Онлайн чтение книги Для тебя, моя погибель To You Who Will Destroy Me
1 - 143

Был ли у человека, жившего в капиталистическом обществе, хоть один шанс когда-либо встретить «короля»? Эта мысль тяжело давила на Эрель, когда она готовилась к предстоящей королевской аудиенции.

Однако, когда она наконец встретила короля, он оказался более обычным, чем она себе представляла. Ощущение было сродни…

Ректору университета?

Он определённо выглядел учёным и опытным, обладал аурой власти, которую нельзя было легко оспорить. И всё же в то же время он всё ещё казался простым человеком. Однако, что больше всего выделялось в короле Фенозосе так это его своеобразная манера говорить — нечто, с чем Эрель никогда раньше не сталкивалась.

— Я слышал, вы только что вернулись из Аль Рос Кондеса? Войти во дворец, даже не отдохнув…

…Это был комплимент за усердие? Или он саркастически намекал, что Эрель следовало бы немного прийти в себя после путешествия?

— Преступления Миррдала были воистину шокирующими. В этом смысле, Баркан, твои действия были впечатляющими. Редко кто обвиняет собрата Масака.

Это была похвала? Или он тонко упрекал Баркана за предательство товарища?

Все ли политики так говорят? Эрель не могла отделаться от ощущения, что слова короля были намеренно расплывчатыми, допуская множественные толкования, чтобы не склоняться слишком сильно в какую-либо сторону. То, как он говорил, словно не беря на себя обязательств, было дезориентирующим.

Итак… что именно он пытается сказать?

К сожалению, окольная манера речи короля оставила Эрель в полном недоумении относительно его истинных намерений. После нескольких минут этого расплывчатого разговора Эрель начала чувствовать, что сходит с ума.

Затем, наконец…

— Как бы то ни было, удачно, что вам удалось остановить преступления Масака Миррдала до того, как стало слишком поздно. Жаль о потерянных жизнях, но что поделать? В конечном счёте, мы обязаны этим вам.

Как только неловко длинное вступление подошло к концу, король сделал жест, и слуга поспешил вперёд, неся богато украшенную золотую шкатулку. Увидев это, Эрель внезапно вспомнила.

Ах да, мы ведь пришли за наградой, не так ли?

После всех выговоров, которые они вытерпели при входе во дворец, она совсем забыла. Хотя она не чувствовала особой радости от получения награды. Отношение короля тоже не излучало искренности. Он вручал награду с механическим безразличием NPC, выдающего квест, и Баркан, в свою очередь, отвечал с минимумом энтузиазма.

— Мы вечно благодарны, Ваше Величество. Эта награда будет храниться поколениями.

Баркан склонил голову, выражая пустую, заученную благодарность. Эрель сразу поняла, что он выбросит награду в сторону, как только они покинут дворец.

— Нет, вы действительно этого заслуживаете. Но главное, разобраться с последствиями проступков Масака Миррдала оказалось довольно хлопотно. Позвольте мне объяснить.

Было ясно, что даже король считает всю эту церемонию бессмысленной, поскольку он сразу же перешёл к сути вопроса сразу после вручения медалей.

— Миррдал был многообещающим молодым дворянином из знатной семьи, которого я намеревался использовать для будущего королевства. Но из-за его преступлений общественное мнение резко обернулось против него.

— Воистину трагическая ситуация, — ответил Баркан с притворным сочувствием.

— Да. Люди, бедные и глупые, как они есть, теперь ставят под сомнение даже моё суждение за то, что когда-то я благоволил Миррдалу. Это воистину досадная ситуация.

Наконец разговор перешёл к чему-то, что Эрель могла понять. Король открыто раскрывал уязвимость монархии, и уши Эрель навострились.

Неудивительно, что высшие чины мало интересовались борьбой простого люда. Если бы такая ситуация ухудшилась, это могло бы привести к бедности, социальным волнениям и классовому конфликту.

Однако в этом мире был уникальный фактор — Китаны. Из-за них люди были больше озабочены выживанием, чем бедностью или дискриминацией. Постоянная угроза их жизням создавала идеальные условия для восстания.

Баркан ловко использовал этот разрыв. Он начал с захвата контроля над забытыми, самыми тёмными уголками королевства — местами, которые знать игнорировала. Лично защищая уязвимых простолюдинов от Китанов в обмен на их лояльность, он завоевал поддержку масс.

Это растущее влияние достигло точки, где теперь представляло угрозу для самой монархии. Хотя у королевства были король и королевский дворец, за троном скрывался также теневой правитель — Баркан Хамаш.

Любой разговор об измене или вызове королевской власти всегда был деликатным. Люди говорили, что обсуждать такие темы часто означает рисковать жизнью. Вот почему большинство говорили о них только шёпотом, доверяя лишь избранным такие опасные темы.

Живи семья Элоренс чуть ближе к столице или имей они более глубокие связи в высшем обществе, возможно, кто-то предупредил бы их о том, насколько опасен на самом деле Баркан Хамаш.

Однако реальной проблемой был их статус «Пограничных Герцогов» Элоренс. Живя далеко от столицы, у границ королевства, они редко появлялись при дворе. С таким ограниченным доступом к информации они в итоге приняли помолвку Эрель с Барканом, не зная всей картины.

Это из-за меня. Поэтому я должна взять на себя ответственность и разрешить эту ситуацию.

Эта мысль заставила Эрель снова сосредоточиться и внимательно выслушивая слова короля. В тот момент король Фенозос начал тонко раскрывать свои истинные намерения.

— Какими бы глупыми они ни были, люди — это основа нации. Пастух может быть только тогда, когда есть овцы, за которыми нужно присматривать. Поэтому я считаю необходимым прогнать волков, вызывающих беспорядки в стаде.

— Я понимаю, что имеет в виду Ваше Величество.

Хм, значит, он хочет, чтобы мы разобрались с Китанами, чтобы успокоить гнев общественности, — догадалась Эрель. Её догадка подтвердилась, когда король Фенозос кивнул.

— Хорошо. Баркан, как Масака, полагаю, ты слышал слухи, окружающие Рикадорские горы?

Рикадорские горы? Где это? Будучи родом из Кореи, Эрель всё ещё была не до конца знакома с географией этого мира.

— Конечно, я хорошо осведомлён, — плавно ответил Баркан с понимающей улыбкой. — Давно ходят слухи, что земля вокруг Рикадорских гор проклята, с её влажной почвой и холодным воздухом, что делает её идеальным местом для поселения зловещих сил. Некоторые говорят, что там даже есть проход в Бездну.

Бездна? Это слово привлекло внимание Эрель. Ей ещё предстояло выполнить свои квесты, связанные со Священным Святилищем Правды и Забытым Идолом Божества.

Может ли путь к тёмному богу Авихушану… или богине Нашиве быть там?

Но прежде чем она успела это обдумать, король Фенозос прервал разговор.

— Я не верю в такие суеверия. Однако доказано, что Китаны действительно сделали Рикадорские горы своей базой. Из-за этого западные деревни поблизости сильно пострадали.

— Запад находится под юрисдикцией герцога Вареля, не так ли? Я думал, он довольно хорошо справлялся с обороной.

— Это было давно. Герцог Варель постарел.

Король Фенозос откинулся на спинку кресла и глубоко вздохнул.

— И дело не только в Китанах. В последние месяцы племена варваров, изгнанные с запада более ста лет назад, потихоньку увеличивают свою численность и пересекают границу. Для герцога Вареля это была непрекращающаяся битва — справляться и с угрозой варваров извне, и с Китанами, спускающимися из Рикадорских гор изнутри.

— Трудная задача, действительно, — заметил Баркан.

— Именно. Представь, какое бремя это на него ложится, и изнутри, и снаружи, в его возрасте.

Эрель ещё не до конца уловила все тонкости роялистской знати. Однако, судя по тому, как король говорил с таким сочувствием, казалось, что герцог Варель был одним из «верноподданных» короны. Не ведая о её мыслях, король Фенозос продолжил.

— Тем не менее, герцог Варель держался до сих пор... но, кажется, он достиг предела.

— Что-то случилось?

— Недавно его старший сын, сэр Лют, был убит в битве против варваров, пересекших границу. Потеря наследника повергла герцога Вареля в глубокую скорбь.

Впервые проблеск искренних эмоций промелькнул на бесстрастном лице короля. Как отец, он, казалось, сопереживал боли герцога Вареля.

Каково это — отцу хоронить собственное дитя? Даже Эрель, слушавшая со стороны, не могла не почувствовать волну мрачных размышлений.

— Какая ужасная трагедия. Остаётся только надеяться, что герцог Варель скоро найдёт в себе силы подняться над своей скорбью.

Человек, полностью лишённый эмпатии, ответил небрежным тоном. Не было сомнений, что его внутренние мысли были примерно такими: «Ну и что?»

Эрель инстинктивно нахмурилась от его безразличия. Встрепенувшись, она быстро взглянула на короля, чтобы оценить его реакцию, и обнаружила, что он тоже смотрит на Баркана с похоже приподнятой бровью.

— Буду говорить прямо. Баркан Хамаш, сын Первобытного Бога.

Было ясно, что король считает любой дальнейший вежливый обмен пустой тратой времени. Это было поразительно, правда — характер Баркана довёл даже короля, славящегося своей дипломатичной, окольной речью, до прямоты.

— В столице ходят слухи, что твоя фракция питает нечистые намерения.

...Неужели нужно было так прямо, Ваше Величество?

Эрель почувствовала, как перехватило дыхание, а в глазах на мгновение потемнело. Она едва осмеливалась поднять голову, боясь, что голова Баркана — или её — может слететь с плеч в любую минуту.

— О боже. Всё это, конечно, чушь, — немедленно ответил Баркан, даже не дрогнув. Его чистая наглость повергла Эрель в шок.

— Я тоже верю, что не все слухи правдивы. Люди любят преувеличивать.

Король прямо не сказал, что верит слухам, но и не отрицал их. Это был осознанный выбор, призванный держать Баркана в напряжении.

— Тем не менее, я не могу терпеть само существование таких слухов. Они как ржавчина на короне, медленно тускнея, пока в конце концов полностью не обесценят её.

Король Фенозос сделал паузу и улыбнулся. Это была та доброжелательная улыбка, которую можно увидеть у ректора, отчисляющего студента на последнем семестре, полная незаслуженной доброты.

_______________________________________

Команда - нечего делать

Переводчик - el098765