Онлайн чтение книги Первобытный охотник The Primal Hunter
827 Никаких Сожалений

Безусловно, у Темлата был один человек, которого он ненавидел больше всех. Личность, воплощавшая в себе всё то, что он презирал. Его бесило само её существование там, на парящем острове, откуда она с издевкой взирала на простолюдинов внизу. Она была настолько паршивым человеком, что Темлат пробудил в себе врожденное сродство к проклятиям только из-за того, насколько сильно её ненавидел.

Эта ненависть ощущалась почти в каждом уголке планеты, когда Темлат начал спуск на облачный остров. Другие зараженные проклятой чумой, даже те, кто был в С-ранге, инстинктивно пятились, видя приближение фигуры в плаще. Джейк не знал, чувствовали ли они исходящую от него опасную энергию или просто пасовали перед его мощью.

Приземлившись на остров, Темлат двинулся вперед, едва касаясь земли. Пару раз он просто вскидывал руку, и очередной стражник или слуга вспыхивал черным пламенем проклятия, мгновенно сгорая заживо. Джейк предположил, что это были те самые слуги поместья, от которых Темлат был, мягко говоря, не в восторге.

Следуя за ним, Джейк оставался верен своему обещанию и лишь наблюдал. В своей сфере восприятия он видел женщину, к которой стремился Темлат, она пряталась с двумя спутницами в комнате, защищенной мощными магическими печатями. Какое-то подобие бункера.

Учитывая общее состояние поместья, этот огромный металлический ящик, запрятанный в самой середине, изрядно выделялся. Темлат приближался к нему размеренным шагом, не торопясь, сохраняя ледяное спокойствие. Одна сторона ящика была частично прозрачной, позволяя тем, кто внутри, видеть происходящее, но оставаясь непроницаемой снаружи, по крайней мере, для обычных людей, а не для тех, у кого Восприятие позволяло плевать на зеркальное стекло. Темлат явно знал, что они его видят. Он завис прямо перед окном, его голос эхом раздался из-под капюшона, похоже, Осколок Чумы окончательно освоился в новом теле и научился транслировать звук.

— Я слышал, ты меня искала… Ну, вот он я.

Тут же зеркальное стекло стало прозрачным с обеих сторон, явив Темлату троицу внутри. Прямо у стекла стояла та самая женщина, которая изначально наняла Джейка, чтобы тот «вернул её питомца».

Женщина, которая и запустила всю эту цепочку событий. Она смотрела на Темлата, явно не понимая, что перед ней за существо.

— Мой сладенький? Что с тоб…

Мощный залп черного пламени ударил в металлический короб; ящик затрясся, магические формации затрещали от колоссальной энергии.

— Не смей меня так называть!

— П… почему ты это делаешь? Нет, этого не может быть. Моя милая крошка так себя не ведёт, — запричитала женщина, впадая в отрицание и вжимаясь в стену от страха. Однако, каким-то, бл*ть, чудесным образом, она взяла себя в руки и приняла враждебный вид. — Ты ведь из этих грязных мерзких трущоб, да?! Вот увидишь, когда прибудет служба безопасности, у тебя будут крупные неприятности! Это ты обидел мою малютку и украл его нежный облик?!

Темлат смотрел на нее, кажется, на мгновение лишившись дара речи, а затем просто расхохотался. Облако энергии проклятия вокруг него забурлило, но Джейк не уловил в его смехе ни тени радости или веселья.

— Оно. Ты продолжаешь называть меня "оно". Скажи мне… как звали твоего бывшего «милого маленького питомца»? Ты вообще знаешь его имя?

Женщина уставилась на него с оскорбленным видом. — Моего сладенького всегда звали «мой сладенький». Не было у него никакого имени.

Ответ последовал незамедлительно. Стена черного пламени взметнулась вокруг металлического ящика, стремительно его пожирая. Энергия проклятий и чумы обычно плохо справлялась с магическими формациями, но тут плотность энергии была настолько велика, что защита просто захлебнулась. Треск следовал за треском, печати лопались, и сам металл начал рассыпаться.

— Тогда позволь мне напомнить. Пусть моё имя станет последним словом, которое ты услышишь, и твоим финальным воспоминанием:

В этот момент металлический ящик развалился. Две другие женщины погибли мгновенно, просто от побочного ущерба, когда пламя поглотило источник ненависти Темлата. Но ей такая легкая смерть не светила. Её крики эхом разнеслись по округе; Проклятый Осколок Чумы завис прямо перед ней, филигранно управляя черным огнем.

Довольно долго Джейк не слышал ничего, кроме её воплей и визгов, на фоне которых лишь едва угадывались отзвуки битвы где-то вдалеке. Темлат не спешил, делая всё, чтобы эта смерть была максимально мучительной.

Джейк какое-то время наблюдал за действиями Темлата, а затем вздохнул и, использовав Один Шаг, появился прямо рядом с ним, в самом центре облака проклятой чумы.

— Довольно, — сказал Джейк.

— Довольно?! Нет, эта сука будет гореть целую вечность, и этого всё равно будет мало! Она заслуживает большего, чем я вообще способен с ней сделать! — яростный голос Темлата прогремел, словно гром в грозовой туче. Джейк поглощал чистую энергию ненависти, стараясь понять… насколько это вообще было возможно.

— Я сказал: довольно. Просто пытать её с этого момента бессмысленно, — спокойно произнес Джейк. — Оборвать её Путь — вот высшая месть. Пресечь её влияние на мир и позволить её Записям кануть в безвестность. Вот истинный способ уничтожить кого-то. Стереть её из бытия и показать, насколько она ничтожна.

Внимание Темлата на миг переключилось на Джейка, а затем он выпустил импульс силы. Пламя усилилось, и после последнего мучительного крика тело женщины исчезло полностью, не оставив даже пепла. В последние секунды от её останков отделилось немного энергии проклятия, но Темлат резким жестом развеял её, не позволив ей впитаться в себя.

Джейк говорил, что не будет вмешиваться, и всё же вмешался. Не только потому, что считал пытки бессмысленными, но и из-за того, что должно было последовать дальше.

Пришло время взять на себя ответственность как учителя. Увидеть, осознает ли Темлат последствия выбранного им Пути.

Проклятия Греха были самыми могущественными… но они были ненасытны. Они никогда не знали удовлетворения и никогда не достигали цели. Вечный Голод Джейка всегда будет требовать большего, всегда будет обжорой, способным сожрать самого хозяина, если тот слишком проголодается. Точно так же Темлату всегда нужен будет выход для его Проклятия Греха: Гнева. Эти проклятия основаны на эмоциях, которые нельзя убить, просто утолив их. Гнев — это нечто внутреннее. То, что чувствуешь ты сам, независимо от того, на кого ты этот гнев направляешь. Ты всегда найдешь новую цель для ненависти, новый повод для срыва. Если не кормить проклятие, случится внутренний коллапс: ненависть обратится на единственное, на что сможет, на самого себя.

Гнев полностью сфокусируется на Темлате. На самом его существовании. Он начнет ненавидеть жизнь как таковую, ненавидеть весь мир. Часто это приводило к тому, что носитель Проклятия Греха: Гнева просто терял рассудок и начинал бездумно крушить всё и вся, пока его не убивали.

Вот почему люди так редко использовали эти проклятия, а если контроль начинал ускользать, то запечатывали их. Нечто подобное Вилли предлагал Джейку сделать с Вечным Голодом, если тот станет слишком опасным. Он мог отсечь его от себя, запечатать и выкачивать энергию, пока оружие не превратится в инертный кусок железа спустя многие-многие годы. Жалко, конечно, но лучше так, чем если Вечный Голод проголодается настолько, что просто съест Джейка на завтрак, даже ценой собственной гибели.

Темлат… не мог запечатать свое проклятие. Он сам был воплощением проклятия.

Для него не было избавления от влияния этой силы, не было побега. Путь Темлата, быть Проклятым Осколком Чумы до самой смерти. Он должен сеять Гнев, и единственная передышка наступит, когда проклятие поглотит его разум… или, если он сумеет бороться достаточно долго и сохранит рассудок, он увидит, как угасает и умирает в борьбе с собственным гневом.

— Что будешь делать теперь? — спросил Джейк после долгого молчания.

Темлат ответил не сразу. Он просто стоял и смотрел на место, где погибла его ненависть. Где он её убил. Джейк почувствовал, как волна пустоты и отсутствия цели начала влиять на энергию проклятия, но после вопроса Джейка она снова сфокусировалась.

— Закончу начатое. Она была лишь симптомом болезни… которую может излечить только чума.

Джейк кивнул, понимая намерения Темлата.

— Тогда делай что должен. Я останусь и буду наблюдать, как и обещал… а когда закончишь, мы поговорим снова. Как ты и просил, я буду свидетелем твоего Пути.

Темлат повернулся к Джейку, его лицо проступило четче, чем когда-либо, даже как будто обрело немного красок. Он решительно кивнул и взмыл в воздух. Джейк сосредоточился, возвращаясь в состояние скрытности, и последовал за ним. Он быстро понял, куда направляется его ученик.

Женщина упоминала об этом: самые могущественные люди планеты еще не пали. Хотя вся планета фактически представляла собой один гигантский город, плотность населения в разных районах различалась. Темлат жил во втором по плотности районе, и было лишь одно место, где людей было еще больше. А где больше людей, там больше С-рангов и подобие правительства.

Эту военную силу можно было считать армией, пусть они и называли себя службами безопасности. Там были тысячи С-рангов, но все они столкнулись с противником, к бою с которым не были готовы. У Темлата тоже была своя армия, центральное правительство стало главной мишенью для ярости масс. Шла полномасштабная война: солдаты пытались защищать свои посты, но каждое убийство лишь множило ряды врага, обращая павших на его сторону.

Некоторые могли сопротивляться, но они были в меньшинстве. Маги и люди с высокой волей чаще всего умудрялись сохранять ясность ума, даже будучи зараженными, но их спокойствие лишь делало их мишенями для иррациональной ярости остальных.

Со временем Джейк заметил, что Темлат начал слегка менять цель проклятия гнева. Теперь это были не просто те, кто у власти… гнев обратился на тех, у кого

Армия быстро пала под натиском Темлата и его легиона зараженных. И тогда началась настоящая резня. Те, кто раньше сражался плечом к плечу, начали грызть друг другу глотки: D-ранги ополчились на С-рангов, а С-ранги на тех, чей уровень был выше их собственного.

Оценка Джейка, согласно которой заражение планеты должно было занять неделю, оказалась ошибочной на два дня. Всего пять суток потребовалось проклятой чуме, чтобы охватить практически каждого жителя. Из-за особенностей застройки прятаться было решительно негде: пока кто-то, хоть кто-то, знал, кто ты и где ты, ты был обречен на заражение. К тому же планета была довольно крохотной по сравнению с той же Землей.

Бойня шла на каждой улице, в каждом здании. Мегаструктуры рушились, как домино, а каждый парящий остров был низвергнут на землю как символ угнетения. Шахты были взорваны и обрушены; пощады не было почти никому.

Спустя неделю после появления Темлата планету было не узнать. Ни одного целого небоскреба, вся поверхность была завалена обломками. Триллионы людей убили друг друга в припадке ярости.

Всё это время Джейк держал слово и свидетельствовал Путь Темлата. Он много раз порывался вмешаться, но каждый раз останавливался, видя, что Темлат остается в здравом уме и контролирует ситуацию, несмотря ни на что. Пока это так, Джейк не считал вправе вмешиваться напрямую.

Всё это казалось бессмысленным, но Джейк начал улавливать скрытую цель. В конце концов, он увидел, что Темлат вырос в уровнях гораздо сильнее, чем можно было ожидать от новоиспеченного С-ранга… но также заметил, что в последние дни рост прекратился. Он уперся в стену. Ту, которую будет невероятно сложно преодолеть. Тем не менее он стал безумно силен.

[Проклятый Осколок Чумы Гнева — ур. 248]

Темлат лично прикончил последних С-рангов на планете, так что их больше не осталось. Джейк выпустил Импульс Восприятия и заметил выживших. Немного, но кое-кто прятался внизу. Е-ранги, дети, слабые и угнетенные, те, кто и так жил в нищете неделю назад.

Спустившись вниз, Джейк встал рядом с Темлатом, парившим над тем местом, где когда-то находился офис правительства. Теперь там был лишь огромный черный кратер, Темлат выжег даже обломки, чтобы стереть всякую память о прежнем обществе.

— Повторю свой вопрос… что теперь? — спросил Джейк.

Ощущение пустоты, исходящее от Проклятого Осколка Чумы Гнева, было сильнее, чем когда-либо. Когда всё разрушено, ему скоро понадобится новая цель. Секунды тикали, прежде чем Темлат наконец заговорил, его голос был таким же пустым, как и его аура.

— С самого начала я желал лишь мести. Я хотел, чтобы эта сука сдохла, и чтобы мир, позволивший существовать такой, как она, рухнул. И то, и другое стало реальностью. Выжили лишь те, кто помнит несправедливость… те, кто был настолько жалок, что никто даже не почувствовал к ним гнева. Пусть они строят новый мир для себя, мир, который будет лучше прежнего, — сказал Темлат, явно обдумав этот сценарий заранее.

Джейк просто слушал, понимая, что сейчас не время вставлять свои пять копеек.

— Даже сейчас я чувствую, как оно подкрадывается. Я чувствую, как мой разум угасает, потому что я подавляю свои порывы. Мне хочется просто улететь в мультивселенную и искать следующую цель… заражать всё подряд. Без вас, Учитель, я бы даже не смог сейчас оставаться в сознании…

Темлат посмотрел в небо, и его форма начала уплотняться. Огромное облако энергии проклятия собралось в одну человеческую фигуру, и Джейк снова увидел того самого полуэльфа, которого встретил в первый раз. Он долго смотрел вверх, а затем повернулся к Джейку.

— Учитель… я идиот?

— Еще какой, — кивнул Джейк. — Но ты, по крайней мере, сам выбрал быть идиотом. Выбрал собственный Путь.

Темлат улыбнулся, несмотря на Проклятие Греха.

— Да… и оно того стоило. Я не жалею о своем решении стать тем, кто я есть, ради достижения целей. Но… у меня есть одно сожаление…

— Какое? — спросил Джейк.

— Я не хочу просто сгинуть вместе с этим миром. Ваши слова… о том, что позволить Записям кануть в безвестность — это высшая месть… быть забытым… Я этого не хочу, — Темлат посмотрел Джейку прямо в глаза. — Вы будете меня помнить?

— Память у меня, конечно, дырявая, но думаю, тебя забыть будет сложновато, — Джейк покачал головой и положил руку на плечо Темлату. Даже при всем контроле ученика, проклятая чума постоянно пыталась заразить Джейка, каждый раз пасуя перед Вкусом и Вечным Голодом.

— Спасибо, — пробормотал Темлат. — Тогда не могли бы вы исполнить мою последнюю эгоистичную просьбу?

Джейк уже догадывался, о чем речь, и кивнул.

— Если это в моих силах.

— Пожалуйста, позвольте мне умереть, пока я всё еще я, и пока я не жалею о своих поступках. Поглотите моё существование, дабы мои Записи хотя бы как-то сохранились, — наконец произнес Темлат. — Пожалуйста, поглотите меня своим собственным Проклятием Греха.

— Хорошо, — просто согласился Джейк, понимая, что Темлат всё взвесил.

По его жесту в руке появился Вечный Голод. Оружие даже без участия Джейка начало излучать голодную ауру, стремясь пожрать Темлата.

Темлат посмотрел на катар и низко поклонился.

— Спасибо за то, что наполнили мою жизнь смыслом и позволили мне чего-то достичь.

С этими словами форма Темлата начала распадаться. Вечный Голод метнулся вперед, в попытке насытиться, и Джейк на этот раз не стал его сдерживать, а просто крепко сжал рукоять. Тело Темлата превратилось в поток черного дыма, который впитался в черный катар — одно Проклятие Греха пожрало другое.

Меньше чем через минуту не осталось ничего. Джейк посмотрел на мифическое оружие в своей руке и громко, тяжело вздохнул, сжав кулаки.

— Мой первый ученик… Темлат… и всё закончилось вот так. Мда бля, херовый же из меня учитель…