Онлайн чтение книги Верховный маг The Supreme Magus
8 - 177

— Что скажешь, Солус? — спросил Лит.

— Скажу, что на кольцо, требующее простейших ингредиентов и всего одного псевдоядра, ушла уйма усилий. В доспехе Скинволкера используется сразу четыре псевдоядра, и если каждое из них разрастется до ста двадцати процентов от твоей максимальной магической силы, то на создание всего одного доспеха потребуется почти в пять раз больше энергии, чем ты способен выдать. Доступные нам сейчас руны попросту не справятся с такой задачей. Любая попытка выковать шедевр обречена на провал, — заключила она.

— Эй, быть пессимистом — это по моей части. Это ты у нас должна во всем искать плюсы. В конце концов, мы не перевели впустую ни грамма очищенного орихалка и можем наделать еще колец, — возразил Лит.

— Прости. Просто... пусть ты этого и не замечаешь, но под своим золотистым свечением я отчаянно зеленею от зависти. — От расстройства Солус сжала свой молот так крепко, как только могла.

Она неотрывно смотрела на кольцо, даже не думая порхать по комнате, как делала это обычно. Поникшая голова и опущенные плечи визуально делали её еще меньше, чем она была на самом деле.

— Какой прок от этого молота, от моего тела, если всё, что я делаю — это наблюдаю со стороны? — с горечью спросила она. — Неужели это всё, что уготовано мне в будущем? Вечно быть у тебя на подхвате?

— Я не знаю. — Лита ранила и потрясла её боль, но он не хотел кормить её пустыми словами или ложной надеждой. — Могу сказать лишь одно: я сделаю всё возможное, чтобы дать тебе ту жизнь, которую ты заслуживаешь.

— Прости, что я вечно думаю только о себе. Сказать, что я отвлекся на очередную порцию свалившегося на нас дерьма — слабое оправдание, ведь мы разгребали всё это вместе. Хочешь поработать над кольцом хранения магии? В этот раз ты ведешь, а я ассистирую.

— Правда? — Солус вскинула голову, и её лицо озарилось радостью.

— Правда.

— Обещаешь не злиться, даже если я изведу весь оставшийся у нас очищенный орихалк?

— Обещаю. По сравнению с твоим счастьем — это просто металлолом, — ответил он, заключая её в объятия.

— Спасибо тебе огромное. Обещаю, я выложусь на полную, чтобы подарить тебе шедевр, достойный Мастера Менадион, — прошептала она, растворяясь в его тепле и надеясь, что этот миг не закончится никогда.

— Не бери в голову. В худшем случае, когда я освою Изначальное Пламя, мы всегда сможем переплавить этот металл обратно, — насмешливо бросил он.

— Ненавижу тебя, сукин ты сын. Взял и испортил такой трогательный момент. — И всё же она наотрез отказалась его отпускать.

***

В череде дней настоящего отдыха и рунных экспериментов день рождения Лита приближался с такой скоростью, что он бы и вовсе о нем забыл, не напоминай ему окружающие об этом на каждом шагу.

Солус была в восторге от мысли о встрече со всеми старыми друзьями Лита, Камила пребывала в ужасе, а его семья радовалась так, будто он собирался стать президентом всего Могара, а не просто стать на год старше.

Тиста, наконец-то вернувшись со своего задания, едва не схлопотала сердечный приступ, узнав, как близко Рена подошла к потере детей.

— Мне так жаль, старшая сестренка! Ума не приложу, как я могла это упустить, — повторяла она раз за разом, пока Рена не стукнула её тапком по голове, просто чтобы заставить замолчать.

— Это не твоя вина, дурочка! Лит же объяснил, что легкие формируются поздно, а к тому времени ты уже уехала. Я не могу требовать, чтобы вы оба ставили крест на своей жизни каждый раз, когда я беременею. — Рена горячо любила сестру, но постоянные напоминания о том, как они чудом избежали трагедии на таком позднем сроке, делали её невыносимо раздражительной.

— Но ведь это как-то связано со мной! Я единственная в семье, кто страдал от «Душителя». Должно быть, я каким-то образом передала его малышу, — всхлипывала Тиста.

— Ну конечно. Ты заболела забавы ради, а потом тайком нырнула ко мне в живот, чтобы заразить ребенка. Сама-то слышишь, какой бред несешь? — Рена крепко обняла Тисту, баюкая младшую сестру в своих объятиях.

Сколько Рена себя помнила, она всегда помогала Элине ухаживать за младшими. Меняла им пеленки, кормила и качала на руках, когда те болели. Для нее Лит и Тиста были скорее её собственными детьми, нежели братом и сестрой. И пусть Лит даже младенцем редко плакал или болел, в глазах Рены это ничуть не умаляло его ценности.

Лит наблюдал за этой сценой, до глубины души тронутый связью между двумя сестрами.

«В теории, я мог бы сказать им, что во всем виновата мама, передавшая нам дефектные гены. Но, думаю, это лишь усугубит ситуацию и попросту убьет её. Пусть лучше считают, что им просто не повезло», — подумал Лит.

<Кстати, когда ты планируешь рассказать им, что ты гибрид?> — поинтересовалась Солус.

«Сперва мне предстоит пережить официальный светский прием в честь моего дня рождения с Эрнасами, профессорами академии и всеми теми людьми, которых я так старательно избегал весь год. Я не могу рисковать тем, что моя семья расстроится настолько, что прием придется отменить. Дождусь нашего домашнего праздника в кругу Верхенов», — мысленно ответил Лит.

<Боишься?>

«До смерти. Честно говоря, я жду не дождусь, когда Рена уже родит. Зная мою удачу, боюсь, это произойдет либо прямо во время приема, либо за секунду до того, как я начну менять форму перед семьей», — вздохнул он.

Казалось, судьба впервые прислушалась к его мольбам, потому что у Рены начались схватки всего через несколько часов, посреди ночи. Разумеется, Лит встретил эту новость отборными проклятиями в адрес своей невезучести и тут же связался с Фалуэль.

Элина выкрутила отопление на максимум, параллельно готовя горячую воду и чистые полотенца к прибытию магической акушерки.

— Отличная мысль, Элина. Горячий чай — как раз то, что нужно, чтобы выгнать холод из моих бедных костей. — Фалуэль укуталась в приготовленные полотенца и небрежно бросила в котелок с горячей водой заварку, мяту и забористый алкоголь гидр.

Зима наконец-то вступила в свои права: грянули минусовые температуры, небо затянули тяжелые тучи, и выпало море снега. Всё то, что Фалуэль люто ненавидела. Прямо на глазах у опешившей Элины она залпом осушила весь котелок.

— Вот так-то лучше. А теперь все, кто не является Целителем — брысь с дороги, — рыгнув, скомандовала Фалуэль. Затем она направилась в спальню Рены и выставила оттуда всех, кроме Лита и Тисты.

— А теперь смотрите и учитесь, — произнесла Гидра, возложив руки на бедра Рены.

Роженицу окутало белое сияние, многократно повышая эластичность её кожи и мышц. Затем Фалуэль принялась напрямую управлять ритмом схваток, попутно регулируя твердость и мягкость тканей.

Младенцы появлялись на свет один за другим, и с момента прибытия Фалуэль не прошло и пяти минут. Пока брат с сестрой перерезали пуповины и обмывали малышей, Гидра продолжала колдовать над пациенткой.

Тиста стояла как громом пораженная: что бы Гидра ни сотворила, это не только предотвратило появление растяжек, но и вернуло фигуре Рены те же формы, что были до беременности.

— Что... Как... — Насколько она знала, даже Манохар не смог бы провести роды с такой невероятной легкостью. Главным образом потому, что он скорее совершил бы государственную измену, чем согласился работать акушеркой.