Онлайн чтение книги Я притворялась беременной, но мой муж вернулся I Faked a Pregnancy, but My Husband Returned
1 - 165

Карл вздрогнул.

На милом лице Алекса проступила усталость.

Это уже было не лицо семилетнего мальчика, который недавно, хохоча, убегал от Экиана в львиной маске.

Перед Карлом был тот самый Алекс, каким он его знал: рассудительный, умный, поразительно взрослый для своих семи лет.

Когда Роуз предложила поиграть в прятки или салки...

Алекс, конечно, сказал, что хочет, но на самом деле такие игры никогда не были ему особенно по душе.

Он любил читать книги и обсуждать прочитанное, смотреть на картины и иногда пробовать их копировать.

Совсем как Экиан и Карл в детстве.

Пусть они и не были связаны кровью, в детстве Экиан и Карл тоже не отличались особенно подвижным нравом; даже хорошо владея телом, они больше любили игры, где нужно было думать.

— Что случилось?

Карл спросил, не забывая о Роуз: слова Алекса явно её поразили.

— С братом что-то случилось?

— Это просто ужасно.

Алекс тяжело вздохнул.

— Дядя приехал, и я наконец-то смог вздохнуть свободнее... В последнее время папа правда странный.

Карл на мгновение отвёл взгляд.

— Я знаю, папа меня любит... Но в последнее время этой заботы правда слишком много. Он будто не выносит, когда мы с мамой остаёмся вдвоём. Всё время старается играть со мной изо всех сил, словно соревнуется. Я и слова сказать не успеваю.

Алекс продолжил с серьёзным лицом:

— Недавно я случайно сказал, что хочу лошадь, и получил в подарок целую конную ферму... Он назвал её «Конная ферма Алекса» и даже вывеску повесил. Мне было ужасно стыдно, но пришлось делать вид, что я рад...

Роуз сдавленно охнула. Для девушки из цветочной лавки это были жалобы совсем другого масштаба.

— Мне кажется, он чувствует какое-то давление: будто должен заботиться обо мне лучше, чем мама.

Алекс говорил совершенно серьёзно.

— Ведь правда, что всё это время я был ближе к маме. Но тут ничего не поделаешь: моим образованием занимается мама.

Джудит действительно взяла обучение Алекса на себя, потому что сама была прекрасной учительницей. Экиан, конечно, тоже иногда помогал, но таланта передавать собственные знания ребёнку у него было маловато.

— А теперь папа, кажется, начал ревновать даже к этому и позвал нового домашнего учителя. Более того, если он мне не понравится и я захочу по-прежнему заниматься с родными, папа сказал, что будет учить меня сам. А если окажется, что он учит плохо, то попросит этого же учителя обучить его методике преподавания.

Дослушав до этого места, Роуз невольно содрогнулась.

— Э-это серьёзно...

— Правда?

Алекс чуть не заплакал.

— Это, кажется, называется одержимой привязанностью. Я читал в книге. Это чувство, которое можно испытывать к тому, кого очень сильно любишь.

— Матушки...

Роуз сцепила руки и сочувственно цокнула языком.

В этот миг в голове Карла всё побелело.

«Разумеется, когда я женюсь, то буду вести себя точно так же, как брат. Если говорить точнее, это что-то вроде... семейной традиции. Даже если не захочешь, само собой таким станешь.»

А ведь с тех пор, как он сам это сказал, прошло совсем немного времени!

Алекс невинно продолжил разговор с Роуз:

— Поэтому я очень рад, что приехали дядя и Роуз. Если я скажу, что буду играть с вами, папа, наверное, даст мне немного передохнуть, да?

— Ты слишком взрослый, Алекс...

Роуз уже была знакома с Алексом, поэтому забыла о положенной почтительности и искренне восхитилась. Карл ничего не стал ей говорить. Ему просто нравилось, что Роуз спокойно общается с ним и с его семьёй.

— Ты ведь мог бы сказать, что тебе это не нравится, но терпишь из заботы о папе. И стараешься развлечь его как можно веселее.

— Да. Ведь я тоже люблю папу.

Алекс ответил по-взрослому. Глядя на него, тронутая Роуз задумалась. Ей по-своему хотелось предложить решение детской проблемы.

Наконец она, усердно подумав, спросила с блеском в глазах:

— Хм... Тогда как насчёт попросить родителей о младшем брате или сестре?

Это был итог напряжённых размышлений шестнадцатилетней девушки.

— Папе ведь трудно будет так зацикливаться сразу на двух детях, значит, тебе станет немного легче дышать.

Алекс медленно кивнул.

— На самом деле раньше я не хотел, чтобы у меня появился младший брат или сестра. Казалось, новый ребёнок отнимет у меня родителей... Но теперь я правда хочу, чтобы у меня появился кто-то младший.

Мальчик, уставший от внезапной привязанности молодого и полного сил отца, вздохнул.

— Лучше младшая сестра. Если родится младший брат, похожий на папу, и он тоже начнёт ко мне привязываться, будет совсем трудно.

Карл, у которого когда-то уже был опыт такой привязанности к старшему брату, кашлянул.

Ведь когда-то он сам так любил старшего брата Экиана, что, поддавшись уговорам горничной Сары, даже нарочно вызывал у себя рвоту после еды, с которой у него вообще-то не было никаких проблем.

— В любом случае, Алекс.

Карл решил аккуратно сменить тему.

— Не хочешь завтра пойти с нами смотреть окаменелости? Мы с Роуз собираемся на пикник.

Однако тут возникала опасность. Если Алекс прав и Экиан сейчас зациклен на сыне, а вдобавок намеренно создаёт ситуации, чтобы сблизить Роуз и Карла, велика была вероятность, что завтра он Алекса на пикник не отпустит.

— Обязательно пойдём все вместе! Понял? Скажи, что дядя велел непременно идти вместе.

На самом деле сходить вдвоём с Роуз тоже было бы... наверное, неплохо, но всё же Карл очень дорожил своим племянником Алексом.

К тому же, увидев, как свободно Роуз разговаривает с Алексом, он подумал: если они втроём отправятся на пикник, может, им удастся вернуться к прежней непринуждённости.

Разве она уже сейчас не держалась с ним куда свободнее, чем в столице, почти как в старые времена?

— Спасибо, дядя!

Алекс радостно воскликнул, откусил кусок шоколадного торта и счастливо улыбнулся.

Тем временем в комнате Джудит.

— Всё хорошо? Точно хорошо?

Экиан метался в тревоге, даже покрывшись холодным потом. Джудит, которую долго выворачивало, бессильно улыбнулась.

— Да, всё хорошо.

Она погладила свой пока ещё плоский живот и вздохнула.

— Этот малыш не похож на Алекса... Похоже, характер у него уже есть.

Неожиданно у Джудит начался токсикоз.

Когда она была беременна Алексом, токсикоза не было вовсе, но, как и сказала пожилая врач-акушер на покое, «с этим никогда не знаешь»: вторая беременность отличалась от первой.

Особенно плохо Джудит переносила еду. На пустой желудок всё было нормально, но стоило что-нибудь съесть, и вскоре её тошнило. Более-менее хорошо шли только фрукты.

Поскольку приехали гости, она не могла пропустить банкет, а есть хоть что-то всё равно было нужно. Но стоило ей прикоснуться к еде, как реакция тут же дала о себе знать.

Уважая желание Джудит пока никому не рассказывать, Экиан молчал, но сердце у него болело.

— Малыш, ты просто привыкаешь, да? И хочешь дать нам знать, что ты здесь.

Экиан ласково говорил с малышом, поглаживая живот Джудит. Джудит смутилась, но, похоже, разговоры Экиана с малышом ей не были неприятны: она мягко провела рукой по его волосам.

— Но маме тяжело, так что пожалей её немного, хорошо?

На самом деле разговаривать с животом, который никак не отвечал, было очень неловко.

Но Экиан чувствовал вину за то, что с Алексом не смог сделать даже таких мелочей, и теперь не сдерживал себя.

Ему хотелось во много раз возместить те мгновения, когда Джудит чувствовала себя одинокой.

При этом он изо всех сил пытался отвлечь внимание Алекса на себя, чтобы тот не заметил, как тяжело Джудит.

Вдруг Алекс решит: «Мама болеет?» — и начнёт тревожиться.