Онлайн чтение книги Первой любви, с сожалением To my first love, with regret
1 - 149

Не в силах признать это, Ив перевела тему.

— Нет. Тони, ты жив.

— Но я… в этот раз ведь умру?

Это совершенно неприемлемо. Ребенок, которому предстоит прожить больше, чем он уже прожил, не должен инстинктивно предчувствовать свою смерть.

Тони, ты прожил всего девять лет с момента рождения. Пожалуйста, не принимай смерть так рано.

Ив мысленно закричала и крепко сжала руку Тони. Казалось, если сделать так, то смерть не сможет забрать этого ребенка.

— Я же говорю, нет. Кто тебе такое сказал? Ты не умрешь.

— Кха…

Словно насмехаясь над обещанием Ив, изо рта ребенка вместе с кашлем вырвалась кровь. Увидев алую кровь, разбрызганную на ладони Ив, Тони смертельно побледнел от ужаса.

— Хнык… Мама, я не хочу умирать.

В этот момент в мире Ив все потеряло смысл, осталась лишь одна слепая решимость.

Ты не умрешь. Ни за что. Я не дам тебе умереть.

Самой шокирующей и страшной болью, которую она испытала в жизни, были родовые схватки. Жизнь начинается только после мучительной боли, когда рвется плоть и расходятся кости; боли, подобной смерти.

Я готова пережить эту смерть сколько угодно раз, лишь бы снова носить тебя в утробе… На этот раз я проживу эти десять месяцев только ради тебя, а не ради своих сожалений. Позволь мне снова создать тебя здоровым и выпустить в мир, пожалуйста.

Но это было чудо, которое не под силу даже Богу.

Она не хотела покидать Тони, но так его не спасти. Ив оставила ребенка на попечение медсестер и горничных и выбежала из больницы. Место, куда она примчалась со всех ног, была авиабаза Литл-Уик.

— Где сейчас Этан Фэйрчайлд?

Как и ожидалось, его отправили на передовую, и здесь его не было. Ив не сдалась и без колебаний ворвалась в кабинет командующего.

— Немедленно вызовите мне Этана Фэйрчайлда.

Это была жизнь, ради которой она охотно терпела родовые муки, когда ломались кости и плоть. Так что сломить гордость и умолять врага было сущим пустяком, даже не стоящим упоминания в ряду страданий.

* * *

Ба-бах!

Свирепый грохот разорвал замерзший воздух. Этан, для которого звуки смерти уже стали привычным шумом, даже не оглянулся и поднялся в кабину транспортного самолета.

— Левый двигатель, к запуску готов.

Когда он отдал короткий приказ, надевая гарнитуру, второй пилот, сидевший рядом, немедленно повторил его и щелкнул переключателем.

— Левый двигатель, пуск!

Послышался натужный металлический скрежет, а затем с низким хлопком «пух!» огромный пропеллер начал вращаться. Этан сухо зачитал показания приборов.

— Гидравлика в норме. Давление масла растет. Правый двигатель, пуск.

— Правый двигатель, пуск!

Проходя по контрольному списку перед взлетом, как обычно, Этан вдруг поднял взгляд и посмотрел в окно. Невооруженным глазом был отчетливо виден черный дым, поднимающийся из далекого леса к северу от взлетно-посадочной полосы.

Поле боя совсем рядом. Это означало, что, как только они взлетят, вражеские самолеты налетят, как рой пчел.

Под серым небом эскадрилья истребителей с хищными силуэтами первой выдвигалась на взлетную полосу. Истребители сопровождения прикрывали их не только из-за опасности сразу после взлета. Эта миссия по снабжению заключалась в том, чтобы пересечь мертвую зону под градом вражеского зенитного огня и сбросить груз.

На самом деле, теперь все операции были такими, поэтому Этан никогда не нервничал.

Когда все двигатели завелись, весь фюзеляж задрожал, как зверь, жаждущий растерзать врага. Подготовка к взлету была завершена. Этан, легко сжимая рычаг газа, вызвал диспетчерскую вышку.

— Вышка, это Эйбл-один. К взлету готов. Запрашиваю выход на полосу.

Сквозь треск помех донесся торопливый голос диспетчера.

— Эйбл-один, взлет временно откладывается!

Приказ ждать, когда осталось только получить разрешение на вылет.

— Причина.

— Капитан Фэйрчайлд! Поступило срочное сообщение с базы Литл-Уик. Вам приказано немедленно явиться в оперативный штаб.

— Какой, к черту, телефон во время операции.

Вытаскивать пилота с передовой из кабины по звонку с тыловой базы — случай беспрецедентный. Но раз ситуация чрезвычайная и он должен ответить лично, игнорировать это было нельзя.

Черт возьми, что там такого важного.

— Ждите здесь.

Этан отдал приказ подчиненным и грубо сбросил гарнитуру. Выскочив из кабины и широкими шагами войдя в оперативный штаб, он схватил трубку и прижал к уху.

— В чем дело.

— Этан!

В тот момент, когда голос, зовущий его, донесся из трубки, его нахмуренные глаза широко распахнулись. Почему голос Ив звучит по прямой линии оперативного штаба, да еще и по той, где проходят только самые срочные приказы? И что это за радостные нотки в голосе? Ничего не сходилось.

— Неужели ты уже соскучилась по новому мужу? Женщина, которая должна смирно сидеть дома, какую уловку ты использовала, чтобы выбраться?

Что делали Бекки и подчиненные, приставленные для слежки? При мысли о том, что, возможно, придется снова ловить ее, он чувствовал, что сходит с ума.

Но Ив, очевидно, сошла с ума раньше Этана.

— Прости. Я была во всем виновата.

Леди Эвелин, которая не умела склонять голову, извиняется передо мной? Психическое состояние Ив явно было нестабильным, и у Этана похолодело внутри, но тут последовали еще более безумные слова.

— Я умру вместо него, только, пожалуйста, спаси Тони.

— Что за чушь ты несешь?.. Кто собирается убивать этого парня?

Правда, что он не сдержал вспыльчивый нрав и направил на ребенка пистолет, но он даже не снял его с предохранителя. Это было лишь средством давления на эту женщину. Честно говоря, убивать он не собирался.

— Ты пытался убить! Ты приказал своим людям убить его!

— Когда это я? Я никогда не отдавал таких приказов!

Ему до чертиков надоело, что его обвиняют в убийстве человека, которого он не убивал, даже одного раза было достаточно. Гнев от несправедливости подступил к горлу, но, к его собственному удивлению, он подумал, что сейчас есть вещи поважнее его невиновности.

— А Тони в порядке?

— Думаешь, он в порядке, когда у него разорвалось сердце, пока он боролся за жизнь?

Лицо ребенка, который хватался за грудь, стоило ему немного перенапрячься, внезапно всплыло в памяти, и сердце Этана ухнуло вниз.

— Если это не твой приказ, приезжай немедленно и спаси его!

Значит, он еще жив. Но это также было приговором, что скоро он перестанет дышать.

Но даже если он приедет, как он его спасет? Он не врач, спасающий жизни, как тот ублюдок Оуэн Каллас, а всего лишь бандит, умеющий убивать.

Все, что мог сделать Этан, — это приставить пистолет к голове врача или сунуть пачку денег в карман, заталкивая в операционную. Когда мысль дошла до этого, он сделал к выводу, что Ив умоляет его и даже извиняется, потому что не может оплатить операцию.

— Слушай внимательно. Назови мое имя врачу или передай через моего подчиненного, который там есть. Я дам сколько угодно денег, так что пусть спасают его любыми способами.

— Думаешь, врач не спасает его, потому что не хочет?

Голос Ив резко сорвался, огрызаясь на Этана. Причина, по которой она примчалась на военную базу и умоляла Этана, когда жизнь ребенка висела на волоске, заключалась не просто в нужде в деньгах.

— Он потерял слишком много крови, нужно переливание для операции, но мы не можем этого сделать!

— Почему?

— Из-за твоей проклятой крови!

Моей крови?..

— Мой ребенок умирает из-за крови, которую ты ему передал! Почему из множества мужчин я встретила именно тебя, с твоей редкой кровью…

Упрек Ив, словно крюком, вытащил из глубин памяти давно забытое воспоминание.

«Моя кровь — самая драгоценная в мире».

Когда-то Тони хвастался этим, словно медалью.

«Потому что у меня редкая группа крови».

Совсем как у Этана.

— Ты все еще думаешь, что он не твой сын?

— Проклятье…

Почему он тогда не понял?

— Если все еще сомневаешься, приезжай немедленно, дай свою кровь и проверь, подходит или нет. Ты передал ему это дерьмо и довел до смерти, и что? Он не может быть твоим сыном, потому что слаб? Тони болен, потому что его отец — такой никчемный ты!

Пока рука Этана, сжимающая трубку, начинала дрожать, Ив, изливавшая свой гнев, вынесла холодный ультиматум.

— У тебя время до захода солнца. Если опоздаешь, Тони больше не будет в этом мире.

До захода солнца?.. Этан, застывший, словно получив удар по голове, поспешно посмотрел на наручные часы.

До заката четыре часа.

Жизни Тони оставалось всего четыре часа.