Контент удален!

— Что?

— Это ты убил моего отца, Чан Мён Хвана?

Со Ын Сон в недоумении посмотрел на Си Ын сверху вниз, затем часто заморгал, словно продираясь сквозь густой туман. Он открыл рот, собираясь сказать «нет», но тут же сомкнул губы.

— В день преступления тебя видели выходящим из того дома.

Сердце Си Ын тяжело ухнуло вниз. Ей хотелось верить, что Но Джи Вон ошибся. Это ведь всего лишь кроки, даже не фотография.

Она продолжала говорить, надеясь, что произошло недоразумение, или что Но Джи Вон действительно видел Со Ын Сона, но у того просто было там какое-то другое дело, — однако Ын Сон лишь растерянно оглядывался назад.

— Ын Сон-оппа.

Стоило Си Ын позвать его, как Чо Хён Джу попыталась шагнуть вперёд, но другой полицейский преградил ей путь.

— Я… я не знаю…

Губы и щёки Со Ын Сона побелели и мелко подрагивали.

Дело не в том, что он не знает.

Он знает. Прекрасно знает, что натворил…

По телу Си Ын пробежал озноб, и она отступила на полшага назад. Со Ын Сон протянул руку, пытаясь ухватиться за неё, но полицейские перехватили его.

— Почему?

Дрожащей рукой Си Ын коснулась лба. На ладони выступил холодный пот.

— Зачем?

Это совершенно не укладывалось в голове.

— У тебя ведь нет для этого причин.

В их последнюю встречу Со Ын Сон, глядя на её разбитую Чан Мён Хваном щёку, усмехнулся: «Я же говорил — выходи за меня».

Ему, пытавшемуся запрыгнуть в давно ушедший поезд, Си Ын ответила, что любит Ке Му Гёля.

— Я делал всё, что ты хотела. Всегда… Ты была мне так дорога, я так старался стать тем, кто тебе подходит, я постоянно, постоянно старался…

Она также говорила ему не пытаться спасать Чан Мён Хвана. Сказала, что желает его падения.

Неужели теперь он решил отомстить за меня?

Быть того не может.

Если бы это было так, Со Ын Сон держался бы куда увереннее. Вместо того чтобы не сметь поднять взгляд, тупо пялиться в пол и мучительно вспоминать собственные действия, он бы связно всё объяснил на трезвую голову.

Казалось, от былых чувств не осталось и следа, — неужели что-то ещё теплилось?

В горле застряло то ли подобие сухого смешка, то ли подступившие слёзы.

— Я же спрашиваю: зачем ты это сделал? Вы с отцом сговорились о чём-то, а потом разругались?

Впервые в жизни сорвавшись на крик в его присутствии, Си Ын заставила Со Ын Сона смертельно побледнеть и вжаться в державших его полицейских.

— Зачем ты пошёл туда той ночью? Не собирался ли ты вместо отца причинить вред мне или Му Гёлю?

— Н-нет, Си Ын, всё не так… 

— Си Ын, Си Ын. Поговори со мной. Ын Сон сейчас сам не понимает, что несёт.

Чо Хён Джу протиснулась вперёд, встав между ними.

— Что вы встали, заладили про своё задержание — уводите его скорее! Пока не приедет адвокат, он ни слова не скажет. Он ещё не отошёл от дури… словом, не в себе он!

Сон Ми Ён взяла Си Ын за руку и повела к выходу из участка.

— Вам незачем с ней разговаривать. Мать бывшего жениха — собеседник не из приятных, а уж мать подозреваемого — тем более.

— Хотя вряд ли она принесёт хоть какую-то пользу подозреваемому. — Указав взглядом на репортёров, начавших с любопытством собираться на крики Чо Хён Джу, Сон Ми Ён повернулась к дрожащей от потрясения Си Ын.

Она взяла Си Ын за плечи и заставила замереть.

— Госпожа, вам нужно взять себя в руки.

— Что? Ах…

— От ваших переживаний мёртвый отец не воскреснет.

О таком я даже не думала.

Глядя на белое, лишённое эмоций лицо Сон Ми Ён, Си Ын заметила выбившуюся на лоб прядь волос. Секретарь тоже взмокла в эту ночь: её безупречный наряд, выдержавший целый день разъездов по магазинам, был в беспорядке. С тех пор как стало известно о смерти Чан Мён Хвана, Сон Ми Ён бегала и хлопотала даже больше самой Си Ын.

— Почему он это сделал, как это произошло — полиция всё выяснит.

О таком можно будет послушать на суде — Сон Ми Ён решительно отсекла её тревоги.

— Младшая госпожа, думайте сейчас только об инспекторе Ке. Он ведь тоже сейчас под арестом. Если выпишут ордер на арест, он нескоро выйдет, и ему могут наговорить обидных вещей не меньше, чем когда обвиняли в убийстве жены… А если он узнает, что вы переживали, уж не он ли это натворил, а при известии о бывшем женихе в роли подозреваемого наотрез заявили «быть такого не может», — он очень обидится.

От её пулемётной тирады у Си Ын перехватило дыхание, и она тихо выдохнула:

— Му Гёль обидится?..

— Да. Я даже не смею передать ему ваши слова, боясь, как бы это не ранило младшего господина в самое сердце…

Сон Ми Ён, обычно подчёркнуто суховато называвшая его «инспектор Ке», вдруг выдала свои чувства, нежно назвав его «младшим господином».

— Ах…

Ке Му Гёль — и обидится? Он мог изобразить обиду, но чтобы испытывать её по-настоящему… Этот мужчина всегда стоял на голову выше Си Ын и читал её как открытую книгу.

Она даже представить не могла, с каким лицом он выразил бы обиду, и попыталась улыбнуться, но пересохшие за день губы отказывались слушаться.

Сон Ми Ён взяла её за руку и мягко сжала пальцы:

— Я понимаю, какое потрясение вы пережили, но именно сейчас вы должны твёрдо поддержать мужа. Верьте в него и ждите. Он не такой человек, его скоро отпустят… Вот так.

Сон Ми Ён словно успокаивает меня, чтобы я не сбежала. Не потому ли она всё время предлагает подвезти до дома — хочет лично убедиться, что я там?

— Секретарь Сон.

Си Ын сжала её руки в ответ.

— Я думала, вы уже знаете… Даже если Му Гёль убил человека, мне всё равно.

Способен он на такое или нет — это было неважно.

— Даже если погибший был моим родственником.

Более того: если Ке Му Гёль и убил Чан Мён Хвана, то ради неё, и она была бы ему только благодарна.

Был Со Ын Сон способен на убийство или нет, человеком, которого любила Си Ын, оставался Ке Му Гёль.

— На самом деле я просто соскучилась по Му Гёлю и потому не ухожу домой…

Вдруг удастся покрутиться поблизости и меня пустят к нему хоть на минуту?..

Перед этим искренним признанием Си Ын, которая, избежав допроса в качестве свидетеля, всё равно не покидала участок, глаза Сон Ми Ён на мгновение увлажнились.

— Разумеется, до ордера дело не дойдёт, появился новый подозреваемый, однако, понимая, что провели задержание на пустом месте, они не выпустят его до истечения положенного срока допроса. Скорее всего, продержат все сорок восемь часов. Поезжайте домой. Пока госпожа остаётся здесь, я не могу ничем заняться…

Си Ын кивнула. Из здания участка уже торопливо выходила Чо Хён Джу, выискивая её глазами.

Сон Ми Ён с обречённым видом направилась навстречу Чо Хён Джу, а Си Ын развернулась и пошла к машине, оставленной на наземной парковке.

— Ну, вот что я говорил? Что я говорил?!

Не глядя на старшего инспектора Ли Гю Тхэ, развалившегося в кресле отсутствующего командира группы словно в своём собственном, Пак Хо Бом бросил:

— И что же вы говорили?

— Что этот гад рано или поздно кого-нибудь пришьёт! Блядь, аж мороз по коже. Я же говорил, что он когда-нибудь доиграется, но не думал, что рванёт так скоро…

— Да-а. Поразительная проницательность.

Прекрасно ведь знает, что это не так. Если бы Ке Му Гёль посреди допроса не сорвался из участка на свидание, не было бы никаких оснований даже для ордера на задержание.

— Сержант Пак, а ты, смотрю, спокоен как удав? Твой непосредственный начальник завалил собственного тестя, на минуточку.

— Да-а. О нём и так ходили упорные слухи, будто он жену убил. Да и виделись мы не каждый день. Вы же знаете, инспектор Ке частенько прогуливал службу.

Ответ Пака явно разочаровал Ли Гю Тхэ. Тот надул губы, закинул обе ноги на стол и опасно откинулся на спинку стула. В отличие от солидного кресла в кабинете старшего инспектора, этот стул был хлипким и мог сломаться под таким весом.

— Тебе что, совсем не интересно узнать правду о слухах про его бывшую жену?

— Даже не знаю… А вы её знаете?

— Сержант Пак. Чего это я могу не знать?

Если вы всё знаете, лучше бы назвали по именам тех ублюдков, что убили Син Со Хёна и Пэ Чжон Иля.

— Ты хоть знаешь, из какой семьи этот Ке Му Гёль?

— Ну… слышал кое-что. Настолько влиятельная, чтобы замять два убийства?

— А? Нет, это… это вряд ли возможно. Какая бы влиятельная семья ни была. У нас сто пятьдесят тысяч полицейских — они для тебя что, пустое место?

Проглотив вертевшееся на языке замечание, что сейчас, когда следствие зашло в тупик и они сидят сложа руки, как нахлебники, полиция именно так и выглядит, Пак Хо Бом глянул на вспыхнувший экран телефона.

«В багажнике автомобиля подозреваемого обнаружены окровавленная одежда и кроссовок без пары. Отправлено на экспертизу».

Пока он читал сообщение из главка, Ли Гю Тхэ, видимо, тоже получил отчёт: на его лице, уставившемся в телефон, проступило детское разочарование.

— Нет, стоит появиться Ке Му Гёлю, как улики сами сыплются, словно ему кто-то подыгрывает! Почему эти убийцы такие небрежные?

— Всё хотел спросить: у вас к инспектору Ке личные счёты?

От этого вопроса глаза Ли Гю Тхэ округлились:

— А что, похоже?

— Да.

— Раскусил. Ай, да не счёты, завидно просто… Сержант Пак, тебе разве не завидно? Не кажется странным, что на свете бывают такие везучие сукины сыны?

— И что, если инспектор Ке убьёт человека и сядет за решётку, в мире станет больше справедливости?

— Хм-м…

Ли Гю Тхэ по-детски причмокнул губами.

— Да и не такой он человек, если честно. Кстати, насчёт покойной жены — ты ведь в курсе, что была предсмертная записка?

Сержант Пак слышал, что нечто подобное существовало.

— Родственники не хотели огласки, поэтому я рассказываю по секрету, только тебе…

◆ ◇ ◆ ◇ ◆

Спасибо, что дочитали!

Больше глав и продолжение — на сайте:
https://chaptify.ru/novel/ad79ea0a-2bce-43a3-ab54-7ba7bd550b86

Поддержать перевод и читать раньше — на Бусти:
https://boosty.to/novelslab