Онлайн чтение книги Первой любви, с сожалением To my first love, with regret
1 - 99

— Боже мой, почему вас тошнит?

Это было непохоже на вопрос человека, беспокоящегося о здоровье Ив. От тона, которым он осторожно прощупывал почву, до взгляда, словно загоняющего добычу в угол, — во всем чувствовался странный восторг.

Разве не он ждал момента, чтобы связать любые изменения в Ив с признаками беременности? Нельзя позволить ему убедиться, что это токсикоз. Ив, как обычно, свысока посмотрела на него и резко ответила:

— Я много пила в последнее время.

Конечно, Этан, похоже, не поверил ей так легко. Пока все брались за приборы, он один, замерев с пустыми руками, наблюдал за Ив.

— Напилась до такого состояния, что не понимаешь, почему болит желудок, и пошла к врачу? Это так же абсурдно, как женщина с животом размером с арбуз, которая идет к врачу, не зная, что беременна.

Почему он выбрал именно такое сравнение?.. Ив, пытаясь скрыть волнение, рассмеялась, словно услышала невероятно смешную шутку.

— Кстати, много пила… Из-за каких же проблем Дева с ледяным сердцем ударилась в пьянство?..

— Может, хотя бы за едой позволишь забыть о проблемах с деньгами?

Сработало ли оправдание финансовыми трудностями Кентреллов? Этан перестал подозревать и взялся за приборы.

После этого Ив тоже невозмутимо принялась за еду, но желудок, как лодка в шторм, не переставал бунтовать ни на секунду. Если ее снова вырвет или она сбежит отсюда, это будет равносильно признанию в беременности перед этим проницательным следователем.

Ив с трудом опустошала тарелку, время от времени делая глотки сока, кислого до такой степени, что сводило язык, чтобы смыть подступающую тошноту. Это было больше похоже на битву, чем на трапезу.

Она надеялась, что, когда это мучительное время закончится, она сможет избавиться от его изучающего взгляда.

Она ошиблась. Вскоре после того, как она рухнула в постель и заснула, она проснулась от грубого прикосновения, сжимающего ее грудь. Открыв глаза, она, как и ожидала, увидела настойчивые серо-голубые глаза. Этан, насмехаясь над запертой дверью спальни, вломился к ней и оседлал ее, словно она принадлежала ему.

— Грудь стала больше. Удивительно, что женщина, которая плохо ест и худеет, полнеет только в этом месте. Не так ли?

В прикосновениях мужчины, который мял ее налившуюся грудь, словно оценивая ее готовность к кормлению, сквозило возбуждение. Это было больше похоже на восторг волка, пришедшего сожрать овцу, чем на похоть самца, желающего самку.

— Может, сегодня ночью тоже усыпим твоего мужа и потрахаемся у него под боком?

Так что эта откровенная похоть — всего лишь приманка. Под ней разинула пасть хитрая ловушка, ожидающая, когда Ив сама в нее попадется.

Если она откажется от близости, на которую соглашалась каждый раз, Этан наверняка примет это за подтверждение беременности. Ив, притворившись, что еще не проснулась и соображает туго, тянула время, размышляя, а затем снова закрыла глаза и огрызнулась:

— Если тебе так приспичило, что ты готов будить спящего человека, иди в бордель.

Нет ничего глупее, чем принять зверя, чтобы скрыть беременность, и поставить под угрозу жизнь ребенка, который только начал формироваться. Ив предпочла вызвать подозрения.

— Ну что ж, ладно. Отдыхай.

Этан не стал настаивать и легко отступил. Словно только и ждал отказа.

Это не было чрезмерной мнительностью. Рука, сжимавшая грудь, отпустила ее и медленно погладила низ живота Ив. Прикосновение было настолько нежным, что по всему телу пробежали мурашки.

Теперь, как бы Ив ни пыталась истолковать ситуацию в свою пользу, она не могла отрицать одного.

Этан догадался, что Ив беременна.

От тепла биологического отца, липко приставшего к месту, где был ребенок, ее пробрал холод.

Времени нет.

Как только он покинул спальню, Ив взяла трубку. Вскоре Оуэн пришел к ней в кабинет, куда она тайком перебралась. С раскрасневшимся лицом, словно он только и ждал, когда его позовут.

— Моя Королева… вы хотели мне что-то сказать?

Он стоял на коленях перед Ив и смотрел на нее снизу вверх, как фанатик, ожидающий откровения. Надежда, блестевшая в его глазах, вызывала отвращение, и к горлу снова подступила желчь. Ив, подавив тошноту, бросила слова спасения, которых он ждал, как милостыню.

— Я беременна.

В этот момент Оуэн застыл, как гипсовая статуя. Его широко раскрытые глаза задрожали, не веря услышанному, и вдруг хлынули слезы. Он испугался, что выглядит недостойно мужчины, и поспешно снял очки, вытирая глаза и оправдываясь:

— Королева даровала этому ничтожному слуге чудо, я так тронут, что не сдержался… Спасибо, Леди. Я стану прекрасным мужем и отцом, даже если придется отдать жизнь.

Ив бесстрастным взглядом смотрела сверху вниз на мужчину, который, распластавшись у ее ног, изливал клятвы, и задала холодный вопрос:

— Ты хочешь быть отцом?

Мужчина, дрожавший от восторга, что станет отцом, внезапно замер и медленно поднял голову, встретившись взглядом с Ив. Его зрачки в панике метались.

С того момента, как Ив забеременела, он уже стал отцом, так к чему вопрос: «Хочешь ли ты быть отцом?».

Он смутно уловил смысл, скрытый в этом странном вопросе. Оуэн Каллас был плох во многом, но как пес он понимал слова довольно хорошо.

— Оуэн, сможешь ли ты стать отцом?

— Конечно…

— Шанталь не позволит тебе этого?

Лицо Оуэна побелело. Должно быть, он лучше кого-либо знал, на что способна Шанталь, ослепленная ревностью.

Но вскоре он, как истинный паразит, привыкший жить за счет сильного, переложил ответственность на Ив.

— Насчет Шанталь можно не беспокоиться. Разве Королева уже не держит этого жалкого шута в своих руках?

— Вместо того чтобы защищать меня, ты собираешься прятаться за моей юбкой? Ты уже провалился как отец.

— Н-нет. Я, я ошибся. Я буду защищать вас и ребенка, даже если придется рисковать жизнью.

Оуэн побледнел и отчаянно взмолился. Трусливая натура паразита отступает, когда есть риск быть отвергнутым хозяином. Это было удачно. Он сам обнажил слабое место, куда Ив могла ударить.

— Я не хочу снова растить ребенка в утробе, прячась как преступница.

Ив положила обе руки на низ живота, словно защищая ребенка.

— Если и этот ребенок родится больным из-за моих душевных терзаний, это будет твоя вина, что ты не смог нас защитить.

— Э-этого ни за что не случится. Я сделаю все…

— Все что угодно?

— Да, конечно.

Словно только и ждавшая этих слов, Ив сверкнула глазами, в которых вспыхнул золотой огонь, вырвавшийся из темно-синего дула, и бросила приказ:

— Убей Шанталь.

В этот момент, возможно, умер сам Оуэн Каллас. Его мгновенно побледневшая кожа и застывшее тело ничем не отличались от трупа.

— Что?.. Э-это…

Он издавал звуки, но это было лишь бессмысленное повторение слогов. Пока Оуэн, не в силах ни отказаться, ни подчиниться приказу, метался в нерешительности, Королева равнодушно нажала кнопку таймера бомбы замедленного действия.

— Срок — до твоего возвращения на север.

Оставалось всего три дня.

— Если Шанталь не умрет за это время, умрет твой ребенок.

Едва прозвучал приговор об аборте, как Оуэн задрожал всем телом, как осиновый лист, и начал задыхаться. Его лицо жутко исказилось, словно он видел галлюцинацию, как его ребенка разрывают на части прямо перед ним.

Невероятно, что этот слабый мужчина может делать такое страшное лицо.

Как и ожидалось, аборт, который сделала Шанталь, стал клином, разрушившим их отношения.

Жалеет ли он теперь, что доверился Ив и раскрыл секрет? Ведь он сам обнажил свою смертельную слабость.

Ах, это чувство… Я очень хорошо его знаю. Я тоже через это прошла.

Десять лет назад, когда Этан бросил ее и мир погрузился во тьму, Оуэн и Шанталь приблизились к ней, притворяясь спасителями. Они воспользовались секретом, который она доверила им, и вонзили гвозди в ее конечности. Так что это справедливое возмездие.

— Трус, который дрожит от страха и не может стряхнуть с себя одного паразита, не достоин быть отцом моего ребенка.

Ребенок, которого он так хотел, или женщина, к которой чувства давно остыли. Выбор, не стоящий раздумий. Для Оуэна бросить Шанталь было уже решенным делом.

Но проблема, видимо, в способе.

— О-обязательно убивать? Разве не безопаснее и проще запереть ее в психушке на всю жизнь?

Он упорно сопротивлялся, пытаясь избежать убийства любой ценой. Не потому, что хотел сохранить жизнь Шанталь, а потому, что боялся убивать человека.

Тогда я заставлю тебя забыть этот страх. С помощью еще более ужасного страха.

Ив безжалостно вонзила отравленный нож в самое уязвимое место Оуэна Калласа.

— Лучше уж я рожу ребенка от Этана Фэйрчайлда еще раз.

— Э-это нельзя. Королева, умоляю, только не это…

— Этан совершал даже убийства по моему приказу.

Ив хитро исказила правду прошлого. Словно убийство Гарри Этаном было не случайным преступлением, а лишь слепым подчинением ей.

Этан Фэйрчайлд был идеальным рабом, который не побоялся стать убийцей по моему приказу. В отличие от тебя.

Эта наглая ложь была заклинанием, превращающим мужчину, обезумевшего от комплекса неполноценности, в маньяка-убийцу.