Онлайн чтение книги Я притворялась беременной, но мой муж вернулся I Faked a Pregnancy, but My Husband Returned
1 - 158

Экиан скрестил руки на груди и на мгновение замолчал. Луис, сидевший рядом, начал ёрзать на месте.

Да это же практически бесплатные деньги!

Лоуренс взял сигару и продолжил:

— Такие подробности полезны, когда нужно завести разговор, подбираясь к дворянским семьям. И ещё кое-что.

То, что он был страстным любителем сигар, уже давно ни для кого не было тайной.

— Мне также очень любопытно, откуда и каким образом берутся эти сведения.

Говоря медленно, он выпустил длинную струю сигарного дыма.

— У меня такое чувство: если как следует покопаться, что-нибудь да всплывёт.

Это всегда интересовало и Экиана.

Откуда, чёрт возьми, Джудит брала такие сведения?

Насколько он мог судить, она будто бы оборвала связи со всеми дворянскими знакомыми.

Конечно, раньше он пытался тайно это проверить. Но ничего существенного не обнаружилось, и он оставил попытки.

Это было не так уж важно, да и сами сведения не казались достаточно значительными, чтобы тратить на них усилия.

Экиан пожал плечами.

— Не уверен. Мне самому не удалось выяснить. Это будет непросто.

— Ну, это потому…

Лоуренс снова выпустил облачко дыма и усмехнулся.

— Что Мастер Серой гильдии слишком уж любезен.

Под маской лицо Экиана едва заметно застыло.

— Не суметь как следует вытянуть сведения из беспомощной юной девушки… Это всего лишь значит, что Мастер Серой гильдии слишком наивен, чтобы должным образом обращаться с информацией.

Экиан прикусил нижнюю губу.

То, что имел в виду Лоуренс, называлось похищением, вымогательством и угрозами. В конце концов, что бы ни сделали с Джудит, беспокоиться о последствиях никому не пришлось бы.

— Я признаю, что вы чрезвычайно способный человек, Мастер Серой гильдии.

Проведя рукой по седеющим волосам, этот мужчина, долго выживавший в их ремесле, заговорил неторопливо:

— Но вы всё ещё юны.

— Юн? Что вы имеете в виду?..

Экиан никогда публично не раскрывал свой возраст. Поэтому, услышав не «молод», а «ребёнок», он невольно растерялся.

Лоуренс наклонился ближе и прошептал так, чтобы остальные не услышали:

— Видите? Именно так и реагирует ребёнок.

Экиан чуть слышно скрипнул зубами.

— Конечно, через несколько лет вы станете крупной силой. Я достаточно давно в этом деле, чтобы разбираться в людях.

Лоуренс спокойно добавил:

— Поэтому вы мне по-человечески симпатичны. Напоминаете меня в молодости.

Из-под маски Экиан резко впился в него взглядом. Всё равно этого нельзя было увидеть, но Лоуренс, будто почувствовав, небрежно пожал плечами.

— Вы ещё молоды, поэтому многого пока не понимаете. Ваши способности несомненны, но опыта вам недостаёт. Не принимайте близко к сердцу. Доживёте до моих лет — начнёте видеть то же, что и я.

Экиану не нравилось, куда заходит разговор. Поэтому он твёрдо ответил:

— В итоге я отклоняю предложенную вами сделку.

Видимо, ответ оказался неожиданным: Лоуренс слегка нахмурился.

Но вскоре наклонил голову и с интересом изогнул губы.

— Если я спрошу о причине, вы мне скажете?

— Что ж.

Экиан ответил, не размыкая рук на груди:

— Если вы готовы за это заплатить.

— Вот как? И сколько? — беззаботно переспросил Лоуренс, и Экиан ровно произнёс:

— В качестве платы — вы не тронете барышню Джудит.

Сначала он собирался добиться обещания, а уже потом объяснить причину.

На самом деле он решил отказаться от сделки в тот же миг, как услышал её.

Он не мог отправить Джудит к Лоуренсу. Потому что Джудит не курила.

И он смутно помнил, как она говорила, что ей неприятен табачный дым.

— От моей одежды немного пахнет сигарами, да? Родитель в доме, где я только что была, курил…

Он отчётливо помнил, как при этих словах нос Джудит слегка сморщился.

— Вам не мешает? Если невыносимо, пожалуйста, скажите. Я выйду ещё ненадолго проветриться. На самом деле я тоже не люблю табачный дым.

Если Лоуренс будет иметь дело с Джудит напрямую, сколько ей придётся терпеть сигарный дым этого человека?

Как ни крути, Джудит всё ещё была несовершеннолетней.

Он не мог подвергать несовершеннолетнюю воздействию чужого дыма.

Конечно, получить двадцать процентов комиссии просто за знакомство было великолепной сделкой…

Но всё же человеческая жизнь важнее.

А вдруг Джудит окажется одной из тех редких людей, у кого слабые лёгкие и из-за этого быстро сокращается срок жизни?

Конечно, вероятность была мала, но полностью исключить её было нельзя.

Поэтому он совершенно точно не мог принять эту сделку.

Не потому, что мысль о том, что он больше не увидит Джудит, странно опустошала его, и не потому, что он не мог себе этого представить.

Это был не личный отказ, а отказ из гуманных соображений.

И как раз когда Экиан готовился к пространному объяснению, Лоуренс, пристально смотревший на него, вдруг разразился громким смехом.

— Ах-ха-ха! Ахахахаха!

Экиан впервые видел, чтобы Лоуренс смеялся так открыто. Несмотря на холодную реакцию Экиана, Лоуренс ещё довольно долго хохотал во весь голос.

Потом он вытер выступившие слёзы и с лукавой улыбкой сказал:

— Ах, Экиан. Всё-таки ты мужчина.

— Что вы несёте?..

— Ладно, ладно. Ха-ха.

Лоуренс похлопал Экиана по плечу.

— Не трону я барышню Джудит. У меня нет привычки вредить женщине, на которую положил глаз другой мужчина.

Экиан резко замотал головой.

— Ч-что вы имеете в виду! У нас не такие отношения.

Положил глаз? Что это вообще за разговор о деловом контакте…

Кроме того, Джудит не знала о нём ровным счётом ничего: ни лица, ни имени.

При таком неравном потоке информации тайно питать чувства к клиентке в одиночку было бы попросту жутко.

— Абсолютно нет.

Экиан подчеркнул это ещё раз.

— Ну, конечно.

Лоуренс ухмыльнулся.

— В любом случае я понял. У этой барышни, должно быть, есть своё особенное очарование. Старайся.

Затем он поднялся и бодро обратился к остальным:

— Что ж, похоже, все собрались. Начнём собрание?

Экиан хотел возразить Лоуренсу, но подходящих слов не находилось. Да и их частный разговор, похоже, уже закончился.

Поэтому Экиан в слегка испорченном настроении просмотрел материалы собрания.

В любом случае ничего не изменилось, так что всё было в порядке.

Джудит снова придёт продавать ему пустяковые сведения, и никто так и не узнает, каким образом она их добывает. Пока этот порядок сохраняется, большего и не нужно.

Так что Экиан был доволен.

Горожане прекрасно знали о существовании Экиана — человека, который ходил в маске.

В том, что кто-то скрывает лицо за маской, не было ничего необычного: будь то глава информационной гильдии, рыцарь при каком-нибудь дворянине или кто-то в этом роде.

Поэтому по крайней мере горожане не считали это странным. Скорее даже воспринимали положительно.

Они говорили, что мужчина в чёрно-серебряной маске — Мастер Серой информационной гильдии, что он не особенно вреден и во многом способствует экономическому развитию местной общины.

Благодаря этому Экиан мог довольно свободно передвигаться по городу, не беспокоясь о чужих взглядах. С менее серьёзными клиентами он иногда встречался вне гильдии, а порой выходил просто купить что-нибудь, чтобы сменить обстановку.

И вот однажды вечером.

Не было ничего особенно странного в том, что хозяйка пансиона, где жила Джудит, заговорила с ним, когда он проходил по переулку.

— Хм, вы ведь Мастер Серой гильдии? Куда направляетесь?

Хозяйка спросила это буднично, вытряхивая бельё перед домом. Экиан тоже ответил равнодушно:

— Иду купить вечернюю газету неподалёку. От постоянного сидения в кабинете становится душно.

— Вот как.

Хозяйка взглянула на него и озорно улыбнулась.

— В комнате темно, но барышня Джудит благополучно вернулась домой. Так что не волнуйтесь.

Под маской Экиан слегка нахмурился.

Он совершенно не понимал, из какого контекста возникло это замечание.

— …Почему вы вдруг сообщаете мне о безопасности барышни Джудит? Есть какая-то особая причина?

Когда он подозрительно спросил, хозяйка зевнула и ответила:

— Конечно, есть.