Место преступления находилось совсем близко, всего в паре минут ходьбы от ресторана. Сам ресторан стоял чуть в стороне от оживленных улиц, а в квартале от него, за стройкой, обычно было и вовсе глухо и безлюдно. Но сейчас там мигали мигалки патрульных машин и скорых, перекрывших въезд. Толпились зеваки, суетились журналисты, и полицейские, пытавшиеся оцепить территорию, то и дело срывались на крик.
Син Со Хён убит, а Джу Ын — главная подозреваемая... Всё это казалось сценой из детективного сериала, не имеющей никакого отношения к реальности. Си Ын, словно плывя в невесомости, отрешенно смотрела на снующих туда-сюда людей. Если бы Ке Му Гёль не сжимал ее руку так крепко, она бы, наверное, ущипнула себя за щеку, пытаясь проснуться. Пак Хо Бом, дежуривший за полицейской лентой, заметил их, кивнул и подбежал.
— Вы всё-таки приехали? Говорили, что будете поблизости, и не соврали.
— Что тут у нас?
— Кругом стройки. Вроде как это парковка ресторана через дорогу, но по факту — обычный пустырь. Ни машин, ни видеорегистраторов. Да и камер нет. Как они только умудряются в центре Сеула находить такие слепые зоны, чтобы убивать?
По словам сержанта, тело Син Со Хёна нашли в глубине пустыря, куда не падал свет от въезда. Причина смерти — ножевые ранения в шею и грудь. Полиция, прибывшая по вызову, задержала на месте школьницу, стоявшую рядом с трупом. Руки и одежда у нее были в крови.
— Сначала она даже имя свое отказывалась называть. Мы по школьной форме вычислили, откуда она, связались со школой и так установили личность. Спросили контакты родителей, а она заявляет: «У меня нет опекунов»...
Сперва была надежда, что это ошибка, что кто-то выдал себя за нее, но это действительно оказалась Чан Джу Ын. Раз она молчала, как же они вышли на Ке Му Гёля?
— Мы ее задержали, всё-таки она была с ножом и в крови. Но, осмотрев место и тело, опера из местного отдела засомневались, что это сделала школьница. Поэтому и связались с нами.
— Засомневались?
— Да. Говорят, почерк очень похож на недавнее убийство профессора Пэ Чжон Иля. Как только я узнал, что подозреваемая — сестра вашей супруги, сразу примчался. Но она молчит как партизан. Упертая... ух. Я ей говорю, что знаю вас, капитан, пытаюсь разговорить, а она только зыркает и ни слова.
— Даже не отрицает, что это она убила?
— Молчит. Сказала, что у нее нет опекунов, и всё, как отрезала. Предлагал воды, спрашивал, может, кому-то из взрослых позвонить — ни в какую. Родись она пораньше, точно бы в учебники по истории вошла как героиня Сопротивления.
Точную картину покажет вскрытие, но, по словам Пак Хо Бома, уже сейчас было много совпадений с делом Пэ Чжон Иля: глухое место без камер, удары ножом в шею и грудь, отсутствие следов борьбы. И еще одна деталь — пропажа бумажника и телефона жертвы. Поскольку Син Со Хён проходил свидетелем по делу Пэ Чжон Иля, связь между убийствами установили быстро.
— Я могу с ней увидеться? Телефон у нее недоступен...
— Она задержана, телефон, скорее всего, изъяли как вещдок.
Чан Джу Ын сидела на заднем сиденье полицейской машины, припаркованной прямо перед лентой. Ке Му Гёль открыл дверь и заглянул в салон.
— Что ни встреча, то сюрприз, свояченица.
Джу Ын, закованная в наручники, подняла голову. В ее сухих глазах тут же блеснули слезы.
— А... а онни?
Ке Му Гёль сделал шаг в сторону, и Джу Ын, увидев за его спиной сестру, разрыдалась.
— Онни-и-и... — Она начала размазывать слезы окровавленными руками, пачкая лицо. Си Ын бросилась к ней, перехватила ее руки, не давая размазывать кровь еще сильнее, и принялась торопливо вытирать ее щеки своим платком. Только сейчас, увидев залитые кровью руки и форму сестры, Си Ын в полной мере осознала весь ужас происходящего. Сердце, до этого словно замершее в оцепенении, забилось как сумасшедшее.
— Джу Ын, что случилось? Почему ты...
— Нет... это не я. Онни, это не я. Честно, не я.
— Ого, а она, оказывается, умеет говорить. Я уж думал, у нее рот заклеен.
Начальник убойного отдела местной полиции подошел к Ке Му Гёлю, пожал ему руку и с интересом стал наблюдать за воссоединением сестер.
— Так эта школьница — свояченица инспектора Ке? Ты когда жениться успел? Почему не проставлялся?
— Да мы недавно расписались. Свадьбу еще не играли, поэтому и не звал. Кажется, мою свояченицу впутали во что-то совершенно нелепое.
— Вот я и говорю: пусть расскажет, а мы послушаем. Что она здесь делала, откуда знает Син Со Хёна, зачем ей нож. Мы с ней и так и сяк, а она только глазами хлопает. А раз молчит — то что нам прикажете делать?
— Журналисты уже как коршуны слетелись. Надеюсь, в прессу не просочится какая-нибудь чушь до выяснения всех обстоятельств?
— Нам и стараться не надо, там помощники Син Со Хёна уже всё оцепление на уши поставили. Политику перерезала горло старшеклассница на темной парковке... Представляешь, какой вой поднимется? Ладно бы гопница какая, а то ведь ученица элитной школы.
— Видимо, Син Со Хён нажил себе врагов, раз его зарезали.
— Вот именно. Я как имя его услышал, у меня сразу голова разболелась...
Пока мужчины обменивались репликами, Си Ын, гладя дрожащую так, что колени ходили ходуном, сестру по руке, пыталась ее успокоить. Джу Ын, выплакавшись на плече у сестры, немного пришла в себя. Она прикусила губу и вскинула покрасневшие глаза.
— Кто тебе позвонил? Как ты узнала? Я же сказала им, что у меня никого нет!
— Как это никого? Я же есть.
— Нет у меня никого! Мама с папой в больнице, а ты трубку не берешь...
— У меня телефон сломался... Мы же днем разговаривали.
— Да мы только про мамину больницу и говорили! Я вообще не знала, что мне делать и как быть, а ты забрала Ходу и бросила меня...
Обида и горечь в голосе Джу Ын были вполне оправданы. Она еще школьница, родители недееспособны, а единственная старшая сестра просто сбежала, оставив ее одну.
— Это всё из-за папы, да? Я же никогда его не защищала, почему ты и от меня отвернулась? Джу Ын заметила синяк под слоем тонального крема на лице Си Ын и всхлипнула:
— Я не отворачивалась... Всё навалилось разом, и Си Ын просто не успела придумать, как обезопасить сестру. Для выпускницы недостаточно было просто найти угол, как щенку Ходу.
— Свояченица. Ты нашла время жаловаться сестре? Тебя взяли с ножом над трупом, если что. — Му Гёль, видя, как Джу Ын пачкает кровью одежду Си Ын, мягко, но решительно отстранил ее. — Решила, раз родителей нет, так хоть в тюрьме покормят? Зачем ты вообще пошла на встречу с Син Со Хёном? Отец заставил?
Отец? Чан Мён Хван? Си Ын в шоке уставилась на сестру. Та стиснула зубы и, дрожа от возмущения, выпалила:
— Ничего подобного! Думаешь, раз ты мне ничего не рассказываешь, то я совсем дура?
— И что же ты знаешь?
При мысли о том, сколько мерзости скрывалось в их семье, Си Ын затаила дыхание. Она боялась не того, что Джу Ын проболтается, а того, что сестра уже всё знает.
— Что папа связался с этим Син Со Хёном и у него крыша поехала! И мама туда же... Они оба возомнили себя чуть ли не главой района и первой леди, совсем с катушек слетели! А те таблетки, которые мама пила!..
— И поэтому ты сама ему позвонила? И назначила встречу здесь? — перебил её Му Гёль, склонив голову набок. Си Ын вздрогнула и посмотрела на него. Она верила, что Джу Ын никого не убивала, но боялась, что та сейчас ляпнет что-нибудь лишнее при полицейских и сама себя закопает. Она схватила Му Гёля за рукав.
— Может, мы сначала... — начала она, желая попросить поговорить с сестрой наедине, но Джу Ын её опередила:
— Я ему не звонила. Это он сам со мной связался.
— Син Со Хён знал твой номер? Откуда?
Под перекрестным допросом Джу Ын стушевалась и замялась.
— Ну, он... в директ написал...
Услышав этот тихий ответ, Му Гёль нахмурился, словно у него в голове всё встало на свои места.
— Джу Ын. Ты же говорила, что удалила тот фейковый аккаунт, который вела от имени сестры?
Услышав ледяной тон Му Гёля, Джу Ын вжала голову в плечи. О чём это он? И Му Гёль тут же пояснил свою догадку:
— Син Со Хён пришел сюда, думая, что встретится не с Джу Ын, а с тобой, Си Ын.
— А?
— Я не врала, что удалила... Я его потом восстановила. Жалко было подписчиков терять... Но я ничего не постила! Просто... если бы аккаунт исчез сразу после тех гадких комментариев, все бы подумали, что это не взлом, а я сама оплошала...
То ли оправдываясь, то ли объясняясь, Джу Ын нервно кусала губы. Заметив шокированное лицо Си Ын, она шагнула к ней, глотая слезы.
— Я правда ничего больше не писала! И на сообщения в директ не отвечала, только читала. А тут этот старик написал со своего официального аккаунта... Я почувствовала неладное и отправила ему знак вопроса, а он вдруг начал угрожать тебе, онни.
— Угрожать?
— У меня в телефоне всё сохранилось. Онни, этот старик велел тебе прийти сюда одной. Написал, что у него есть то, что очень не понравится ни твоей новой родне, ни твоему мужу... — Еще недавно молчавшая как партизан Джу Ын сейчас выкладывала всё как на духу.
Она винила Син Со Хёна во всем, что случилось с их семьей. Родители в больнице, сестра ушла, а этот гад еще и смеет угрожать Си Ын. И Джу Ын решила, что должна разобраться сама. Она не знала всех грязных подробностей, но собиралась в случае чего обвинить этого старика в домогательствах к несовершеннолетней и сдать в полицию. А кухонный нож прихватила на всякий случай — вдруг старик окажется крепче, чем кажется. Но, придя на место, она обнаружила, что вокруг пустыря тьма кромешная. Джу Ын уже хотела повернуть назад, но испугалась, что Син Со Хён решит, будто Си Ын не пришла, и отомстит ей. Прижимая к себе нож, она шагнула в темноту парковки.
— Я думала, там никого нет. А потом услышала какой-то звук, посветила фонариком и увидела, что кто-то лежит на земле лицом вниз... Подумала, мало ли, старик всё-таки, вдруг инфаркт. Стала его трясти. А он уже...
Си Ын знала, что Му Гёль разберется, но с каждым словом Джу Ын ее сердце замирало. Она то смотрела на Му Гёля, то переводила взгляд на сестру.
— И что, по дороге сюда ты никого подозрительного не видела? — вмешался начальник убойного отдела, внимательно слушавший рассказ Джу Ын. Джу Ын моргнула и уже открыла рот, чтобы ответить, но Му Гёль шагнул вперед, загораживая её.
— Давайте пока прервемся. И моя свояченица, и жена, кажется, в сильном шоке.
