Онлайн чтение книги Первобытный охотник The Primal Hunter
775 Артемида

— Да вы чё ребят? — возмущенно воскликнул Минага, всплеснув руками. — Мы же только-только приблизились к самому интересному!

— Я тоже задаюсь вопросом, зачем нужно было обрывать трансляцию, — подал голос Змеебог. Несмотря на сомнения, он беспрекословно исполнил просьбу Виластромоза. — Не то чтобы я видел в этом зрелище какую-то особую ценность, но не вижу и смысла нарушать привычный ход вещей.

— Потому что, если бы вы продолжили запись, Джейк потом спустил бы всех собак на меня, — проворчал Гадюка, недовольно щурясь. — К тому же, разве эта богиня охоты не пришла бы в ярость, узнав, что вы без спроса записываете её… личные моменты?

— Хм, возможно. Я как-то не рассматривал этот вариант, — Змеебог погрузился в раздумья. — Такое случается впервые, по крайней мере, на моей памяти. Несмотря на то, что эти образы созданы как имитации уровня 0, они всё же остаются богами, что делает ситуацию беспрецедентной. Обычно участники Невермора довольствуются персонажами, созданными самим подземельем, если им нужно… выпустить пар.

Виластромоз медленно кивнул. Хотя клоны и были ограничены нулевым уровнем, они сохраняли частичную связь с Записями своих оригиналов. Именно поэтому боги вообще соглашались оставлять свои проекции в Неверморе: это создавало кармическую связь с восходящими звездами мультивселенной.

Умбра была идеальным примером. Слабая нить кармы связывала её с каждым, кто выходил против неё на арену. Благодаря своим силам она как минимум узнавала об их существовании. А тех, кто умудрялся одолеть её проекцию, она начинала изучать лично, порой даже выкупая записи боев у Змеебога.

Виластромоз почти ничего не знал об Артемиде — она вознеслась уже после Седьмой Эпохи. Он лишь слышал, что она весьма могущественная богиня из Пантеона Жизни, работающая рука об руку с Иггдрасиль и Адептом Природы. Однако о её характере это не говорило ровным счетом ничего.

— Скажи-ка, эта Артемида… она из тех, кто «свободен во взглядах» на подобные вещи? — поинтересовался Виластромоз. Это бы многое объяснило. Некоторые боги были готовы прыгнуть в постель с любым, кто казался им хоть каплю привлекательным, порой меняя партнеров ежедневно. Разумеется, в большинстве случаев они скрывали свою божественную суть, маскируясь под обычных авантюристов в случайных тавернах.

Минага расплылся в ухмылке.

У Гадюки уже начала зарождаться головная боль.

— У меня есть теория, — гордо провозгласил Минага. — Я думаю, Артемиде нравятся только те, кто сильнее её самой. Ей нужен кто-то, кто будет еще большим воплощением хищника, чем она. Кто-то, кто сможет её подчинить. И Джейк, этот маленький монстр, идеально вписывается в параметры.

— И на чем же зиждется сия глубокая аналитика? — скептически спросил Виластромоз у уникальной формы жизни, которая по природе своей не имела репродуктивных органов и была, по сути, асексуальна.

— Ну, я встречал её пару раз, — Минага поскрёб подбородок. — Хотя признаю: большая часть теории сложилась только что, глядя на экран.

— Ясно, пальцем в небо, — вздохнул Гадюка. Впрочем, в словах Минаги могло быть зерно истины. Виластромоз лишь надеялся, что это не перерастет в очередную головную боль.

— Мне всё же любопытно, — пробормотал Змеебог. — Проекции обладают теми же личностями, что и оригиналы. После поражения они становятся практически идентичны…

— Погоди… ты всё-таки внедрил это? — перебил его Виластромоз, вспомнив разговор многовековой давности.

— Еще как внедрил! А я помог провернуть это своей потрясающей магией! — вклинился Минага.

Речь шла о реставрации памяти.

В случае поражения (но не смерти) проекция полностью осознавала свою божественную сущность и возвращала все воспоминания. Это делалось отчасти для того, чтобы образ бога мог наладить связь с кем-то, кто идет по схожему Пути, и завербовать его. Ну и еще потому, что боги считали, что так будет веселее. Однако теперь ситуация окончательно запуталась.

— То есть ты хочешь сказать, что проекция, которая утащила Джейка к себе домой, прекрасно знала, что она — всего лишь тень богини? — уточнил Виластромоз.

— Именно так, — кивнул Змеебог. — Разве это не занятно?

— Я склоняюсь к варианту что «нет»… — вздохнул Гадюка. О да, из этого определенно раздуют целую историю. — По крайней мере, скажи мне, что у Артемиды нет доступа к записям того, что происходит вне боев? Она ведь не узнает об этом?

— Хм? — Змеебог хмыкнул. — О нет, у неё нет такого права доступа. Это не входит в стандартный пакет. Я уверен, она и представить не могла, что её проекция выкинет нечто подобное.

— Ну, хоть это раду…

— Поэтому я, как вежливый хозяин, уже отправил ей уведомление о необычном поведении её образа. Чисто из вежливости.

Гадюка просверлил взглядом своего коллегу-Изначального.

— Значит, ты из Пантеона Жизни? — пробормотал Джейк, откидываясь на бортик бассейна, который на деле был огромной купальней с целебной водой. — Как это вяжется с твоим Путем Охотницы? Охота — это ведь про лишение жизни.

Артемида, сидевшая в воде напротив него, улыбнулась.

— Тот факт, что ты мимоходом проигнорировал мое признание в божественности и принадлежности к одному из мощнейших Пантеонов мультивселенной, чтобы пофилософствовать о Пути… Ты продолжаешь меня интриговать.

— Я стараюсь, — хмыкнул Джейк.

— Отвечая на твой вопрос: Пантеон Жизни это не только исцеление и сохранение. Это еще и трансформация, природные циклы и величие самой натуры. Хищники в экосистеме так же естественны, как деревья или травоядные. Мы, охотники, часть этого круга, но не просто винтики. Мы — регуляторы. Те, кто решает, куда потечет река жизни, отсекая лишнее или нежелательное, — Артемида говорила с глубоким убеждением. — Конечно, нельзя перегибать палку. Истребишь всех и экосистема рухнет. Не будет новой жизни… не на кого будет охотиться. А что такое охотник без добычи?

Джейк слушал очень внимательно. Он впервые встретил не просто сильного лучника, а существо, прошедшее свой Путь до самого божественного трона. Он не во всём был согласен с её, по его мнению, несколько ограниченным, определением охоты, но уважал её позицию.

— Вижу, ты не совсем согласен, — богиня выглядела заинтригованной. — Хорошо. Каким бы ты был охотником, если бы слепо топал по чужим следам?

— Охотником с плохим Восприятием, — отшутился Джейк, неожиданно вызвав у богини смешок.

После недолгой паузы она заговорила вновь: — Послушай, в реальном мире ты ранга C, верно? Учитывая, что здесь ты, человек ранга G из недавно интегрированной вселенной…

— Ага, — подтвердил Джейк.

— Что скажешь на предложение стать моим Избранным там, снаружи? Вступить в Пантеон Жизни. Уверена, у тебя уже есть какой-то покровитель, но сомневаюсь, что кто-то из них разбирается в охоте лучше меня. Я улажу все вопросы с компенсацией твоему нынешнему богу, — Артемида посмотрела на него с недвусмысленным прищуром. — Обещаю тебе много… частных уроков. А если когда-нибудь и сам станешь богом…

— Заманчиво, врать не буду, — Джейк покачал качающей головой. — Но у меня уже есть Благословение. И весьма недурное. «Истинное Благословение Малефической Гадюки».

Артемида замерла. — Погоди. Малефической Гадюки? Того самого

— Ну, был. А теперь нет, — Джейк небрежно пожал плечами. — Он объявился как раз перед интеграцией.

— И ты — его Избранный? — Она нахмурилась. — Странно для змеи выбирать охотника… Но еще страннее то, что ты подчинился кому-то, пусть даже богу. Как это вяжется с твоим стремлением стать абсолютным хищником?

Джейк улыбнулся. Даже если они были в прекрасных отношениях, вываливать все секреты он не собирался. — Скажем так: у нас соглашение, которое мало похоже на обычные отношения «Покровитель-Избранный». Уникальный случай, касающийся только нас двоих.

— Ладно, не буду лезть в душу, — Артемида качнула головой, мгновенно считав его нежелание углубляться в тему. — И заберу свое предложение назад, пока окончательно не опозорилась. При всем моем самомнении, я понимаю, что не могу тягаться в щедрости с Изначальным.

— У него и правда много блестящих побрякушек, — согласился Джейк, наслаждаясь теплом целебной воды.

Артемида на мгновение задумалась.

— Ты ведь понимаешь, как работают эти проекции в Неверморе?

— Думал, что понимаю, пока ты не доказала обратное, — ответил Джейк. — Но я предполагаю, что как проекция ты отделена от оригинала. Та Артемида, что снаружи, не узнает о наших… посиделках?

— Верно, — подтвердила она. — По сути, как только ты покинешь это Испытание, я перестану существовать. Меня сотрут вместе с ним. Но не грусти, для этого меня и создали.

Джейк кивнул. Эту часть правил он знал.

— К чему ты клонишь?

— Какой нетерпеливый, — она кокетливо склонила голову. — Я клоню к тому, что мой оригинал ничего не узнает, если только ей кто-то не нашепчет. Поэтому выбор за тобой. Из нас двоих только ты «настоящий», не так ли? Ты можешь попытаться найти меня в реальности. Признаю, это будет непросто, я вряд ли стану любезничать с первым встречным ранга C, будь он хоть трижды Избранным Изначального. Но если захочешь встречи — покажи мне или моим последователям вот этот знак.

Она подняла руку, формируя в воздухе сложный сигил, не похожий ни на что конкретное. Она удерживала его несколько секунд, пока Джейк не запечатлел символ в памяти.

— Это какой-то опознавательный знак? — спросил он.

— Вроде того. А еще у тебя есть выбор, никогда не упоминать о том, что случилось в этом Испытании, перед моей истинной формой. Если только Змеебог уже не настучал, — продолжила Артемида. — Если он всё же сболтнул лишнего… что ж, возможно, я пришлю за тобой кого-нибудь. Но раз ты протеже Гадюки, это может превратиться в тонкую политическую игру, в которую я с удовольствием ввяжусь. У тебя есть связи с Пантеоном Жизни?

— Моя соратница по Невермору — внучка Адепта Природы, — поделился Джейк. — Честно говоря, вокруг меня сейчас столько всего крутится, что я не удивлюсь, если любой Пантеон пришлет за мной делегацию.

Многие боги буквально облизывались, мечтая заполучить частичку «сока Джейка», чтобы вывести какой-нибудь забористый вариант развития.

— Из-за твоей Родословной? — спросила она, заставив Джейка вскинуть бровь.

— Что? Думал, это не очевидно? Такое подавление инстинктов и властная аура, которую я чувствовала… это не под силу обычному человеку нулевого уровня. Даже на арене я могла бы поспорить, что наши инстинкты равны, но то, что ты продолжаешь доминировать надо мной даже после того, как ко мне вернулась божественная память… Это либо Родословная, либо Трансцендентность. Ставлю на первое, — Артемида облизнула губы.

Джейк кивнул. Эта охотница чертовски хорошо видела суть вещей. Впрочем, чему удивляться? Она же богиня.

— Слушай, раз уж ты богиня охоты, не подкинешь пару советов смиренному смертному охотнику? Может, пара приемов стрельбы из лука? — Джейк решил не упускать шанс.

— Почему бы и нет? Мы можем обменяться опытом, но не более. Моя сила здесь всё еще ограничена тем же уровнем, на котором мы сражались, — пожала плечами Артемида.

Джейк был приятно удивлен, он ждал сухого отказа.

— Учти, я делаю это не из чистой доброты, а чтобы посеять зерно кармы. Так мне будет куда проще выследить тебя в реальном мире, если Змеебог всё же проболтается, — усмехнулась она. — Разочарован? В конце концов, ты лишь смертный. Зачем мне помогать тебе без выгоды для себя?

— Всего лишь смертный, да? — Джейк поднялся и направился к ней через неглубокую купальню.

— Но такооой многообещающий, — улыбнулась Артемида, откидываясь назад как только подошёл Джейк.

Следующие несколько дней прошли в тренировках. Джейк вовсю пользовался советами божественной лучницы, в основном устраивая с ней спарринги в лесу за её резиденцией. Благодаря целебному источнику раны заживали мгновенно, и Джейк вынужден был признать: восстанавливаться в такой компании одно удовольствие.

Но долго задерживаться он не планировал. Спустя неделю после боя с Артемидой он вернулся в Колизей, чтобы бросить вызов шестому Чемпиону, Хозяйке Теней, или Умбре, как звали её на самом деле.

Джейк привык, что бои назначаются либо сразу, либо через месяц, поэтому восемнадцать дней ожидания его удивили. Странный срок, до тех пор, пока Артемида не подсказала: в этот день будет молодой месяц. А учитывая, что Умбра назначила бой на самое позднее время… да, случайностью тут и не пахло.

Джейк не жаловался. Лишнее время на подготовку ему было не особо нужно, но возможность еще помериться силами с Артемидой в лесу он ценил высоко. Между делом они даже устроили несколько полноценных уроков стрельбы.