Онлайн чтение книги Верховный маг The Supreme Magus
20 Ночь Страха IV

«Да, но как в хорошем, так и в плохом смысле»

«Ты стыдишься Защитника? Ты действительно скрывал бы его существование, как будто он преступник, только потому, что он другой? Ты стыдишься меня?»

«Не смеши меня!»

«Кроме того, раскрыть природу Защитника — проще простого по сравнению с тем, чтобы сказать любой здравомыслящей женщине, что у меня буквально горячая девушка под рукой».

Солус покраснела, подумав о том, как трудно было даже Тисте принять тот факт, что у её брата с четырёх лет была магическая сиамская близняшка.

«Да, думаю, даже Флория может упасть в обморок, когда ты расскажешь ей обо мне».

«Действительно, так и будет. Единственный вопрос — сделает ли она это до или после того, как задушит меня»,

«Но знай вот что: я ни капли тебя не стыжусь. Тот, кто не может принять тебя, не достоин участвовать в моей жизни».

Лит играл с детьми, показывая им, как активировать чары на их новых игрушках. Это была всего лишь вторая их встреча с Литом, но он уже был их героем.

Одежда, которую он им подарил, не чесалась, и он всегда приносил им мешки с подарками.

— Ты с ними гораздо лучше ладишь, чем я, — сказал Райман, выйдя из ванной в зелёной рубашке и коричневых штанах.

— Ты шутишь? Разве ты не говорил мне, что у тебя много щенков?

— Действительно, но я впервые имею дело с людьми. Они так медленно растут и так медленно соображают. Не говоря уже о том, какие они шумные и хрупкие. И всё же я бы не променял их ни на что на свете.

— Что ты думаешь о Камиле? — спросил Лит.

— Она красивая женщина. Определённо красивее той, другой.

— Я имел в виду как личность!

— Я знаю, но пока это лучшее, что я могу о ней сказать. Ты уверен, что хочешь это сделать? Ты всегда можешь получить свой ответ в другой раз. Я не хочу, чтобы ты пострадал из-за меня.

— Сейчас или потом — всё равно. Некоторые вещи — как пластырь. Чем быстрее, тем лучше, — сказал Лит, впервые за почти два десятилетия заговорив по-английски.

Когда Камила и Селия вернулись, вид Лита, играющего с детьми, пока Райман проверял ужин, согрел сердца обеих женщин.

«

«Защитник, кажется, лучший муж, чем большинство людей. Зверь он или нет, по сравнению с Фалмугом он святой. Он построил весь этот дом сам, чтобы обезопасить свою семью, а не держать их в плену».

«Не могу поверить, что я провела почти полчаса, и ничего не порвалось и не сломалось»,

«Я всегда думала оставить их с Гидрой, но я не доверяю её суждениям. У зверей странное представление о воспитании детей, и последнее, что мне нужно, — это чтобы эти две ходячие катастрофы научились магии».

Ужин прошёл более гладко, чем все ожидали. После первоначального шока Камила быстро приспособилась к ситуации, став более расслабленной. Они вчетвером немного поговорили о своей жизни, прежде чем начать рассказывать друг другу, как они познакомились.

Первая встреча Селии с Защитником была сильно отредактирована из-за присутствия детей, тогда как Камиле пришлось лишь опустить причину, которая привела её к личной встрече с Литом перед их первым свиданием.

— Такая романтичная история. Хотела бы я, чтобы этот болван был таким же заботливым тогда, вместо того чтобы быть просто нахлебником, — вздохнула Селия.

— Я не был нахлебником! — возразил ей Защитник.

— Я пытался изучить человеческие обычаи и помогал тебе с охотой на крупную дичь. Это ты никогда не объясняла мне, что такое настоящее свидание, пока тебе не надоело просто…

Его взгляд упал на детей, заставив его использовать преуменьшение.

— …сидеть дома и обниматься. Поправь меня, если я ошибаюсь, но это заняло у тебя месяцы.

Селия сильно покраснела, заставив Камилу усмехнуться при мысли, что, несмотря на то, что они так мало знали друг о друге, когда встретились, они зашли так далеко, что поженились.

— Перестань выставлять меня извращенкой перед нашими гостями. Некоторые вещи лучше оставить при себе. Лит для нас почти как сын, и кроме него нас слушают наши родные дети!

— Услышав, какая они милая пара, неужели ты не можешь хотя бы попытаться сделать нашу историю любви больше похожей на сказку, а не на трактирную шутку? — Селия пыталась звучать сердито, но не могла скрыть своего смущения.

Тогда она была моложе и умирала от скуки из-за изоляции. Она просто хотела снять накопившееся напряжение со своим новообретённым партнёром по охоте. Селия ни на секунду не верила, что однажды ей придётся делиться этой частью своей жизни с кем-то ещё, поэтому она была более беззаботной, чем обычно.

— Как пожелаете, моя леди, — Райман низко поклонился ей, прежде чем начать рассказывать, как он был очарован её поэзией и грацией, откровенно соврав так, что даже дети вскоре начали смеяться над Селией.

— Я бы сказала, достаточно, — Селия покраснела до ушей.

— В этом виноват ты, Лит. До того, как он провёл с тобой столько времени, он не был таким умником.

Неловкость Камилы к этому моменту полностью исчезла. Дети, дом, еда, даже ссоры пары были точно такими же, каких она ожидала бы от обычных людей.

И именно тогда её осенило.

«А что такое “нормально”, собственно? Старший брат Лита был “нормальным”, и всё же чуть не убил его. Фалмуг был “нормальным” мужчиной, и всё же он обращался со своей семьёй так, будто они были просто вещами. Моя мать — “нормальная” женщина, и всё же она никогда не заботилась обо мне так, как Защитник заботится о Лите»,

«После всего зла, которое я видела, как люди причиняют своим родным, будучи Констеблем, судить Императорских Зверей из-за предрассудков — просто лицемерие. Мне следует спуститься с небес на землю и принимать вещи такими, какие они есть».

После еды дети уснули на руках у родителей, пока Лит показывал фильм. После того как Защитник уложил их спать, взрослые наконец-то смогли свободно поговорить.

— Хочешь о чём-нибудь спросить нас, дорогая? Не сдерживайся, худшее уже позади, — сказала Селия.

Камила спросила их о беременности Селии и о том, когда ребёнок начнёт менять облик, на что Селия честно ответила. Единственное отличие от человеческих младенцев заключалось в том, что гибриды меняли облик в случае стресса, то есть довольно часто.

— К счастью, они рождаются без зубов и когтей, так что они безвредны.

— Причиняли ли они тебе боль? — спросила Камила.