Онлайн чтение книги Верховный маг The Supreme Magus
80 Битва умов (Часть 2)

— Ударь по тем, кого они любят, и они либо потеряют концентрацию, либо обезумеют от жажды мести. Квилла Эрнас и Лит Верхен оказались слишком опасны, но, к счастью, я знаю, как избавиться от них обоих разом.

— Ты в своем уме? — расхохотался Каэлан, не веря собственным ушам. — Мне потребуются месяцы, чтобы добраться до Лютии, а нападать на архонта Эрнас в ее собственном доме — и вовсе затея для идиота.

— Теперь я понимаю, почему ты впал в немилость Ночного Двора, — с нескрываемым презрением произнес Эрлик. — Твой разум совершенно не соответствует твоей силе, прямо как у какой-нибудь низшей нежити.

Каэлан подавил вспышку ярости, ожидая объяснений. Он ничего не терял, выслушав Драугра до конца.

— Тебе не нужно покидать Отр. Дай архонту и ее ученику то, чего они хотят, и они сами охотно придут к тебе.

— Манохар? Понятия не имею, с чего вообще начать его поиски, а даже если бы и знал, ни за что бы не осмелился встать у него на пути. В последний раз, когда Ночной Двор попытался схватить его во время одного из его побегов, всё обернулось кровавой баней. Он превратил нападавших обратно в смертных на время, достаточное для того, чтобы перерезать их как свиней. Я выжил лишь потому, что он принял меня за случайного прохожего. Мои силы вернулись меньше чем через минуту, но это была самая долгая минута в моей жизни.

От нахлынувших воспоминаний Каэлана передернуло. Он был могущественным вампиром, но при жизни отличался редкостной слабостью.

— На самом деле, это отличные новости. Раз Манохар уже бывал в Отре в прошлом, это сделает фальшивый рапорт еще более правдоподобным. Измени внешность одного из своих рабов так, чтобы он походил на Манохара, и замани архонта в ловушку, — велел Эрлик.

«Этот вампир — полнейший кретин, но лишь такой же отчаявшийся идиот поверит моим обещаниям. Как только я захвачу контроль над Ростком и смогу Пробудиться, Суды мне больше не понадобятся.

Завоевание Королевства растений — это несбыточная мечта. Как только вести о том, как я одолел Лианнан, разлетятся по миру, мой план больше никогда не сработает. Но мне и нужно-то, чтобы он сработал всего один раз».

Драугр никогда не делился своими истинными целями с Судами, иначе те ни за что бы его не поддержали. Одного Ростка было более чем достаточно, чтобы Эрлик смог воздвигнуть собственное королевство нежити.

Он станет единственным, кто сможет открывать Врата по своему желанию — перебрасывать войска или уводить подданных в безопасность одной лишь силой мысли. Даже если народ растений объединится против него и каким-то чудом сможет одолеть его, несмотря на всю мощь Ростка, Эрлик всё равно сохранит все знания, полученные благодаря их симбиозу. Если план увенчается успехом, то для Драугра станет лишь делом времени даровать своему народу страну, которую они заслуживают.

***

Город-государство Ларуэль

Разгадав замысел Эрлика, Лианнан всё еще не представляла, как его остановить. Все ее попытки вычислить его местоположение через связь с Мировым Ростком потерпели крах.

Единственным выходом оставалось мобилизовать войска и надеяться отыскать лабораторию Эрлика среди увядающих домов-деревьев. Проблема заключалась в том, что Ларуэль был поистине огромным городом, занимающим площадь в 1285 квадратных километров. Полагаться исключительно на зрение и донесения горожан, пытаясь выявить позицию врага, было сродни поиску пресловутой иголки в стоге сена.

Единственным проблеском надежды в столь отчаянном положении было то, что притязания Эрлика на Ларуэль отныне теряли законную силу. Несмотря на то, что он стал нежитью, Эрлик всё еще считался представителем народа растений, а потому был обязан чтить традиции.

Чтобы бросить вызов правителю после победы над его констеблем, у претендента было лишь два варианта поединка. Первый — бросить вызов один на один действующему Владыке, без использования каких-либо вспомогательных средств. Для претендента это означало полный отказ от артефактов, в то время как Владыка лишался возможности взывать к силе Ростка. Это правило было призвано подвергнуть испытанию истинные способности обоих участников, а не просто выяснить, у кого больше ресурсов.

Эрлик открестился от подобной возможности, прекрасно понимая, что на плодородной земле ему с Лианнан не тягаться. К тому же время проведения поединка определялось случайным образом, и выпади оно на день — это было бы равносильно самоубийству.

Второй вариант предполагал полномасштабное сражение армия на армию. Обычно это требовало от претендента статуса гражданина города-государства и длительного наращивания собственных сил. Судя по всему, Эрлик выбрал именно этот путь, используя чуму для вербовки последователей, поскольку чужакам, даже из числа народа растений, строго воспрещалось вмешиваться во внутренние дела города-государства.

Как и Лианнан, Эрлик имел право на собственный двор, что позволяло ему привлекать к делу своих самых преданных сторонников, таких как Гремлик, даже если те не являлись гражданами Ларуэля, однако традиции весьма жестко ограничивали их численность.

Однако теперь стало предельно ясно, что Эрлик и не думал следовать традициям. Его растущая армия нежити и партизанские вылазки служили лишь для того, чтобы тянуть время и создавать иллюзию попыток собрать побольше солдат. Его истинной целью было подчинить себе Мировой Росток и с его помощью захватить контроль над Ларуэлем.

Поскольку теперь у Лианнан появились доказательства, она немедленно предупредила другие города-государства о нависшей угрозе и даже запросила у них помощи.

— Я могу прислать тебе отряды для прочесывания Ларуэля, но пока Эрлик не будет найден, я не могу рисковать и отсылать свои элитные войска. Я уже перенастроил городские массивы, чтобы они больше не пропускали мертвые растения. Я не могу рисковать и повторять твои ошибки, — произнес Эрвал, Красный Колпак.

Как и у всех фейри его вида, растительность, заменяющая ему волосы, на макушке была окрашена в глубокий багровый цвет из-за крови врагов, которыми он пировал. Это позволяло Красному Колпаку использовать навыки и заклинания своих поверженных противников, но каждое такое применение поглощало часть накопленной крови, к тому же эти способности нельзя было ни изучить, ни освоить.

— Благодарю, — ответила Лианнан. — Это гонка со временем. Если я смогу отыскать Эрлика до того, как он заразит Росток, битва будет окончена, не успев даже начаться. Но если он каким-то образом получит полный доступ к ресурсам города, у меня не останется ни единого шанса одолеть его в одиночку.

— Не волнуйся, даже если Ларуэль падет, мы бросим все наши силы тебе на подмогу.

Эрвал, как и все Владыки, с которыми связывалась Лианнан, чувствовал себя куда менее уверенно, чем пытался казаться. Предоставление мертвым растениям возможности войти в город-государство всегда было лишь хитростью, приманкой для того, чтобы выманить ненавистных падших сородичей и уничтожить их. Все правила бросания вызова были прописаны таким образом, чтобы исключить для нежити малейшую возможность одержать верх. Никто и помыслить не мог, что однажды кто-то обернет эту издевку против них самих, чтобы вторгнуться в их дом.

Тем временем в исследовательской лаборатории Лит осознал, что из-за своего невежества в анатомии народа растений он вряд ли сможет внести весомый вклад в поиск лекарства, а потому попросил Литу перенести его обратно в Лютию.

Благодаря своей мистической связи, Мировые Ростки могли открывать Врата Искажения практически где угодно, при условии достаточного количества растительности и отсутствия защитных массивов. Он сказал ей, что хочет навестить семью, но на самом деле собирался просить помощи у Фалуэль.