Онлайн чтение книги Нужно же окончить университет I Have to Graduate
1 - 29

Оценив ходившие о Ке Му Гёле слухи, его происхождение, связанное с высокими чинами, положение в совместной следственной группе, где требовалось выдать результат в сжатые сроки, а также его неспешную манеру осматривать место происшествия и равнодушный взгляд, словно он лишь имитировал расследование, засунув руки в карманы, как посторонний, Чхве Кён Су изобразил добродушную улыбку.

— Кажется, с командиром можно найти общий язык. А то эта мелюзга только и умеет, что вести следствие, а как дела на самом деле делаются — сколько ни объясняй, не понимают. Нет, я вообще не знаю, кто связался с вашей стороной, но моих ребят, которые сейчас внезапно занялись делом, чуть не выгнали. Я получил звонок от начальника Сона, но... Ай, если бы мы ещё не зашли, то ладно. Но мы уже начали, как тут вдруг отступить?

— Раз вы уже влезли, нам уйти?

На это резюме Ке Му Гёля Чхве Кён Су расхохотался во весь голос.

— Ха, наш молодой инспектор не любит ходит вокруг да около. Видимо, кровь кипит, молодость.

Чхве Кён Су попытался слегка прощупать почву, но, не заметив изменений в выражении лица Ке Му Гёля, нагло усмехнулся.

— Я не говорю уходить, я говорю, что есть порядок. Как ни крути, это наш участок, а сержант Пак говорит так, будто мы палки в колёса ставим, только потому что у вас там всплыл один частичный отпечаток. Мы не собираемся отбирать дело у инспектора и расследовать его первыми, мы просто предлагаем взять на себя очевидную и грязную черновую работу.

Как ни приукрашивай, смысл был один: сидите и ждите отчётов.

— Первоначальные следственные действия... Что этот проведёт, что тот — результат один будет. Разве нет?

Пак Хо Бом фыркнул. Что может быть важнее первоначальных следственных действий? И без того дела, произошедшие до формирования штаба, квалифицировались как разбойные убийства, и первичный осмотр был настолько халатным, что им приходилось мучиться, работая с лоскутами.

— Видимо, вы не заняты. Мы-то спецгруппа, но у команды начальника Чхве наверняка есть и другие дела, кроме этого.

— Ай, наша команда в этом районе — это же синекура. Район такой тихий, что у меня уже всё затекло. У меня в команде даже есть парни, которые впервые видят место разбойного убийства. Мне же надо их чему-то научить, прежде чем уйти на покой.

Чхве Кён Су как ни в чём не бывало заявил, что его подчинённые ни на что не годны. Пак Хо Бом, поражённый такой наглостью, вмешался:

— Нет, серьёзно, что вы такое говорите? Начальник, это огромное дело, тут даже толпы ветеранов будет мало. За полгода столько людей погибло, а вы сейчас...

— Ой, это кажется, что много, потому что всё в кучу свалили, а здесь-то всего один умер. Тут полно камер, пару дней поищем и сразу поймаем. Я уже приказал собрать все записи с ближайших камер, как только увидят. Мы же не собираемся все лавры себе забирать: поймаем, получим ордер и передадим вам аккуратно упакованного и арестованного. Разве плохо?

— Что за бред вы несёте... Этому делу уделяют огромное внимание наверху! Вы же сами сказали, что начальник отдела звонил. Нет, командир, скажите им так, чтобы они поняли.

Пак Хо Бом потянул за собой отступившего на шаг Ке Му Гёля, выставляя его вперёд. Ке Му Гёль окинул взглядом место происшествия, по которому уже прошлась группа криминалистов.

— Результаты расследования будете передавать сразу по мере поступления?

— Ай, конечно. Есть что-то, нет чего-то — будем докладывать постоянно.

— Тогда так и поступим.

Так и поступим? Он сказал «так и поступим»?

Пак Хо Бом, не веря своим ушам, уставился на Ке Му Гёля. Тот, с видом человека, выполнившего свою задачу, лишь кивнул на прощание и широкими шагами вышел с места преступления так же, как и вошёл.

— Хо-хо, а парень-то сговорчивый.

Даже упрямившийся Чхве Кён Су звучал ошарашенно. Пак Хо Бом, растерянно хлопая ртом, бросился догонять Ке Му Гёля.

Лифт уже уехал на первый этаж, поэтому он побежал вниз по пожарной лестнице. То ли из-за длинных ног, то ли ещё почему, но заметная фигура уже была у главных ворот комплекса. Он даже где-то раздобыл зонт и шёл под ним.

— Постойте, подождите, командир!

Он звал так громко, что прохожие оборачивались, но самый заметный человек продолжал идти, даже не делая вид, что слышит.

— Да стойте же вы!

Пак Хо Бом понёсся как кабан и схватил Ке Му Гёля, словно перехватывая добычу.

— Что вы сейчас сделали? Мы приехали на место, чтобы выгнать этих типов!.. Вы сейчас специально это устроили? Из-за того, что я вызвал вас поздно ночью?

Ке Му Гёль посмотрел сверху вниз на пышущего гневом Пак Хо Бома.

— Серьёзно, зачем вы так? Тот мужик ведёт себя как-то мутно, а вы взяли и на всё согласились. Как так можно?

— Мутно?

О чём это он? Пак Хо Бом, увидев, как Ке Му Гёль склонил голову набок, в ужасе открыл рот.

— Вы это сейчас серьёзно? Как вы вообще экзамен на инспектора сдали?

— Ха-ха.

Смеётся? Он псих? Не потому, что он полицейский, который во всём сомневается, но останови любого прохожего и спроси — все скажут, что эти типы что-то замышляют.

— Мутно или не мутно? Вы не почувствовали? Где это видано, чтобы кто-то любил делать черновую работу? Явно у них есть что скрывать, раз хотят всё делать сами... Ва, с ума сойти можно, правда!

Пак Хо Бом яростно выдыхал белый пар в ночной воздух. Несмотря на моросящий дождь, он кипел от злости так явно, что не собирался отпускать командира просто так.

Прошёл час и двадцать минут с тех пор, как он высадил Чан Си Ын.

Ке Му Гёль, проверив наручные часы, сказал:

— Стоит ли так кипятиться? Как они и сказали, эффективнее поручить черновую работу другим, а наше расследование вести отдельно.

— Эффективнее? Бля... Хрень собачья, какая эффективность в расследовании?

— Есть, почему же нет. У нас ведь не вагон времени.

Ке Му Гёль обернулся, отвёл зонт и посмотрел на ярко освещённое окно квартиры на одиннадцатом этаже.

— Сержант Пак, как думаешь, что осталось на том месте преступления?

— В смысле, что осталось? Всё, наверное, так и осталось? Место же не загрязнено...

— За свою службу в полиции ты когда-нибудь видел такое место разбойного убийства, как сейчас?

— Вы меня сейчас за новичка держите, который пороху не нюхал, как те ребята из команды начальника Чхве?

Хотя званием он был сильно ниже, Пак Хо Бом работал детективом ещё до того, как Ке Му Гёль начал ошиваться в полицейской академии, поэтому он уставился на него с возмущением: что этот пацан несёт?

— Разбою с убийством почти всегда предшествует сам разбой. Либо вломились с оружием, но столкнулись с человеком и убивать не планировали... Либо, наоборот, решили убить, взяли нож, но тогда выбирают жертву. Одинокую молодую женщину, старика без опекунов — тех, на ком легко удовлетворить свои потребности.

— Думаете, я этого не знаю?

— Знаешь, так почему говоришь ерунду? Преступник сержанта Пака ни под один случай не подходит. Он не врывался в первый попавшийся дом и не сбежал, случайно кого-то пырнув.

Преступник выбирал людей, на первый взгляд не имеющих ничего общего, по своим собственным критериям и убивал их, маскируя это под разбойное нападение.

Отсутствие улик не было случайностью или удачей преступника.

Место преступления было слишком чистым.

Конечно, не в смысле гигиены — дом был грязным, полным окурков, пепла и пыли, так что ступить было противно.

Все ящики выдвинуты, сейф открыт. На месте, откуда убрали тело, лужа крови, валяются разбитые и сломанные вещи, имитирующие борьбу.

Но как бы это сказать. Это походило на место преступления в кино или дораме.

— Жертва умерла на куче мусорных пакетов в подсобке, нет следов сопротивления или попыток бегства. Что это значит?

— Связывание или наркотики... Скорее всего, наркотики.

В организме всех жертв, кроме профессора из первого дела, был обнаружен снотворный препарат золпидем. Результаты экспертизы ещё не пришли, но, вероятно, найдут его и у этой жертвы.

— В чужом доме он полностью обездвижил человека и убил его в том месте, где он меньше всего мешал бы при обыске. Чувствуется спокойствие, но он им не наслаждался.

Он нанёс пять-шесть ударов ножом жертве, которая не сопротивлялась.

Один раз, два, три, четыре — в жизненно важные органы. Проверил, умер ли, и на всякий случай — пять, шесть. Это уровень контрольного убийства, чтобы наверняка, а не взрыв эмоций.

Если это не удушение или отравление, убийство человека в помещении обычно делает место настолько грязным, что его невозможно привести в порядок. Особенно если оружие — нож: приходится бить много раз, пока человек не умрет, кровь брызжет во все стороны, пачкая не только руки, но и лицо, одежду, а на подошвы обуви неизбежно попадают капли с пола.

Но, кроме места, где лежало тело, нигде нет следов крови или брызг.