Онлайн чтение книги Верховный маг The Supreme Magus
81 Мировое Древо

Лит понятия не имел, что из себя представляет Мировой Росток, поэтому планировал обратиться к единственной знакомой ему могущественной Пробужденной, чтобы заручиться поддержкой Совета или хотя бы попросить Фалуэль поделиться знаниями о текущем положении дел.

— Ты правильно сделал, что пришел ко мне, Лит, — произнесла Фалуэль. Она пребывала в облике Гидры, так как он застал ее в не самый подходящий момент. Разрываясь между магическими исследованиями и тренировками Защитника, Фалуэль могла уделить ему внимание лишь одной из своих голов.

— Ситуация в Ларуэле не просто скверная. Если бы ты связался с человеческим Советом, то подверг бы себя огромной опасности.

— Что вы имеете в виду? — нахмурился Лит.

— Я никогда тебе не лгала и не собираюсь начинать сейчас. Ты творил чудеса, совершая невероятные подвиги и при этом сохраняя в тайне свою природу Пробужденного. Но теперь, когда Совет признал твое существование, столкновение этих двух миров стало неизбежным. Ты уже нажил себе немало врагов в человеческом обществе, но теперь они могут рассчитывать на поддержку тех Пробужденных, которым ты когда-то перешел дорогу.

— Минуточку. Я никому не переходил дорогу. Я лишь защищал свою жизнь от тех, кто на нее покушался. К тому же я почти уверен, что перебил всех, кто стоял у меня на пути. Так кто именно точит на меня зуб? — возмутился Лит.

— Абсолютно все молодые Пробужденные. — Ее ответ поверг его в шок, но то, что последовало дальше, оказалось куда хуже. — Ты убил Трейуса после того, как он слился с проклятым предметом. До этого никому не было дела, пока ты оставался просто безымянным Рейнджером, но теперь ты стал мерилом.

— Ты убивал учеников многих видных фигур в сообществе Пробужденных, но что еще важнее — ты стал причиной падения их наставников. Вдобавок ко всему, ты отверг предложение Раагу о вербовке и привлек мое внимание. Все эти подвиги принесли тебе не только уважение, но и зависть вкупе со жгучей обидой. Множество Пробужденных, не имеющих наставника, зависели от Гаарона, зарабатывая на жизнь, а теперь всем юным подмастерьям нужно одолеть тебя, чтобы заслужить признание своих учителей.

— Ты стал константой в их жизнях. Для первых ты — тот, кто безнаказанно отнял у них то немногое, что они имели. Для вторых — тот, кто отверг возможность, которой у них никогда не было: стать учеником сильнейшей из ныне живущих человеческих Пробужденных. Хуже того, ты стал объектом их ненависти еще и потому, что теперь, стоит им совершить хоть малейшую ошибку, наставники тут же ставят им в укор твои достижения.

— И точно так же, как старые Пробужденные в восторге от мысли увидеть, каких высот ты сможешь достичь, молодые жаждут твоего падения — как в переносном, так и в буквальном смысле. Желательно со смертельным исходом. Как ты понимаешь, они более чем готовы немного «помочь» судьбе и ускорить твое уничтожение.

— Постой, но если эти старые хрычи так мной восхищаются, почему они просто не остановят своих учеников? — не понял Лит.

— Потому что если их ученики одолеют тебя, это будет означать, что ты не был рожден для величия, а лишь послужил стимулом, необходимым другим для раскрытия истинного потенциала. Если же их ученики потерпят крах, ты просто отсеешь для них слабаков. Кроме того, не забывай, что все старые Пробужденные, включая Раагу, хотят переманить тебя со стороны зверей на свою.

Лит не упустил из виду, что Фалуэль не сказала «на человеческую сторону». Это ясно давало понять: человеческий Совет не рассматривает этот вопрос как единое сообщество, а считает его яблоком раздора.

— И всё же они не желают относиться к тебе как к равному. Они хотят видеть тебя покорным и сломленным, готовым прислуживать. Поэтому они закроют глаза на большую часть того, что с тобой произойдет, преследуя единственную цель — заставить тебя самого молить об их защите, — пояснила Фалуэль.

— Разве Совет зверей ничем не может мне помочь?

— Может, и они бы это сделали, будь ты его частью, но ты даже не мой ученик. Ты по-прежнему Пробужденный-одиночка без какой-либо принадлежности, иначе никто бы не допустил этой войны учеников, особенно люди. Пробужденных и так мало, а за последнее время многие из них погибли из-за глупости своих подмастерьев. Человеческий Совет не может позволить себе открытый конфликт со зверями.

Литу потребовалась лишь доля секунды на осмысление слов Фалуэль, прежде чем он осознал всю тяжесть их последствий. Заручившись поддержкой Пробужденных, все те враги, которых он нажил и до сих пор успешно игнорировал, получат ресурсы, чтобы разрушить его жизнь. Как личную, так и профессиональную. У него даже закралось подозрение, что карьера Флории оказалась под угрозой именно из-за извращенного желания отомстить ему самому.

— Дай угадаю. Вы тоже не собираетесь мне помогать. Таким образом меня прижмут к стенке, заставив подчиниться и делать то, что вы скажете, — прорычал Лит.

— Ошибаешься, — со вздохом ответила Фалуэль. — Если бы я хотела принудить тебя к чему-либо, я бы назначила цену за свою помощь против Раагу или же вовсе не стала бы заводить этот разговор. Самым умным ходом было бы позволить им застать тебя врасплох, заставить почувствовать себя ничтожным и беспомощным. А затем, когда ты оказался бы на самом дне, отчаянно нуждаясь в спасении, я бы «случайно» прислала Защитника на выручку и возобновила бы свое предложение.

Она была права. Лит почувствовал себя еще большим идиотом, чем обычно, за то, что обвинил Гидру в предательстве. Пусть Фалуэль и не была ему другом, она оставалась с ним честна, а это уже больше, чем он мог просить.

— Я говорю тебе это, чтобы ты был готов к худшему. Ловушка перестает быть ловушкой, если ты знаешь о ее существовании, — произнесла Фалуэль.

— Мне искренне жаль, что я усомнился в вас, и я прошу прощения за свои слова. — Лит отвесил ей глубокий поклон. — Просто столько дурных вестей разом заставили меня почувствовать себя загнанным в угол...

— А загнанный в угол зверь — самый опасный, — закончила фразу Фалуэль. И хотя Лит собирался сказать совсем не это, ему понравился тот оборот, который она придала его словам.

— Мы позаботимся о том, чтобы даже эти тупоголовые усвоили столь очевидный урок. Я готова помочь, но есть предел тому, что я могу сделать, будучи просто правительницей Дериоса, помогающей одному из Пробужденных королей лесов Трауна. По крайней мере, я могу гарантировать безопасность твоей семьи. Любая попытка навредить твоим человеческим детенышам будет встречена с крайней жестокостью.

Ее голос был подобен змеиному шипению, но в нем крылась такая мощь, что эхо прокатилось по всей пещере, заставив своды содрогнуться. У Лита возникло странное чувство. Эти вибрации ничуть не походили на те, что возникали, когда он сражался в полную силу. Логово Гидры не столько тряслось, сколько смещало свой вес, словно изготавливаясь к битве.

— Благодарю вас, Фалуэль. — Лит вновь поклонился.

Его враги утратили элемент неожиданности, и пока им придется иметь дело лично с ним, Лит был абсолютно уверен в своих шансах на успех.

— Не меня ты должен благодарить. Я бы вообще ни о чем не узнала до тех пор, пока не стало бы слишком поздно, если бы моя человеческая коллега, Атунг, не рассказала мне об этом.

— Атунг? Та молодая Пробужденная? — переспросил Лит.

— Именно. Смею предположить, ее вполне устраивает твое нынешнее положение. Если ты станешь частью Совета зверей, вам двоим никогда не придется конкурировать. К тому же ты превратишься в надежный актив как в качестве Кузнеца, так и в качестве связного с другой расой Пробужденных.