Онлайн чтение книги Верховный маг The Supreme Magus
9 - 38

— Хотя у Лита Верхена не было мастера, он добился большего, чем большинство наших учеников. Многих ли двадцатилетних Пробужденных вы знаете, способных убить старого лиса вроде Гаарона? Его место — в Совете. Ему просто нужна правильная опека.

Слова Джизы Гернофф удивили Лита: до него дошло, что она фактически выступает его вторым адвокатом.

— Занятно! — глаза Инксиалота алчно вспыхнули, затмевая даже багровое свечение нежити. — Чтобы принять подобное заявление в качестве доказательства, мы должны сперва изучить упомянутое снаряжение. Передайте его пожитки мне.

Король Личей протянул костлявую руку к Фалуэль, но та даже не шелохнулась.

— Секреты мага священны. Лит сам создал броню и кольца, а меч — это мой подарок в честь его ученичества, — произнесла она, предоставляя правдоподобную легенду для происхождения «Войны». — Кража как его, так и моих творений не входит в компетенцию этого суда.

— Кто за то, чтобы расширить наше расследование ради всеобщего блага? — Инксиалот поднял руку, впервые с момента избрания представителем радуясь своему членству в Совете.

Однако его поддержал лишь Лото Энт; в ответ Лич разразился ругательствами на множестве языков, как современных, так и древних.

Раагу противилась присоединению Лита к зверям вовсе не для того, чтобы делиться тайнами его магии со всеми подряд. Она хотела приберечь их для человеческой фракции Совета, а в первую очередь — для себя лично.

Фиила была на стороне Фалуэль, и хотя она мало что знала о Лите, звери всегда заботились о своих.

Что касается Лигааина, тот противился суду с самого начала. Именно из-за нежелания вмешиваться в чужую свободу воли он держался подальше от дел Империи. По его мнению, Лит был волен присоединиться к любой фракции по своему выбору.

Ко всему прочему, он хотел сохранить существование Солус в тайне. Лигааин не только желал «Отчаянию Менадион» всей возможной радости, но и стремился пронаблюдать, как её связь с этой аномалией повлияет на его развитие.

До сих пор Лит оставался единственным гибридом, чьи различные природы гармонировали, а не конфликтовали друг с другом. Страж надеялся, что, изучая Лита, сможет найти лекарство для своей дочери, Зорет.

— В ходатайстве отказано. Кто за то, чтобы перейти к следующему пункту повестки? — спросила Раагу, и Совет единогласно одобрил предложение. Присутствующая на суде нежить в очередной раз прокляла себя за нехватку рассудительности у своего представителя.

— Отлично. Пробужденный Верхен, добро пожаловать в Совет. — Фиила опередила Раагу и зааплодировала первой, вынудив остальных присоединиться. — Теперь единственное, что нам предстоит решить — кто лучше подходит для развития вашего таланта и руководства вашими первыми шагами в нашем обществе.

Затем Бегемот повернулась к Раагу.

— По какому праву люди вмешиваются в жизнь нашего собрата-Пробужденного? Ваш собственный адвокат признала, что вы не давали Литу ничего, кроме угроз.

Фиила нажала кнопку на своем амулете Совета, и тот воспроизвел речь о преданности, которую Джиза ранее толкнула Литу.

— Именно мы, звери, первыми предложили ему свою дружбу, а затем и наставничество, когда бы Верхену оно ни потребовалось. Меч, который он носит — доказательство нашей связи. Он взрослый, ответственный маг, который уже сделал свой выбор. И вы обязаны его уважать.

Раагу сжала виски, буравя Джизу настолько яростным взглядом, что если бы он мог убивать, от трупа предательницы не осталось бы и горстки пепла, чтобы заполнить тарелку.

— Отличный ход, — Джиза проигнорировала Раагу и отвесила Фалуэль легкий поклон.

— Всегда документируй происходящее при исполнении служебных обязанностей, — Фалуэль поклонилась в ответ.

— Я бы уважала его выбор, если бы не тот урон, который ваша так называемая дружба нанесла Совету. Несмотря на то, что Фалуэль практически сделала его своим учеником, он выдал секрет орихалка, который мы оберегали веками. Ко всему прочему, вы все можете прочесть в его собственном отчете, что Пробужденный Верхен встретил и отпустил резара, представителя легендарного народа людей-зверей. Наставник-человек ни за что не дал бы ему столько воли и не забыл бы объяснить важность Граней. Из-за ваших сородичей мы все сдали позиции ложным магам, а также упустили возможность узнать, почему только звери могут стать Пробужденными, или как, во имя Могара, столь немногим удалось достичь белого ядра, — отрезала Раагу.

Обе эти темы больно ранили весь Совет, за исключением Лигааина, у которого уже были все ответы. Баба Яга являлась одной из его самых яростных соперниц на поприще магических исследований и шахмат.

Лит удивился, увидев, как якобы секретный отчет, который он передал армейскому командованию, появился на амулете Раагу, и она беспрепятственно поделилась им с остальными.

«Не имею ни малейшего понятия, о чем они толкуют, но, полагаю, Грани куда важнее, чем я предполагал. Кажется, никто не в курсе, что Налронд живет с Защитником. Фалуэль сказала мне правду: она действительно уважает чужие секреты», — подумал Лит.

— Категорически не согласна. — Гидра шагнула вперед. — Вы считаете эти поступки ошибками, потому что оцениваете их задним умом, я же называю их бесценным жизненным опытом. Если мы будем водить наших учеников за ручку и принимать за них все сложные решения, как они вообще смогут стать ответственными? Броня — пренебрежимо малая потеря. Судя по тому, как быстро ложные маги раскрыли ее секрет, это был лишь вопрос времени, когда они докопались бы до него самостоятельно или захватив одного из наших преступников. Благодаря провальной сделке Лит усвоил важность уз и то, насколько ненадежна человеческая политика. Вот почему он пришел ко мне. Что же касается резара, я прошу вас вспомнить историю людей-зверей.

Фалуэль обвела судей взглядом.

— Именно из-за чудовищных зверств, подобных тем, что творили Оди или пользователи Запретной Магии, звери и растения научились лишать себя жизни, лишь бы не сдаться в плен. Взяв Лит резара силой, как бы мы смогли добиться от него хоть чего-то иначе, как через насилие? Но даже если бы у нас вышло, единственным возможным исходом стало бы либо самоубийство резара, либо кара Могара за наше преступление. Пытаться силой проникнуть в сознание Могара — в лучшем случае опасно, а в худшем — самоубийственно. Зато при нынешнем раскладе остается шанс, что он вернется и доверится нам добровольно.

Фалуэль отступила, предоставив членам Совета и судьям возможность обсудить её доводы. По залу прокатился гул голосов: высказаться хотелось каждому, даже гостям и зрителям.

Среди них была и Ксенагрош, обдумывающая эти идеи. Она размышляла над тем, как направлять юных Мерзостей по примеру Пробужденных. Её пригласили для обсуждения условий Совета по вступлению гибридных Элдричей в их ряды.

Ксенагрош выбрала именно эту дату не случайно: ей было любопытно своими глазами увидеть, как вершится правосудие Совета, и лично встретиться с Литом. Она много раз слышала о нем от Мастера, а узнав от своего связного в Совете, что мальчишка — Пробужденный, решила убить двух зайцев одним выстрелом.

— В твоих словах есть зерно истины, Фалуэль, но всяким «а что, если» не место в учебниках истории; значение имеют лишь факты, — подал голос Лото Энт. — Быть может, поступки Верхена и поспособствовали его развитию, но при этом они навредили всем нам. Более того, готовясь к этому суду, я прочитал и этот отчет, и множество других. Резар или нет, человеческий носитель вместо нежити или нет, но я бы очень хотел понять, как Верхен вообще пережил встречу с Рассветом.

* Abominations = Мерзости

* Eldritchs = Элдричи