Онлайн чтение книги Верховный маг The Supreme Magus
8 - 106

Сферы образовали шестиконечную золотую звезду, которая лишила Визу магии и пригвоздила её в воздухе, словно для нее остановилось время. Это была совершенная форма Гексаграммы Сильвервинг, в которой также использовалась магия духа.

Магия духа несла в себе ману и силу воли сотворившего её Пробужденного, позволяя Милее вызывать массив за считанные секунды вместо минут. Кроме того, магия духа придавала магической формации физическое воплощение, так что пока элементы сковывали кровавое ядро Лича, зеленая энергия удерживала в ловушке её тело.

Оставшись без рук, Виза лишилась возможности творить новые заклинания. Нежить попыталась высвободить силу надетых на нее артефактов, но сдерживающее поле обернуло их против нее самой, а поскольку они питались не её маной, а собственными псевдоядрами, в итоге Виза лишь навредила самой себе.

— Неплохой трюк, Императрица. — Лич сгорала от унижения, чувствуя себя беспомощной, как ребенок перед взрослым, но она не собиралась доставлять врагу такого удовольствия.

Еще одно поражение было ничтожеством по сравнению с магическими чудесами, свидетельницей которых она стала. Тактика Императрицы не только открыла ей глаза на истинный потенциал смешанных массивов, но и продемонстрировала достаточно магии духа, чтобы просветить Лича об истинной природе Пробуждения.

Даже потеря армии казалась мелочью, если это вело к безграничному могуществу в дополнение к её и без того вечной жизни. Виза была уверена: как только она вернется в свою лабораторию, то обретет и бесконечность, и вечность — то, что со временем сделает её подобной богу, если не самому Хранителю.

— Я многому у тебя научилась. Когда мы встретимся в следующий раз, я обязательно выражу тебе свою благодарность. — На скелетоподобной фигуре Визы бóльшая часть лица осталась нетронутой, и сейчас она исказилась в жестокой гримасе.

Внешность Лича зависела исключительно от их собственных прихотей. Они могли выглядеть как живые, как нежить или как любой промежуточный вариант. Визе нравилось звучание её собственного голоса, поэтому она предпочитала сохранять свой прежний человеческий облик. Это избавляло её от необходимости заново учиться чертить руны костяными руками.

— Следующего раза не будет. — Милея сжала кулак, заставив Гексаграмму Сильвервинг сжаться до такой степени, что шесть сфер полностью наложились друг на друга. Получившаяся клетка заперла Лича в своих границах, одновременно разрушая её физическую оболочку.

Императрица достала из своего омни-кармана фиолетовый флакон и положила большой палец на пробку. Виза выдерживала элементальный натиск, не издавая ни звука. Она не чувствовала боли, да если бы и чувствовала, её больше беспокоили слова Милеи.

Как только сосуд Лича оказался на волосок от уничтожения, Императрица развеяла массив и открыла флакон. Поток белого Первозданного Пламени уничтожил физическую форму Визы, вынудив её разум вернуться в филактерию, чтобы возродиться заново.

На её беду, белое Пламя прилипло к ней, обжигая само её сознание. Впервые с тех пор, как Виза достигла состояния Лича, она почувствовала боль, но беспокоила её вовсе не она. Её беспокоил белый огненный след, который она оставляла за собой, выдавая свои перемещения и местоположение филактерии. Как Виза ни старалась, она не могла удержать свой разум от воссоединения с недостающей половиной.

Милея не стала перемещать Лича подальше, потому что была полна решимости покончить с их противостоянием раз и навсегда. Каким бы сильным ни было Первозданное Пламя Лигээйна, оно не могло убить Лича само по себе, да и на слишком долгое путешествие его бы не хватило.

Милея была уверена, что филактерия Лича должна быть спрятана где-то неподалеку от Дограта. Только так Виза могла одновременно защищать крепости, сохраняя свою полную мощь, и сбежать в случае, если всё пойдет прахом. Угнаться за разумом Визы было невозможно, так как он двигался со скоростью света, но оставленный им огненный след держался достаточно долго, чтобы Императрица могла использовать Искажение, не теряя добычу из виду.

След привел Милею на пшеничное поле, где лишь благодаря «Бодрости» она смогла обнаружить присутствие нескольких мощных массивов, окружавших один из самых могущественных артефактов, что она когда-либо видела. И филактерия, и магические формации были невидимы для других мистических средств обнаружения, включая Жизненное Зрение.

— Поразительно. Я бы ни за миллион лет это не нашла. — Филактерия была сделана из белого кристалла маны, но раскрашена с таким мастерством, что выглядела как обычная галька.

Спрятанная среди десятков похожих камней, она была частью небольшой насыпи, подпирающей пугало. Милея развеяла массивы один за другим, не активировав ни одну из ловушек, которые Виза расставила в меру своих возможностей.

— Хотела бы я сохранить тебе жизнь. Ты многому могла бы меня научить; столько артефактов, хранящихся в твоей лаборатории, где бы она ни находилась, можно было бы пустить в дело, — вздохнула Милея. — Но ты от скуки вырезала мой народ, поставила под угрозу всё, что с таким трудом строили все Магические Императоры до меня. Даже если мне больно терять все твои сокровища, я ни при каких обстоятельствах не могу тебе доверять.

Милея активировала свой амулет связи, генерируя сигнал, который был перехвачен всеми устройствами связи в Империи, хотели того их владельцы или нет. Она публично казнила Визу, разбив филактерию одним-единственным ударом своего меча, Пасти Дракона.

— Пусть это станет уроком для тех, кто плетет заговоры против Империи. Неважно, сколько вам лет и насколько сильными вы себя считаете. Сопротивляйтесь сколько угодно, но вас ждет лишь смерть.

Со смертью Визы Дограт пал еще до рассвета. К следующему закату война была окончена, а Империя Горгоны — восстановлена.

***

Прошли месяцы с тех пор, как ситуация в Ларуэле разрешилась. Весна дала трем Великим Странам необходимое время, чтобы залечить многочисленные шрамы, оставленные зимним вторжением нежити, но ситуация была далека от разрешения.

Дни становились длиннее, а ночи короче, оставляя нежити всё меньше времени для передвижения, тогда как их охотники всегда были начеку. С приходом лета выслеживать незваных гостей с континента Джиера стало еще проще.

Даже на севере стояла жара, и нежить больше не могла притворяться, будто у них просто проблемы с потоотделением. Литу его нынешнее положение не слишком нравилось. С тех пор как он вернулся к активной службе и получил звание капитана, у него не было ни одной сложной миссии, но это вовсе не означало, что у него появилась уйма свободного времени.

Скорее наоборот, его последний год в качестве Рейнджера оказался куда более загруженным, чем он мог ожидать.

«В предыдущих сериях "Лита — Истребителя вампиров"…» — подумал он, слушая, как куратор описывает его очередное задание.

Впервые с тех пор, как Лит начал военную службу, лорды региона Келлар и их подданные жили в мире. К его несчастью, объем его собственной работы вырос более чем вдвое.

Весной и летом скорость появления монстров достигала своего пика. Вдобавок ко всему, ему приходилось разбираться со всеми сообщениями о появлении нежити. Местные констебли могли справиться с одинокой бродячей тварью, но против организованных групп могущественных сущностей они были бессильны.