряется заражать людей — будь то ради безопасного пропитания или ради контроля. Однако подобные трюки всегда следовали одному и тому же шаблону.

— Ткани прятались внутри жертвы, действуя как паразит. Следовательно, можно было обнаружить две энергетические сигнатуры, каждая из которых принадлежала разным существам, а затем просто удалить чужеродную. В нашем же случае ткани Драугра образуют симбиота, который сливается с носителем воедино, делая их раздельное лечение невозможным. Вот почему ему так долго удавалось водить нас за нос. Инфекция следовала паттерну чумы Джиеры, но имела иной эффект, заставив нас поверить, что это просто другой штамм той же болезни, — произнес Март.

— Вот оно! — от волнения Квилла вскочила со стула. — Профессор, если мне не изменяет память, смертоносная особенность чумы Джиеры заключалась в ее способности связываться с тканями жертвы и заставлять их гнить изнутри, так что любая попытка исцеления лишь ускоряла процесс распада.

— Именно, — кивнул Март. — Эту болезнь невозможно было вылечить обычной исцеляющей магией. Требовалась комбинация заклинаний тьмы и света, иначе лечение лишь приумножило бы зараженные ткани и способствовало распространению недуга вплоть до стадии, когда он становился неизлечимым.

Метод лечения требовал от Целителя умения отличать здоровые участки тела пациента от пораженных. Затем ему приходилось бомбардировать организм импульсами магии тьмы — достаточно мощными, чтобы убить зараженные ткани, и при этом лишь ослабить здоровые.

Только после этого становилось возможным напитать пациента жизненной силой и магией света, поскольку размножаться могли лишь здоровые клетки, тогда как зараженные погибали от истощения. Процедуру следовало применять в первую очередь к голове и торсу пациента, так как, в отличие от конечностей, их нельзя было регенерировать. Кроме того, критически важную роль играло время. Из-за специфической природы чумы, если в организме не оставалось здоровых тканей, пациент был обречен.

— Рискну предположить, что Эрлик напитал свои ткани теми же заклинаниями, что питали чуму. До сих пор вы лечили ее сначала так, будто это была чума Джиеры, а затем — как обычного паразита нежити. Но наш враг на самом деле — гибрид. Мы уже знаем, как искоренить чуму, но как нам адаптировать лекарство под Драугра? — спросила она.

— У Драугров не так много слабых мест, не считая неспособности передвигаться при свете дня. Они — создания зависти и алчности, так что... — В глазах Марта промелькнула искра озарения. — О боги! Это пока лишь безумная идея, но если она сработает...

***

Особняк Эрнас, настоящее время.

Став архонтом, Джирни Эрнас перестала быть простым офицером. Ее новая должность требовала контроля за работой множества Королевских Констеблей, и отчеты, нескончаемым потоком ложившиеся на ее стол, с каждым днем вызывали у нее всё больше тревоги.

Империи удалось остановить продвижение армии Лича, и она медленно, но верно отвоевывала утраченные земли, однако множество людей по-прежнему оставались без крова. Все те, у кого были родственники в Королевстве Грифонов или в Кровавой Пустыне, искали в других странах убежища от войны. Однако отличить тех, кто от отчаяния решился на предательство родины, от шпионов, подосланных для распространения дезинформации, было чертовски сложно.

Королевство усилило армейское присутствие на своих границах и даже всерьез рассматривало идею вторжения в Империю, прежде чем отказаться от этой затеи. И вовсе не потому, что Королевство Грифонов сжалилось над бедственным положением соседа или испытывало благодарность за то, что те поделились лекарством от чумы Джиеры.

Как и в случае, когда Королевство столкнулось с угрозой паразита Кандрии, всё сводилось к оценке рисков и возможностей. Если бы они вынудили Магическую Императрицу разделить свои силы, это неминуемо привело бы к ее поражению, но радость от этой победы была бы недолгой.

Если бы Империя Горгоны пала, половина ее территорий оказалась бы в лапах Лича Визы, обеспечив нежити надежный плацдарм на континенте Гарлен. Что еще хуже, каждый павший гражданин Империи не просто пополнил бы ряды армии Лича — Королевство Грифонов стало бы ее новым соседом и следующей мишенью. Учитывая нынешнее вторжение нежити с Джиеры, это означало бы необходимость сражаться с врагами как внутри, так и за пределами Королевства, вдобавок рискуя подставить спину Кровавой Пустыне.

Императрица была их лучшим козырем против Визы, или, по крайней мере, Королевство планировало использовать ее, чтобы выиграть достаточно времени для решения внутренних проблем с нежитью и подготовки к колонизации Джиеры.

Все те ресурсы, которые Императрице приходилось вкладывать в войну, Королевство направляло на то, чтобы не проиграть колониальную гонку Кровавой Пустыне. Чего Джирни не знала, так это того, что Салаарк обращалась со своими немертвыми гостями точно так же, как и со всем остальным.

Им оставалось либо преклонить колено, либо стать удобрением для ее личного сада. Ходили слухи, что ее знаменитые Кровавые Розы цветут посреди пустыни исключительно благодаря выдающейся питательной ценности вампирского пепла. Что, разумеется, заставило всех, кроме самых отважных или отчаявшихся беженцев с Джиеры, держаться от Кровавой Пустыни подальше.

Королевству повезло куда меньше. Между убийствами, совершаемыми нежитью под видом обычных преступлений, и преступниками, пытающимися свалить свои злодеяния на нежить, объем работы Джирни вырос вдвое. Слишком многие аристократы вновь подняли головы, осмеливаясь вершить преступления против Короны и нарушать законы магии теперь, когда у них появился идеальный козел отпущения. Вдобавок ко всему, архонту Эрнас приходилось руководить поисками Манохара.

Все ее предшественники не смогли вернуть Безумного Профессора в трудный для Королевства час и поплатились за это своими должностями.

«Сначала Флория, а теперь это. Интересно, получила ли я это назначение потому, что Корона доверяет мне, раз уж в прошлом я успешно справлялась с Манохаром, или же это просто политическая игра, призванная подорвать авторитет семьи Эрнас?» — размышляла Джирни.

В последнее время Орион подвергался жесткой критике за то, что поделился секретами Королевских Кузнецов со своими дочерями, хотя сделал он это только после того, как лично поручился за них и получил официальное разрешение от самой королевской семьи.

Джирни была не новичком в политических баталиях, но семья Эрнас впервые оказалась в осаде со всех сторон. Эрнас были одним из самых древних и могущественных родов в Королевстве: в их жилах текла голубая кровь, тесно связанная с Короной, и они обладали огромной магической силой.

Обычно под ударом оказывалась только Джирни, и исключительно потому, что ее работа Констебля делала ее врагом преступников, будь то простолюдины или аристократы. Орион не лез в политику, а его работу в качестве Королевского Кузнеца ценили крайне высоко. Однако теперь кто-то планомерно подрывал их престиж и авторитет, начав с самого уязвимого члена семьи.

«Я знала, что должность архонта сделает мое положение еще более шатким, но никак не ожидала, что они отыграются на всём роде Эрнас. Если бы за этим заговором стояла я, то позаботилась бы о том, чтобы Флория получила выговор за некомпетентность — и как лидер, и как Королевский Кузнец. Если они свалят вину за смерть профессоров на методы обучения Ориона, эффект домино в следующую очередь ударит по нему».