Онлайн чтение книги Первой любви, с сожалением To my first love, with regret
1 - 110

Бум.

Сильный ветер сотряс окно. Однако сон Ив прогнал не яростно завывающий снаружи ночной ветер.

Что же делать?

Разве можно уснуть, когда в голове без умолку бушует шторм тревоги?

Хотя она и наткнулась на неожиданный риф и слегка замешкалась, корабль Ив плавно шел по намеченному курсу. Но почему-то капитана не покидало зловещее предчувствие, что судно вот-вот столкнется с огромным айсбергом и сядет на мель, поэтому она и сегодня не смыкала глаз всю ночь.

Следующий этап маршрута тоже проходил по расписанию, без отклонений. Шепард передал, что решающие доказательства накапливаются одно за другим, и выразил уверенность, что сможет переломить Этану хребет. Вскоре собранные им доказательства преступлений окажутся в руках Ив.

Тогда она планировала сразу же отправиться с ними в военную полицию. Пока государство будет связывать Этана Фэйрчайлда по рукам и ногам, не давая пошевелиться, Ив исчезнет, как дым, и на этом всё закончится.

Если только удастся раздобыть фальшивый паспорт.

Причина, по которой Ив мучило дурное предчувствие, что ей не удастся избежать надвигающегося на нее гигантского айсберга, была всего одна.

Личность.

Потому что она до сих пор не смогла обрубить этот тяжелый якорь, сковывающий корабль.

Что же делать? Если при попытке подделать личность меня поймают за хвост...

Шторм тревоги сделал круг и уже готов был вернуться к исходной точке. И тут в темной голове, словно молния, сверкнул ясный ответ.

Можно просто не подделывать.

У Ив вырвался смешок. Это был слишком четкий и до смешного простой ответ для такой сложной задачи, над которой она так долго ломала голову.

Как бы то ни было, наглухо закрытый путь оказался открыт. Ив, у которой отлегло от сердца, тихонько сомкнула веки. Рука инстинктивно потянулась к низу живота и нежно обхватила еще не видимую глазу жизнь.

Если всё пойдет так, как я задумала... мы сможем уехать до того, как твое существование станет явным для мира.

Улыбка облегчения вскоре была поглощена горьким вздохом.

Что десять лет назад, что сейчас — мой ребенок всегда должен быть тайной, а не благословением.

И в этот раз ей суждено покинуть дом, словно в бегах, и рожать в незнакомой чужой стране. Жалоба, смешанная с самоиронией, тут же призвала призраков прошлого. Воспоминания о тех временах, когда она ждала рождения Тони, нахлынули вместе с сожалением.

В тот момент, когда она предчувствовала, что и эту ночь ей суждено провести без сна...

Бум.

Звук, от которого, казалось, упало сердце, разнесся по комнате. На этот раз окно сотрясал не ночной ветер.

Ив затаила дыхание и оглянулась на плотно закрытую дверь в другом конце комнаты, откуда донесся звук.

Бум. Еще раз, но теперь раздался звук, будто что-то обессиленно соскользнуло...

— Ив… — послышался голос Этана, зовущий ее. Ив на мгновение усомнилась, не ослышалась ли она. В голосе не чувствовалось ни капли того привычного высокомерия, которое подавляло людей.

Голос был бессильным, как крошащееся железо, проржавевшее в морской воде. Казалось, будто человек, которого душат и который едва дышит, с трудом выталкивает из себя слова.

— Открой... дверь.

Мужчина, который при желании мог бы выбить эту дверь одним ударом, умолял перед закрытой дверью открыть ее.

— Ив, открой, пожалуйста...

Нельзя открывать. Встречаться с этим мужчиной — плохая идея. Я не хочу видеть Этана. Если сделаю это, то совершу поступок, о котором пожалею.

В редком единодушии разум и сердце Ив отговаривали ее.

Бум.

— Ив, прошу...

Бум. Бум.

Пока Ив колебалась, стук Этана настойчиво продолжался. Появилась отговорка, что так может проснуться Тони, и только тогда Ив, притворившись, что делает это неохотно, поднялась и взялась за дверную ручку.

Как только она открыла дверь, внутрь ворвался не только густой запах алкоголя. Тело потерявшего равновесие мужчины рухнуло на Ив.

А она-то гадала, зачем он пришел к ней такой глубокой ночью.

Ив изо всех сил оттолкнула тяжелую грудь, пытавшуюся ее обнять, но гигант даже не шелохнулся.

— Если ты пришел переспать, уходи. Ты даже свое тело удержать не можешь.

«Посмотрим, кто кого. Буду трахать тебя, пока не забеременеешь». Она предположила, что этот вульгарный мужчина пришел среди ночи, опьяненный именно таким грязным упрямством. Однако Этан лишь бессильно покачал головой.

— Я не хочу спать…

Ослышалась ли она?

Пока Ив стояла в оцепенении, голова Этана со стуком упала ей на плечо. Дыхание, рассыпавшееся по ее шее, было влажным. Грудь, прижавшаяся к Ив, внезапно сильно вздыбилась, а затем глубоко опала. Лишь сделав глубокий вдох, он поднял голову и продолжил, словно выплевывая слова сквозь зубы:

— Пусть я безродный ублюдок-бандит... но я не конченый подонок, который будет совать член туда, откуда вышел мертвым мой ребенок [1].

[1] Грубая идиома: Этан использует крайне вульгарное выражение «좆질» (грубо: работа членом/ебля), подчеркивая свое отвращение к самому себе.

Слова, сказанные с уверенностью, порезали его самого. С лица мужчины, которого кромсали на куски последние бесчисленные ночи, мгновенно схлынула кровь.

— Проклятье...

Ведь Этан Фэйрчайлд уже оказался тем самым конченым подонком, устроившим праздник на могиле собственного ребенка.

От этого ужасного осознания Этан, словно зверь, брошенный в огонь, забился в муках.

Он оттолкнул Ив, словно даже прикосновение было омерзительным, но, потеряв равновесие, сам пошатнулся и отступил назад. А затем, словно наказывая себя, вцепился обеими руками в свои волосы. Если он не мог простить самого себя, то, естественно, не мог простить и другую соучастницу преступления.

— Какого черта ты вообще!..

Мужчина, сделав шаг вперед, так сильно сжал плечи Ив, словно собирался их раздробить, и осыпал ее упреками.

— Почему ты такая жестокая! Как тебе пришла в голову мысль принять мужчину тем же путем, которым ты проводила ребенка? Как ты после этого можешь называть себя чело...

Поток обвинений оборвался, словно его отрезали ножом. Искаженное, как у злого духа, лицо мужчины мгновенно разрушилось, обнажая стыд. Словно дьявол, который только что управлял им и нападал на Ив, исчез, Этан поспешно отпустил ее плечи и извинился.

— Прости. Мои слова... прошу, забудь их.

Он явно вспомнил признание Ив о том, что она переспала с ним, потому что хотела вернуть умершего ребенка.

Даже сильное опьянение не могло скрыть боль на исказившемся лице Этана. Алкоголь, на который он полагался, чтобы забыться, лишь разъел его рассудок, сделав его еще более слабым. Настолько, что он сам не мог вынести то тяжкое чувство вины, что давило ему на горло.

Чтобы хоть немного облегчить эту вину и вздохнуть, он посмел попытаться переложить груз на жертву своего греха. Хватило ли ему ума и совести понять, что это лишь увеличит тяжесть его греха — греха человека, бросившего возлюбленную и убившего ребенка?

Этан, словно зверь, попавший в собственный капкан, отступил назад, скуля от боли. В просвет, который он освободил, было видно, что дверь напротив приоткрыта на фалангу пальца. Еще недавно эта дверь была плотно закрыта.

Ив покачала головой, посылая сигнал телохранителю, который, затаив дыхание, наблюдал за ситуацией через щель.

Не вмешивайся. Нет нужды его скручивать.

Потому что мужчина, который сейчас низко опустил голову и закрыл лицо одной рукой, несмотря на свое угрожающее телосложение, выглядел бесконечно слабым.

И хорошо. Скованный чувством вины, он теперь не посмеет тронуть Ив. И больше не будет липнуть, как пес в течке.

На душе даже стало легче. Казалось, он наконец-то расплачивается за то, что безжалостно бросил ее и уехал в тот день. Тот выбор, который разрушил Ив, в конечном итоге вернулся бумерангом и разрушил самого Этана.

Говорят, для мести никогда не поздно, и это действительно так.

Так что это была во всех отношениях идеальная ложь.

Но почему же у меня на душе так паршиво?

Может быть, потому что она поняла, что ошиблась?

Сегодня днем, когда он впал в отчаяние от приговора, что Ив больше не может иметь детей, она истолковала это лишь как крушение его десятилетних амбиций.

Этана Фэйрчайлда, который скорбел бы исключительно из-за потери ребенка, в расчетах Ив не было.

Нынешний Этан хоть и закрывал лицо рукой, не мог скрыть того, что происходило за ней. Его широкие плечи неровно вздрагивали.

Неужели он хотел ребенка настолько сильно, чтобы так горько плакать?

Так и было. Десять лет назад — несомненно. Было время, когда и он вместе с Ив мечтал о ребенке и рисовал будущее, где они станут родителями.

Но нынешний Этан Фэйрчайлд должен был быть другим. Ведь он изменился. Из отца, обещавшего защищать ребенка, в дьявола, пытающегося использовать его.

Так она ошибочно полагала.

Возникло ощущение, будто она сама попала в вырытую ею же яму. Не зная, как лучше выбраться, Ив осторожно протянула руку к плачущему мужчине.

— Этан...

В тот миг, когда дрожащие кончики пальцев опустились на вздрагивающее плечо, он рухнул, не выдержав даже незначительного веса руки Ив.

Стоящий на коленях мужчина уткнулся лицом в живот, где рос его ребенок, и зарыдал. Веря, что ребенок мертв.

Крик отчаяния, похожий на предсмертный хрип, эхом пронесся по длинному коридору. Застывший взгляд Ив поспешно устремился в ту сторону коридора. На краю густой тьмы смутно виднелась маленькая фигура.

Это был Тони.