Онлайн чтение книги Первой любви, с сожалением To my first love, with regret
1 - 150

На другом конце провода Ив перестала сыпать проклятиями и снова начала умолять, но Этан уже не слушал. Он уже бросил трубку и выбежал из оперативного штаба.

Как только он распахнул дверь, ведущую на летное поле, ему на глаза попался огромный транспортный самолет на стоянке. Однако Этан даже не взглянул на машину, которой должен был управлять, и пробежал мимо, изо всех сил.

Его целью была эскадрилья сопровождения, которая, ожидая его, стояла на взлетной полосе, готовая к взлету. Этан одним махом запрыгнул на крыло головного истребителя.

— Капитан, что вы…

— А ну вылезай!

Как только командир эскадрильи сопровождения, удивленный внезапным появлением Этана, открыл фонарь кабины, Этан схватил его за воротник и безжалостно вышвырнул из кабины.

— Агх!

К тому времени, как пилот, которого выволокли и швырнули на землю, с трудом устоял на ногах на полосе, Этан уже забрался в кабину и закрыл фонарь.

Его глаза метали искры, когда он пробегал взглядом по приборной панели, словно этот истребитель принадлежал ему. Все было в норме. Взлетно-посадочная полоса впереди свободна от каких-либо препятствий.

Как только он убедился, что готов к взлету, Этан натянул гарнитуру и в одностороннем порядке уведомил диспетчерскую вышку:

— Вышка, это Бейкер-один. Взлетаю. Скажите всем ублюдкам, которые встанут у меня на пути, проваливать к черту!

Этан, не дожидаясь ответа диспетчера, оборвал связь и вдавил рычаг газа до предела.

Вр-р-рум!

Двигатель взревел, и самолет рванулся вперед, как сорвавшийся с цепи свирепый пес. Тяжелое давление, от которого голова запрокидывалась назад, вдавило все тело в кресло.

Этан с готовностью принял это убийственное ускорение всем телом и потянул ручку управления на себя. Вскоре, с ощущением отрыва колес от земли, истребитель яростно вонзился в серое небо.

Едва взлетев, Этан без промедления развернул нос самолета на юг. Каждая секунда была на счету. Разумеется, он вывел мощность двигателя на максимум.

Этот момент, когда визг двигателя, казалось, вот-вот разорвется и пробьет барабанные перепонки сквозь гарнитуру, парадоксальным образом стал временем, когда мир вокруг него был самым тихим. В эту тишину ворвался шок, который он откладывал.

Тони действительно мой сын…

Ив говорила правду, даже когда лгала. Той ночью, когда она пришла за ним, в ее утробе действительно был его ребенок. Ложью было лишь то, что ребенок умер. Он был жив под именем Энтони Шервуд.

«Папа».

Ребенок даже знал это. Только он сам, как идиот, не узнал собственного сына.

«С чего бы я твой папа? Кто ты вообще такой?»

Гнев на самого себя, принявшего сына за отродье врага и наговорившего таких жестоких слов, вспыхнул с новой силой.

— Проклятье!

Не в силах сдержать ярость, Этан с силой ударил кулаком по бедру. Но сколько бы он себя ни наказывал, упущенный шанс не вернется.

«Тони — твой сын».

Даже предчувствуя, что это может быть правдой, он отрицал это, как трус, боящийся лишь ранить свое сердце.

А ведь мой ребенок действительно истекал кровью.

Он не знал, как и от чьей руки Тони оказался в таком состоянии. Но он был уверен, что если бы не отвернулся от ребенка, до этого бы не дошло.

Сожаление застилало глаза. В тот момент, когда он грубо смахнул пелену с глаз и свирепо посмотрел вперед…

Справа от фонаря, над крылом, промелькнула серебристая точка, сверкнувшая на солнце. За ней последовал жуткий треск разрываемого воздуха.

Пулеметная очередь.

Вражеские самолеты почуяли добычу и слетелись. Этан резко дернул ручку управления, рыча:

— Проваливайте, идиоты! Я лечу на юг. Я не вторгаюсь на вашу землю.

Кричать в пустоту было бесполезно. Для врагов на хаотичной линии фронта, где смешались их и наши земли, он был всего лишь истребителем Мерсии, который нужно сбить.

Бах!

Сзади раздался звук удара, словно молотком. Хвост, должно быть, превращался в лохмотья.

Совершая фигуры высшего пилотажа, он насчитал три вражеских самолета. Боеприпасов было с избытком. Если он развернется и атакует их с хвоста, то с легкостью собьет всех.

Но проблемой было время. За те несколько минут, что он будет возиться с ними, сердце Тони может остановиться навсегда.

— Черт возьми…

Этан стиснул зубы и вцепился в ручку управления. Отказавшись от перехвата, он бешено крутил машину, уклоняясь, но упрямо держал курс на юго-восток.

Они преследовали его с упорством. Если так пойдет и дальше, он превратится в решето, и это лишь вопрос времени, когда кровь, предназначенная для Тони, будет пролита впустую. Загнанный в угол Этан решился на авантюру. В тот момент, когда он потянул ручку управления до упора на себя, резко взмывая вертикально вверх…

Ба-бах!

Под ногами раздался грохот. Этан наклонил самолет и посмотрел вниз. Уголки его губ скривились в усмешке. Вражеский самолет, не успевший сбросить скорость, врезался прямо в истребитель своего товарища, который поливал огнем Этана.

Машина, принявшая на себя град пулеметных очередей вместо Этана, штопором полетела в далекое озеро внизу.

— Тупой ублюдок.

Однако его насмешка быстро оборвалась.

Бах! Тр-р-реск.

Снова прилипший враг ударил по ушам очередью. Пули ударили по фонарю и срикошетили, но по толстому пуленепробиваемому стеклу паутиной поползли трещины.

Если бы прицел сместился хоть немного, голову Этана разнесло бы вдребезги. И тогда Тони не избежал бы смерти.

— Да отвалите же вы, ублюдки!

Налитые кровью глаза Этана увидели внизу суровые горы. Горная местность на севере Мерсии. Географию этих мест он знал настолько хорошо, что мог ориентироваться даже в темноте.

— Попробуйте последовать за мной в свою могилу.

Усмешка исказила лицо Этана, и одновременно нос самолета резко клюнул вниз. Даже в этом пикировании, грозившем воткнуться в землю, они упорно преследовали его. Этого он и ждал.

Три истребителя неслись в бреющем полете, едва не задевая верхушки высоких деревьев и скалы, петляя между ущельями, как змеи. И когда наконец перед глазами возник утес, на который рассчитывал Этан, он изо всех сил потянул ручку управления на себя и взмыл вертикально вверх.

Ба-бах! Ба-а-ах!

Теперь его преследовал лишь грохот вражеских самолетов, которые слишком поздно заметили скалу и разлетелись вдребезги.

Этан, уже перемахнувший через вершину и спокойно набиравший высоту, присвистнул. Но похоронный марш, провожающий врагов в ад, оборвался после нескольких нот.

Проклятье. Мой ребенок на грани смерти, а я насвистываю похоронный марш, псих ненормальный.

Теперь никто не хватал его за лодыжки на пути к Тони, но расслабляться было рано. Этан снова и снова косился на запад. Безжалостное солнце, словно соревнуясь с ним, склонялось все быстрее.

— Черт побери… Что с ним?

Вскоре момент, когда нужно было бороться только с заходящим солнцем, показался роскошью. Звук двигателя стал грубым, а мощность начала колебаться. Очевидно, недавно был задет жизненно важный узел.

— Пожалуйста, еще немного, продержись еще немного.

Отчаянные мольбы Этана были бесполезны. Когда он пролетал над Сэндфордом, скорость и высота начали медленно падать, что бы он ни делал.

После ожесточенной борьбы он едва добрался до Литл-Уика, не разбившись. Но Этан отказался от последнего шанса на безопасную посадку. Если он сядет там, то опоздает. Пока он доедет на машине до единственной крупной больницы в Клиффхэйвене, солнце уже давно сядет.

Зная, что идет на смертельный риск, Этан упрямо сжимал ручку управления и пролетел мимо последней взлетно-посадочной полосы.

Вскоре в поле зрения появилось море перед Клиффхэйвеном, окрашивающееся в золото заката. Он уже собирался вздохнуть с облегчением от того, что успел вовремя.

Ки-и-ик.

Самолет издал визг, словно испуская последний вздох, и пропеллер резко остановился. Двигатель умер первым.

Когда рев двигателя исчез, мир Этана погрузился в мертвую тишину. Теперь оставалось только падение. В момент отчаяния знакомый звук коснулся его ушей.

Звук крыльев, рассекающих ветер.

Спокойный, он пробудил воспоминание, ценность которого он тогда не осознавал.

Самолетик с резиномотором взлетает с маленькой руки ребенка. «Сильверболт» Тони никогда не падал, даже когда резинка полностью раскручивалась и пропеллер останавливался. В моменты, когда он, оседлав ветер, изящно рассекал небо над морем и мягко опускался на утес, в ушах звенел чистый восторг ребенка.

Он хотел показать сыну, что папа тоже так может. И снова услышать этот восторженный крик. Этан снова сверкнул глазами и крепко сжал ручку управления.

«Сильверболт» Этана с остановившимся пропеллером, поймав крыльями свет заката, заскользил по небу, оседлав ветер. Конец дуги, которую он чертил, указывал на Эдем, который Этан должен был вернуть, даже рискуя жизнью.

Привет!

Здесь новые главы выходят раз в две недели, а в приложении — раньше и чаще:

t.me/tenebrisverbot