Флория, Фрия и Квилла вернулись домой к полудню. К их удивлению, академия получила инструкции для трио перенести Лита вместе с ними. После получения новостей Флория была в восторге.

Ему всё еще предстояло прийти в себя, и его состояние всё ещё было критическим. Ему нужно было регулярно пить зелья, чтобы поддерживать свою жизнь. Солус постоянно использовала Бодрость, чтобы стабилизировать его ядро маны и обработать бесчисленные внутренние повреждения, вызванные перенапряжением его тела.

«Худшее уже позади. Литу сейчас нужно просто отдохнуть, — Солус выполняла полную проверку каждый час. — Что меня больше беспокоит — это его разум. Он ещё не узнал о предполагаемой смерти Защитника, но я чувствую что его сердце увядает. Будто он не перестаёт скорбеть даже в своём бессознательном состоянии».

«Забираю обратно большую часть плохих вещей, которые я думала о маме все эти годы. Она не только привела Лита домой с нами, но она также выделила ему лучшую гостевую комнату», — Флория уложила его на кровать, прежде чем вытереть пот с его лица влажной тканью. Она научилась кормить и держать его в чистоте без помощи медицинского персонала в течение третьего дня.

Флория не позволила бы никому другому заботиться о нём. Она не хотела, чтобы Лит был один, когда проснётся.

***

Для обычного человека, неспособного использовать магию, добраться до Люции оказалось бы долгим и скучным путешествием. Деревня находилась довольно далеко от любых других населённых пунктов, и ближайшее отделение Ассоциации магов с Варп-ступенями было в сотнях километров.

Джирни Эрнас не являлась обычным гражданином. Для достижения своей цели она связалась с капитаном Локриасом, лидером Корпуса королевы, отвечающим за защиту семьи Лита, и он открыл для неё Варп-ступени.

Джирни была официально в отпуске, но её репутация королевского констебля преследовала её. Капитан Локриас знал о её удивительном и грозном послужном списке.

«Намного лучше быть на хорошем счету у такого человека, а не в её черном списке».

Капитан Локриас знал, что, вероятно, будет вынужден заплатить за транспортные врата на большие расстояния из своего собственного кармана, но если это означало, что Джирни Эрнас будет ему должна, то оно того стоило.

— Добрый вечер, миледи. Вы заблудились? — Рааз признал женщину перед ним как благородную с первого взгляда. Он спрятал левую руку за спину, предупреждая Элину, чтобы та держала оружие наготове, и Тисту чтобы та приготовила заклинание.

— Добрый вечер, сэр, — Джирни выдала свою лучшую улыбку, приведя Рааза в состояние ужаса. Несмотря на её маленький размер, у него было жуткое чувство, даже если он просто смотрел ей в глаза.

— Меня зовут Джирни Эрнас. Я мать Флории, девушки Лита.

По её опыту, было лучше преподнести плохие новости, смешав с хорошими новостями, тем самым уменьшив эффект.

Рааз посмотрел на неё, как на сумасшедшую. У Лита не было девушки, он был в этом уверен. Женщины в семье продолжали жаловаться, что даже когда его тринадцатый день рождения уже не за горами, Лит всё еще не начал встречаться или даже проявлять интерес к какой-либо девушке.

На Могаре, в новом мире Лита, тела подростков достигают зрелости к тринадцати годам, но они не рассматриваются как взрослые, пока им не исполнится шестнадцать.

Брачный возраст как мужчин, так и женщин варьировался от шестнадцати до двадцати пяти лет. После этого он считался поздним браком, и было намного сложнее найти себе пару, если, конечно, обручальный подарок не был достаточно весомым, чтобы сгладить разницу в возрасте.

Рааз собирался грубо отправить её восвояси, когда Тиста отодвинула его, приглашая Джирни войти.

— Леди Эрнас, это удовольствие наконец встретиться с вами. Лит всегда с уважением говорил о вас, — соврала Тиста, не моргнув глазом, как брат учил её все эти годы.

Она никогда не слышала имя Джирни раньше, но Лит часто говорил с ней о Флории Эрнас. Она знала, что они некоторое время встречались и не хотели, чтобы Рааз усложнял для них ситуацию.

— Спасибо, дорогая Тиста. Лучше, если вы все присядете. У нас есть серьёзное дело для обсуждения, — вся семья побледнела как призраки. Мать, которая посещает семью молодого человека, и говорит о серьёзном вопросе, может означать только одно: беременность.

Рааз не мог поверить своим ушам, уставившись на Тисту, как будто она его отравила.

— Подожди, ты знала о их отношениях?

— Да, — кивнула Тиста, чувствуя необходимость сесть. Внезапно её колени дали слабину от мысли, что она станет тётей по вине своего маленького брата.

— Почему ты не говорила нам об этом? — Элина была счастлива и напугана одновременно. Счастлива, потому что её заветный сын наконец-то нашел кого-то. Напугана, потому что другого выхода кроме брака из этой ситуации не было.

Если он станет отцом, это перевернёт его жизнь с ног на голову, не говоря уже о том, чтобы стать частью семьи жены, дабы сохранить свою честь и избежать скандала.

— Потому что он сказал мне не упоминать это! Лит сказал, что вы сразу сделаете из мухи слона, и он не хотел, чтобы вы совали свой нос в это дело, — Тиста глубоко сожалела о том, что сохраняла его секрет так долго.

Истина заключалась в том, что Лит беспокоился о Тисте. Она продолжала идеализировать его и избегала компании других мальчиков. И в итоге он решил помочь ей вырасти из своего комплекса идеального брата, рассказывая ей о своей «девушке» и немного преувеличивая вещи.

Сейчас его план выстрелил ему в ногу. Её родители могли читать Тисту, как открытую книгу, и её паника распространялись среди них как лесной пожар в летний день. Элина пыталась приготовить чай для своего гостя, но её руки настолько дрожали, что не могла удержать даже небольшой горшок.

— Не волнуйся, дорогая Элина. Позволь мне позаботиться об этом, — Джирни заставила их присесть, пока готовила горячий напиток. Она ввела туда мощный транквилизатор, который всегда носила с собой в своём пространственном кольце.

«Бедные души. После того, как я скажу им правду, они будут сожалеть о том, что мой визит не о нашем внуке».

После того, как они сделали несколько глотков чая, транквилизатор подействовал, успокаивая их нервы. Только тогда она объяснила существование Балкора, и через что их сын прошел за последние несколько дней. Им потребовалось несколько минут и много глотков успокаивающего чая, чтобы оправиться от шока.

— Почему он ничего нам не сообщил? Мы думали, что он проходит третий тест академии, — Элина вспыхнула слезами. Даже знание того, что её сын был жив и здоров, не могло остановить её страх за его судьбу и чувство боли за его ложь.

Джирни взяла руку Элины в свои ладони, пытаясь утешить её.

— Он сделал это, чтобы защитить вас. Не было ничего, что бы вы могли сделать для него, поверьте мне. Я провела последние три дня в слезах, волнуясь, что никогда не увижу своих маленьких девочек снова. Я переместила его в свой дом, чтобы убедиться, что он получает наилучшее лечение. Дом Эрнас владеет частным массивом Варп-ступеней, это позволяет лучшим целителям королевства достичь усадьбы в течение нескольких секунд. Я не могла оставить человека, который спас жизнь моей дочери, в руках незнакомцев. Лит и Флория встречаются уже более месяца, и после всего того, что уже произошло, мы практически одна семья.

В то время, как тон Джирни был полон сочувствия и её голос почти не справлялся с эмоциями, она внутренне поздравляла себя за свою деятельность. Оценивая настроение в гостиной, она решила — пришло время нанести последний удар.

— Лит ещё не окончательно пришёл в себя, но я уверена, что когда он очнётся, ему понадобится его семья, чтобы восстановиться после ужасного опыта, через который он прошёл. Я уже позаботилась о нашей транспортировке. Вы будете нашими почётными гостями в течение всего времени вашего пребывания у нас.

— Спасибо, большое вам спасибо, — Элина сжала руку Джирни, как будто это был спасательный круг. — Литу так повезло, что у него есть такой друг, как вы. Мы никогда не забудем вашу щедрость, — говорила она сквозь слёзы.

«С одним делом покончено, ещё два — и дело в шляпе», — подумала Джирни.

***

Когда Джирни прибыла домой, солнце почти село. Зима приближалась, и дни становились короче. Даже после употребления транквилизатора семье Лита потребовалось некоторое время, прежде чем они смогли отправиться в путь.

Когда Рена узнала о произошедшем, она настояла на том, чтобы лично их сопроводить.

Джирни была приятно удивлена, обнаружив, что Флория всё ещё была у кровати Лита, промывая его грудь и руки мокрой тканью, чтобы очистить его от пота. Она знала, что Флория вполне способна сделать это магией. Это означало, что даже если Флория этого не осознает, её привязанность к нему была достаточно глубока, чтобы чувствовать потребность в физическом контакте.

Джирни улыбнулась, ещё одна часть головоломки сам встал на место.

«Люблю чувство, когда всё идет по плану», — мысленно радовалась Джирни.

— Флория, дорогая, тебе нужно отдохнуть, — сказала она.

«Эти мешки под твоими глазами и твоя устремлённость наверняка завоюют твою свекровь», — на самом деле подумала она.

— Спасибо, мама. Я думала о том, чтобы вздремнуть, как только здесь закончу, — усталая улыбка Флории показала, что она оценила беспокойство своей матери, которая обычно ворчала по любому поводу. С момента её визита в академию её мать стала такой же заботливой, как Орион.

— Я немедленно прикажу подготовить тёплую ванну и поменять простыни на твоей кровати. Ты заслуживаешь хороший сон, — Флория напряглась, как Джирни и надеялась.

— Спасибо, но я думаю, что пока останусь здесь, — голос Флории потерял ранее продемонстрированную доброту и теперь наполнился упрямой решимостью, тем, что Джирни научилась любить и ненавидеть за все эти годы.

— Это неправильно — спать в одной комнате с молодым человеком, даже если он без сознания.

Джирни изобразила своё неодобрение, прислушиваясь к приближающимся шагам. Согласно её оценке, чтобы воспользоваться преимуществами этих неожиданных обстоятельств, ей нужно было выиграть ещё пару секунд и подёргать Флорию ещё разок или два.

— Ты через многое прошла, но ты не отходила от него почти два дня, — Джирни, казалось, была искренне обеспокоена и даже заставила свои глаза наполниться слезами. — Тебе нужно лучше заботиться о себе. Пусть медицинский персонал заменит тебя на несколько часов, тебе нужно немного отдохнуть. Лит всё ещё будет здесь, когда ты проснёшься.

— Меня не волнует, правильно это или нет! — Флория закричала достаточно громко, чтобы даже капитан Локриас у себя в Люции почти услышал её. — Я не выйду отсюда, пока он не проснётся или пока его семья не прибудет! Я не хочу, чтобы он проснулся в странном месте, окружённый незнакомцами! Я знаю, что это просто суеверия, но если есть один шанс на миллион, что, если забота кого-то близкого, кто будет находиться рядом с ним, может помочь ему выздороветь, то я готова остаться здесь настолько долго, насколько это нужно!

Флории ещё предстояло высказать матери свои мысли про её заботу о ней, но внезапное прибытие Элины остановило её.

— Мой маленький цветочек, я имела в виду, что ты должна по крайней мере спросить одобрение его семьи в первую очередь, — сказала извиняющимся тоном Джирни, как будто это всё было недоразумением.

Когда секундой позже отец и сёстры Лита вошли в комнату, Флория поняла, что её мать играла с ней как на скрипке. Она побледнела, подчёркивая свои налитые кровью глаза и тёмные мешки под ними.

Элина подошла к кровати и ужаснулась от состояния её сына. Его тело выглядело как высохший труп, его волосы стали серыми, а морщины появились на лице и руках. Казалось, он прожил десятилетия с тех пор, как она в последний раз его видела.

Его дыхание было порывистым, но стабильным. После того как Тиста трижды проверила его, обнадёжив остальную часть семьи, что жизнь Лита была вне опасности несмотря на его вид, Элина обернулась к Флории и взяла её руки в свои ладони и начала их целовать, не останавливаясь.

— Большое спасибо за то, что всё это время заботилась о моём сыне. Ты понятия не имеешь, насколько я была напугана, что он останется один в такой момент... Он действительно счастливчик, что нашёл такую замечательную и красивую девушку.

Затем Элина обняла её, и последовала долгая череда объятий, которая завершилась общим объятьем от всей семьи. Флория покраснела как свекла, она была смущена до смерти не только тем, что она сказала перед семьёй Лита, но и потому, что она не могла не сравнивать себя с его сёстрами.

Помимо её роста они превосходили её во всех отношениях. Вид, изгибы и даже их естественные ароматы были на порядок выше. Тиста была той, что сокрушила её самооценку больше всего.

Благодаря уходу Лита за ней с младших лет, Тиста имела безупречную кожу, мягкие изгибы во всех нужных местах и даже была почти такой же высокой, как и Флория.

Флория была тронута их благодарностью и добрыми словами, но внутри неуверенная девочка-подросток продолжала цепляться к словам профессора Манохара о том, что она «плоская как доска».