Онлайн чтение книги Верховный маг The Supreme Magus
8 - 111

Имея доступ к «Бодрости», большинство Пробужденных не испытывало нужды изучать магию исцеления. Будучи Мастером Света, Кседрос освоил магию исцеления вплоть до четвертого уровня, прежде чем открыл для себя способы создания конструктов из твердого света.

Для него магия света пятого уровня сводилась исключительно к бою, он никогда не утруждал себя «Лепкой Тела». Он также не мог просто вызвать Целителя к себе домой. Это означало бы раскрыть свое ослабленное состояние и рискнуть быть убитым, оставив свои сокровища на разграбление.

Он не стал принимать Лита в своем тронном зале, потому что Кседрос не был уверен в своей способности защитить сокровища на случай, если они слишком приглянутся Литу, и тот решит рискнуть навлечь на себя гнев своей наставницы ради них. В понимании Виверны ни один Дракон не упустил бы такой возможности, невзирая на последствия, а уж полукровка — тем более.

— Возможно, — пожал плечами Лит. — Однако я не работаю бесплатно и потребую плату независимо от результата.

Улыбка исчезла с морды Кседроса, сменившись раздраженным взглядом.

— У тебя не получается управлять Первозданным Пламенем, потому что ты обращаешься с ним так же, как с магией. Но они не похожи. Магия состоит из маны, тогда как наше Пламя — из жизненной силы. Разница примерно такая же, как между тем, чтобы передвинуть стул, и тем, чтобы пошевелить собственной рукой.

— Первое требует применения силы к постороннему объекту, тогда как второе нуждается лишь в осознании собственной конечности. Элементальная магия — это волновой эффект, который ты создаешь, излучая свою ману; у нее нет собственной воли, пока ты сам ею не наделишь. Первозданное Пламя — это просто еще одна часть твоего тела, словно атрофировавшаяся конечность, которой ты забыл, как пользоваться. Ты не можешь влить в него силу воли, потому что у него уже есть воля — твоя собственная. Пытаясь сделать это, ты отдаешь Пламени противоречивые приказы, из-за чего оно перестает реагировать.

— В этом есть смысл. И как мне это исправить? — спросил Лит.

— Это был твой аванс. Для Кузнеца Первозданное Пламя — бесценный инструмент. Я не собираюсь вести тебя за ручку и дотягивать до своего уровня. Возможно, я поделюсь еще кое-какими мыслями, если ты меня исцелишь. — На морду Кседроса вернулся оскал, но Лит был слишком сосредоточен на его наставлениях, чтобы обращать на это внимание.

Одного лишь осознания смысла этих нескольких фраз было достаточно, чтобы у него пошла кругом голова; он порадовался, что не взял с собой Солус. «Лепка Тела» требовала физического контакта, и у нее не было бы ни единого шанса скрыть свое присутствие, как только начнется лечение.

— Хорошо, позволь мне выполнить свою часть сделки. — Лит шагнул вперед и положил руки на спину Виверны.

«Бодрость» подтвердила его оценку навыков Императорского Зверя, в то время как его заклинание пятого уровня «Сканер» изучало жизненную силу Кседроса.

К его огромному удивлению, внутри тела Кседроса фактически находились две энергетические сигнатуры, и что было еще более поразительно — более мощная жизненная сила не являлась доминирующей.

Жизненная сила, принадлежащая Виверне, выглядела как красное солнце, массу которого медленно вытягивал расположенный неподалеку белый карлик. Поверхность красного солнца была искажена, а между двумя энергетическими ядрами тянулись тонкие нити, из-за чего жизненная сила Кседроса походила на обузданного зверя.

Лит слышал, как мелодия, исходящая от красной звезды, подавляется той, что излучает белый карлик, вплоть до того, что она почти полностью переписывалась.

«Да чтоб меня. Полагаю, Тирис могла бы даже навсегда превратить его в обычную ящерицу, если бы захотела. Будем надеяться, я не разозлю ее, вылечив этого придурка».

В тот самый миг, когда заклинание Лита «Скальпель» коснулось белого карлика, маленькая звезда приняла человеческий облик.

«Приветствую, Целитель. Виверна Кседрос нарушил законы Совета и понес соответствующее наказание. Я хотела, чтобы он оставался прикованным к постели достаточно долго, чтобы поразмыслить над своими поступками, но никак не ожидала, что он будет так долго тянуть, прежде чем позвать на помощь. Подобную гордыню нельзя спускать с рук, поэтому, хотя я и позволяю тебе лечить его, если ты на такое способен, будь готов остановиться по моему первому слову, иначе присоединишься к Кседросу в его страданиях».

Голос и внешность Тирис были в точности такими, какими их запомнил Лит, что подтверждало его догадку об истинной личности констебля.

Лит никогда прежде не видел подобного применения магии исцеления, поэтому не торопился, пытаясь понять, что именно сделала Тирис, и как воспроизвести это в случае необходимости.

Она оставила искру собственной жизненной силы — примерно столько же, сколько он использовал для одного выдоха Первозданного Пламени. И всё же её оказалось достаточно, чтобы на целый год искалечить регенеративные способности Виверны. Лит невольно задался вопросом, как долго это бы продлилось, если пустить всё на самотек.

В отличие от того, что на ее месте сделал бы сам Лит, Тирис не нанесла жизненной силе Кседроса никаких повреждений, ни временных, ни постоянных. Ее техника была настолько изящной, что привела его в трепет; он даже пожалел, что у него нет под рукой записывающего устройства, чтобы потом изучить и обсудить этот феномен с Фалуэль, Солус и, возможно, даже с Квиллой.

Хранительница применила магию света так, что тело Кседроса по-прежнему «помнило» свою правильную форму, но совершенно не понимало, как её принять. Это превращало процесс исцеления в метод проб и ошибок, делая любую попытку ускорить его настоящей пыткой.

Лит попытался восстановить форму красного солнца, но тщетно. Причиной искажения было присутствие белого карлика Тирис, а его удаление не входило в рамки их уговора.

Тогда Лит попытался компенсировать эффекты, создаваемые чужеродной жизненной силой, чтобы позволить Виверне залечить хотя бы бóльшую часть ран. Сначала он разделил «Скальпель» на несколько щупалец, которые просканировали белого карлика в попытке найти какое-нибудь слабое место.

Одного лишь прикосновения оказалось достаточно, чтобы сжечь ману Лита и послать болезненные спазмы по его нервной системе, словно он дотронулся до оголенного провода под высоким напряжением. Затем он использовал магию света, чтобы атаковать жизненную силу Тирис, надеясь ослабить ее достаточно, чтобы уменьшить ее влияние.

Избегание прямого контакта уберегло его от новой боли, но ничуть не изменило ситуацию.

«Грубая сила тут бесполезна. Если я применю достаточно мощи, чтобы повлиять на заклинание Хранительницы, то убью Кседроса и навлеку на себя неприятности с Фалуэль. Тирис сказала, что вылечить эту Ящерицу возможно, так что мне просто нужно сменить подход».

Лит сосредоточил внимание на жизненной силе Кседроса, изучая ее форму, цвет и излучаемую мелодию. В отличие от людей, жизненные силы Императорских Зверей представляли собой бушующие потоки чистой мощи. Это позволяло им легче менять облик, но одновременно сильно усложняло применение к ним магии исцеления пятого уровня.

Статичная природа жизненной силы людей позволяла Целителю локализовать проблему и сфокусироваться на одной точке, тогда как в случае со зверем было невозможно изменить отдельный поток жизненной силы, не затронув его существо целиком.

Задача Лита дополнительно осложнялась заклинанием Тирис, которое искажало жизненную силу Кседроса, а значит, и производимую ею мелодию. Обычно Лит использовал последнюю, чтобы лучше понять жизненный поток своего пациента и найти оптимальный способ его исправить.

К несчастью, мало того, что мелодия фальшивила, так еще и белая звезда, оставленная заклинанием Тирис, излучала свой собственный мотив. Это отвлекало Лита и мешало ему понять, делают ли его попытки ситуацию Кседроса лучше или хуже.