Онлайн чтение книги Аннет Annette
1 - 146

— Я сам разберусь, а ты закрой рот.

— Вы оставите его безнаказанным? Отец, этот ублюдок с вашей женой...

— Я же сказал, что сам разберусь.

Волкер пыхтел от ярости, желая убить Райнгара во что бы то ни стало. Галант тоже хотел наказать предателя так, как он того заслуживает. Но что он получит, убив его? Ничего, кроме мимолетного удовлетворения.

А вот потеряет он от его смерти многое. Договор об аренде земель с Эбеном будет расторгнут. Он лишится своего самого полезного подчиненного. Не сможет взыскать цену за двадцать четыре года, в течение которых кормил и одевал его. Если не устраивать публичный суд и наказание, то и допрашивать его с пристрастием не было смысла.

Какой прок от того, чтобы распекать Райнгара за предательство? От этого Анетт снова не станет девственницей. А если в её чреве уже растет семя, с этим тоже ничего не поделаешь.

Если из-за этого придется убить Анетт, то не будет ли более выгодным наказанием заставить Райнгара заплатить и за неё?

— Сделай так, чтобы об этом никто не узнал. Если это просочится наружу, я спрошу с тебя. Ты понял?

Ему понадобился день, чтобы закончить эти расчеты. То, что Райнгар скоро уедет в Эбен, было большим плюсом. Возмутительно, конечно, что девка, с которой он развлекался перед свадьбой, оказалась его собственной женой, но, с другой стороны, это была еще одна слабость, за которую Галант мог его держать. Если они будут далеко друг от друга, то больше не смогут спариваться, так что и волноваться не о чем.

«Я ни за что не смогу выполнять работу служанки. Я не могу жить, настолько потеряв гордость».

То, что эта дерзкая принцесса познала мужчину, возможно, принесет еще более забавные результаты.

Ничего особенного в девственницах нет. Галант хмыкнул, вспомнив служанку, оставшуюся в замке Рот. Он позвал ту самую девку, которую посылал к Райнгару, в свою спальню в порыве ночной прихоти. Она не смогла удовлетворить его ожиданий, но Анетт будет другой. Ведь должна же быть причина, по которой этот ублюдок рисковал жизнью ради неё.

Надеюсь, она не успела понести. Только после того, как он всё обдумал, Галант начал действовать. Сначала Анетт. Райнгар — потом.

«Хорошо, что принцесса слушается мужа. Поговорите с ней хорошенько».

Коронация была на носу. В первую очередь нужно было успокоить императора.

***

Нетипичная ситуация — это всегда плохой знак. Граф никогда не ждал Анетт. Никогда не приходил без предупреждения и уж тем более никогда не сидел один в пустой комнате. Значит, случилось что-то очень плохое.

Только не это.

Стараясь дышать ровно, Анетт смотрела на незваного гостя. Галант Рот сидел, как у себя дома, и смотрел на море. То, что он не поворачивался и не заговаривал первым, казалось испытанием.

Ну давай, попробуй, начни первая, — словно насмехался он.

— Неожиданно видеть вас здесь... Что привело вас без предупреждения?

Спросила Анетт, стараясь звучать непринужденно, и сделала шаг вперед. Приближаясь к графу, она чувствовала, как все её нервы натянуты и направлены за спину, к мужчине за закрытой дверью.

В голове билась только одна мысль. Только не причини ему вреда. Скажи, что это всё из-за меня. Скажи, что он ни в чем не виноват.

Ведь так оно и есть.

— Я... возвращаюсь с прогулки по саду. Погода чудесная.

Она снова заговорила с графом, который не отвечал. Даже добавив это жалкое, заискивающее уточнение, она не чувствовала унижения. Анетт с тревогой смотрела на его профиль и видела, как на его губах появляется усмешка.

— Вчера.

Начав говорить, граф повернулся к ней. Вчера. Анетт поспешно выкинула из головы воспоминания о зеркальной комнате. Словно его глаза могли заглянуть в её мысли.

— Хорошо погуляла с моей дочерью?

— ...Да. Гертруда была очень добра ко мне.

— Она всегда ведет себя благоразумно. Лучшая из моих детей. Если бы она родилась сыном, было бы во многих отношениях лучше.

Анетт не стала отвечать на эти непонятные слова. Она лишь, словно щупальцами, напрягла все нервы, пытаясь уловить его настроение. Он злится? Недоволен? Выжидает?

— В любом случае, я рад, что ты хорошо провела время.

— Да, всё верно. Хорошо провела...

— Хорошо провела время.

Странно оборвав её на полуслове, Галант хмыкнул. Его глаза, смотревшие на её лицо, скользнули по груди и спустились ниже талии. Холодный намек, скрытый в этом откровенном взгляде, пронзил её сердце. До предела натянутые нервы издали пронзительный крик.

Он узнал.

Служанка всё рассказала Берте о вчерашнем. А Берта рассказала графу. Вот почему он пришел сюда.

Но почему.

Всё тело оцепенело, как камень. Анетт через силу дышала, помня о служанке, стоящей у неё за спиной. Почему Берта рассказала графу? Она же всё это время скрывала, почему передумала сейчас? Она быстро попыталась найти ответ, но теперь это было уже бесполезно. Какое ей дело до расчетов и обстоятельств семьи Рот.

То, что должно было случиться, — случилось. Нельзя сказать, что она не была к этому готова. Анетт медленно вдохнула, расправила плечи и посмотрела в глаза Галанту, сидящему в кресле.

Если он всё знает, отпираться бессмысленно. Нужно как-то повернуть всё в свою пользу. Нельзя его злить. Упади в ноги и умоляй. Скажи, что всё это только моя вина.

— Скажите мне, лорд. По какому делу вы пришли ко мне?

Соберись, Анетт. Ты должна защитить этого мужчину.

Бешено колотящееся сердце постепенно успокоилось. В груди похолодело, и напряженное тело расслабилось. Анетт не отвела взгляда от графа, который пристально смотрел на неё, и спокойно подбирала слова для ответа на его допрос. Она так долго готовила эти слова, представляя этот день.

Но то, что сказал Галант Рот, оказалось совершенно неожиданным.

— Слышал, ты отказалась от приглашения императрицы. Ты в своем уме?

Он усмехнулся, брезгливо поморщившись. Анетт на мгновение замерла от этой усмешки и неожиданных слов. Императрица. А не Райнгар.

— Разве императрица Лорелия не твоя спасительница? Как думаешь, где бы ты была сейчас, если бы не она? Как можно забывать о такой великой милости.

Граф сделал строгое лицо, словно отчитывал избалованного ребенка. Анетт на мгновение испытала такое облегчение, что чуть не рухнула, но затем её грудь снова запылала от гнева. Пойти повидаться с императрицей. Так вот в чем было дело. Ты ждал меня только для того, чтобы отдать этот приказ. Заставил мое сердце похолодеть, довел до жалкого состояния, и всё это ради того, чтобы сказать об...

...императрице.

Она даже не могла вспомнить это прекрасное лицо. Гнев и негодование застилали ей глаза, так что она ничего не видела. Анетт не задавалась вопросом, почему она так ненавидит эту женщину, и не искала причин. Ненависть — это чувство, а чувствам причины не нужны.

С каких-то пор её душа стала похожа на озеро в эпицентре бури. Опасно спокойное, оно в любой момент могло вскипеть обжигающей, невыносимо горячей ненавистью, пожирающей всё тело. Я схожу с ума? Анетт чувствовала себя стоящей на краю пропасти.

— Я же так просил тебя всем сердцем ответить на её благосклонность. Завтра же пойдешь к ней.

Галант был не единственным, кто заискивал перед императрицей. Весь дворец пытался ей угодить. От самого главного до последнего лакея — все дрожали, пытаясь угадать её настроение.

По желанию императрицы даже предатель мог стать герцогом, а враг — получить помилование. В то время как растерзанная в клочья Анетт вынуждена ползать по земле.

«Дамы из Менделя прибыли во дворец вчера. Семья герцога Виндберга тоже прибыла вовремя. Гости проделали очень долгий путь».

Когда она столкнулась с ними в коридоре, когда увидела эти до боли знакомые лица, Анетт в очередной раз осознала, насколько несправедлив этот мир. Весы богов своенравны, и справедливости не существует.

«Поэтому те, кто выжил после несчастья, получили откровение. Откровение идти новым путем».

Нет. Ничего такого нет.

— Если вы об этом, то не беспокойтесь. Я уже договорилась о встрече с Её Величеством.

Спокойно ответив, Анетт почувствовала кинжал за пазухой. Завтра, оставшись наедине с императрицей, она собиралась горячо взывать к её сочувствию.

Она приблизится к ней, изливая все те несчастья, оскорбления и горечи, которые ей пришлось пережить. Добрая императрица без тени сомнения раскроет объятия для бедной Анетт, и тогда даже самый неопытный убийца сможет вонзить клинок в эту нежную шею.

— Договорилась? Когда?

— Только что сказала главной фрейлине. Встретила её по дороге сюда. Сказала, что приду завтра, так что скоро будет ответ.

В глазах уже потемнело от крови. Сердце бешено колотилось от страха и возбуждения. Она не знала, откуда взялось в ней это безрассудное, змеиное чувство. Анетт просто хотела уравновесить весы.

Она хотела положить несчастье на другую чашу склонившихся весов. Несчастье, равное по весу тому, что пришлось вынести ей.