Онлайн чтение книги Для тебя, моя погибель To You Who Will Destroy Me
1 - 177

Для Мины, которая всю жизнь прожила на Севере, Калвер Элоренс был похож на дом из снега. Хотя его поверхность была холодной и непреклонной, а стены прочнее кирпичных, внутри, если протиснуться через узкий вход, было неожиданно тепло.

Калвер был искусным северным командиром — холодным, как ледяной кинжал, для врагов, но определённо тёплым для тех, кого любил. Таким его видела Мина — до нескольких дней назад.

— Этот ублюдок… забрал мою драгоценную дочь…

Калвер с грохотом поставил стакан, его губы дрожали. На самом деле дрожали его глаза, но Мина не хотела этого признавать.

— Ваше превосходительство, вы слишком много выпили. Ваши раны ещё не зажили. Пожалуйста, прекратите пить.

Всему виной был эль, который подарил Баркан — подарок, который идеально пришёлся по вкусу Калверу, обычно мало интересовавшемуся материальными вещами.

Калвер сначала пытался отказаться от подарка, но как только эль оказался в его руках, он бережно хранил его. Он держал бутылку в витрине рядом с кабинетом, часто с удовлетворением глядя на неё. Но открыть запечатанную бутылку его заставила никто иная, как его младшая дочь, Эрель — маленькая птичка с мягким пухом.

— Я рада видеть, что вы поправляетесь, отец.

— Поправляюсь? Я и не болел.

Конечно, отец. Эрель тепло улыбнулась, как полевой цветок осенью, опустив длинные ресницы. Она мягко взяла Калвера за руку и тихо сказала:

— Я хотела бы остаться, пока вы полностью не поправитесь, но… у меня есть дела, которые нужно уладить.

Её беспокоило, что архиепископ Рамон всё ещё прячется поблизости. Не сумев убить Калвера, он мог попытаться снова. Они должны были действовать раньше.

— Ты возвращаешься в столицу?

— Да.

Хотя сначала есть место в Рикадорских горах, которое мне нужно «посетить». Эрель проглотила последнюю часть и просто улыбнулась. Калвер, держа тонкую руку дочери, кивнул.

— Я и сам собирался отправить тебя. Скоро зима, и если ты простудишься в этом ледяном месте, будет катастрофа.

Эрель, которую он помнил, всегда была хрупкой, хотя это было потому, что другая её половина, «Ли Рэён», была заточена в другом мире — о чём Калвер не знал. Несмотря на то, что теперь Эрель была гораздо здоровее, это не изменило его взгляда на неё. Она всё ещё была его нежным, драгоценным ребёнком, таким же хрупким, как прежде.

— Я не могу просто так отпустить тебя, ничего не сделав.

С этими словами Калвер устроил прощальный ужин в честь Эрель, несмотря на её протесты, что это не нужно. По иронии судьбы, именно Калвер в итоге напился на собственном празднике.

— Как я могу не быть навеселе — ик — сейчас?

Даже если они помолвлены, разве нужно быть такими нежными?

Калвер и так чувствовал пустоту, зная, что его дочь вот-вот уедет, едва успев её повидать. А теперь видеть, как какой-то высокомерный ублюдок держит её за руку, только усиливало его чувство потери.

Что ему оставалось делать, кроме как открыть лучший эль, которым он владел, чтобы заглушить эту горечь?

— Что она вообще в нём нашла? Просто не понимаю.

Калвер проворчал, указывая на Баркана, который стоял в центре зала, его рыжие волосы притягивали все взгляды. Хотя люстра была по центру комнаты, казалось, свет исходил только от него.

Честно говоря, леди Эрель есть за что его любить, — подумала про себя Мина, безмолвно извиняясь перед Калвером. Как истинная северянка, она обычно предпочитала крупных, крепких мужчин, как медведи. Но когда кто-то выглядел как Баркан, личные предпочтения не имели значения.

— Когда она обещала, что никогда не выйдет замуж и будет жить со мной вечно…

Глаза Калвера снова наполнились слезами. Однако, несмотря на свои слова, он не предпринимал никаких решительных мер — не расторгал помолвку и не выгонял Баркана. Это указывало на то, что Баркан каким-то образом заслужил его одобрение.

Что ж, — подумала Мина, — этого и следовало ожидать.

Баркан Хамаш был из тех мужчин, которые естественным образом притягивают к себе людей. Он был поразительным, харизматичным и полностью осознавал свою привлекательность. Такие мужчины редко оседают с одной женщиной. Они часто считают жизнь «нормальной» оскорблением своей уникальности.

Но Баркан был другим. Даже когда он улыбался и очаровывал всех на вечеринке, его взгляд оставался прикованным к Эрель. Его рука ни на мгновение не отпускала её. Если она брала что-то в рот, он делал то же самое. Когда она смеялась над маленькой шуткой, уголки его губ тоже приподнимались. Хотя весь свет в комнате, казалось, собирался вокруг него, он без усилий направлял его весь на Эрель.

Она была единственным фокусом его внимания, его единственным истинным светом.

— Они хорошо смотрятся вместе, — пробормотала Мина не подумав. Осознав, что сказала, она быстро взглянула на Калвера, ожидая, что он взорвётся: «Что значит «хорошо смотрятся вместе»?!»

Но к её удивлению, Калвер просто смотрел на свою дочь тихими глазами. Хотя он казался ошеломлённым алкоголем, его взгляд был совершенно ясным.

— Я скучаю по Луизе.

Калвер тихо вздохнул и пробормотал под нос. Его жена, Луиза, часто обладала материнской интуицией и иногда высказывала свои тревоги, говоря, что чувствует, будто Эрель может покинуть их навсегда.

Каждый раз Калвер успокаивал её, говоря, что этого не может быть. Но в глубине души он понимал, почему она так чувствует. В Эрель всегда было что-то эфемерное и далёкое, словно она была той, кто потерял что-то жизненно важное, оставив её с чувством неполноты.

Но теперь та же самая Эрель стояла перед ним, сияя полнотой и счастьем, которых он никогда раньше не видел. В её глазах были ясность и уверенность в себе, которые сверкали, как звёзды, — то, чего она никогда не показывала раньше.

Если Баркан был тем, кто вызвал в ней эту перемену, Калвер больше не мог отрицать. Баркан, возможно, был недостающим кусочком, который сделал его дочь целостной.

«…Пока она счастлива, это главное», — пробормотал Калвер, и его рука инстинктивно потянулась к боку. Он слегка поморщился, коснувшись раны, которая ещё не полностью зажила, тихий стон сорвался с его губ.

Но это не имело значения. Если его драгоценная младшая дочь может так улыбаться, он вытерпит это тысячу раз. Таково родительское сердце, в конце концов.

— Вам пора отдохнуть, Ваше превосходительство. Чтобы быстрее поправиться, нужен полноценный сон.

Мина, пожав плечами, помогла ему подняться с места. На этот раз Калвер не сопротивлялся. Он должен был проводить Эрель утром и нуждался в том, чтобы выглядеть здоровым ради неё.

Несмотря на их глубокую связь, прощание было беззаботным.

Калвер, успокоенный здоровым видом Эрель, казался гораздо более расслабленным. Даже запах трав, который держался на нём, исчез, что позволяло предположить, что его состояние не ухудшится, если он не будет перенапрягаться.

— Будь осторожна в пути. Если что-то случится, свяжись со мной.

Калвер обнял Эрель нежно, почти осторожно, словно боясь причинить ей боль. Он напомнил ей не задерживаться и направляться прямо в столицу.

— Конечно, с Хамашем в сопровождении я сомневаюсь, что что-то случится, но… Рикадорские горы полны опасностей, так что всегда будь начеку. Уходи как можно быстрее.

— Конечно, отец.

Эрель улыбнулась, глядя на него. Любовь, которую она никогда не испытывала как Ли Рэён, теперь была для неё драгоценна, согревая сердце и укрепляя её решимость, как свежевысохшая земля после дождя.

— Я поеду сейчас. Скоро увидимся снова.

— Да. Думаю, я скоро смогу взять отпуск, так что увидимся в столице.

К тому времени я сделаю так, чтобы всё это закончилось. Я не позволю нашей семье снова пострадать.

С этой твёрдой решимостью в сердце Эрель повернулась и пошла. Чистый, холодный ветер дул в высоком северном небе. Следуя за ним, она подняла глаза и увидела вдалеке высокую северо-западную башню.

Масака Сахар.

Всё ли он ещё смотрит на неё оттуда полузакрытыми глазами? Как раз когда она думала об этом, кто-то закрыл ей глаза руками.

— И на что ты смотришь?

Голос был сладким и лёгким, как сахарное печенье, но под ним была липкая, сиропная собственническая нотка, которая тяжело липла.

Было ясно, что Баркан догадался, почему она смотрела вверх. Вздрогнув, Эрель послушно опустила голову. Баркан, довольный, поцеловал её в лоб и сам проводил до кареты.

В тот момент, когда дверца тихо закрылась, он набросился. Эрель оказалась зажатой между стеной кареты и руками Баркана, её глаза расширились.

На мгновение она подумала, что он поцелует её, но он не сделал этого. Вместо этого он наклонился близко, его красивое лицо выражало то, что она не могла определить — что-то отчаянное и голодное.

— Ч-что случилось? — спросила она, наполовину испуганная, наполовину обеспокоенная.

Баркан вздохнул, прислонившись лбом к её лбу.

— Я тревожился… всё время, что мы здесь были.

Эрель задалась вопросом, что могло так взволновать этого самоуверенного мужчину.

В тот момент лицо Баркана исказилось от боли, и он закрыл глаза.

— Мне жаль… что случилось с твоим отцом.

Услышать от него извинения было редкостью. Он явно был озабочен травмой Калвера всё время, пока они были на Севере, возможно, даже желая, чтобы он мог принять удар на себя.

Эрель растерялась, застигнутая врасплох неожиданными извинениями. Баркан, казалось, неправильно истолковал её молчание, опустив голову, чтобы спрятать лицо в её маленьком плече.

— Ты… уйдёшь от меня?

Его голос, мягкий и дрожащий, послал дрожь по её телу, отражаясь от кожи. Это был тон, которого она никогда раньше от него не слышала, наполненный незнакомой уязвимостью.

_______________________________________

Команда - нечего делать

Переводчик - el098765