Ке Му Гёль смотрел на Пак Хо Бома с откровенным неудовольствием и раздражением. Скрестив руки на груди, он глядел на подчиненного сверху вниз, всем своим видом показывая: ну давай, посмотрим, до чего ты еще договоришься.
— Чего мелочиться? Спроси уж прямо: не я ли убийца?
— ...
Честно говоря, Хо Бом обдумывал и этот вариант. А вдруг это Му Гёль всех убивает и путает следствие?
То, как дьявольски безошибочно он вычислил подражателя, инспектора Чхве Гён Су; то, как бродил везде один, без подчиненных, и вечно не брал трубку — всё это выглядело весьма подозрительно.
Да и связь налицо: убитые Пэ Чжон Иль и Син Со Хён, как минимум, пересекались с его женой, Чан Си Ын.
— Я всё-таки детектив, так что по ложному следу не пойду.
Если присмотреться, зацепок для подозрений хватало, но была одна веская причина, по которой Му Гёль никак не мог оказаться убийцей.
— Вы бы при всём желании не смогли убить человека, не привлекая к себе внимания.
С его-то внешностью он выделялся бы даже в толпе на площади Кванхвамун. Рост, фигура, лицо — увидев раз, забыть невозможно. Пройди Му Гёль по улице, каждый прохожий, словно заправский сыщик, запомнил бы, во что он был одет и что нес в руках.
А способ убийства? Вскрытие показало, что Пэ Чжон Илю вкололи сильное успокоительное. Стал бы Му Гёль пичкать жертву седативными? С его физической силой ему и нож-то был ни к чему.
Если бы кто-то отправился на встречу с Му Гёлем в подобное глухое место, даже самый беспечный человек прихватил бы с собой оружие для самозащиты и уж точно не стал бы пить или есть то, что он предложит.
— К тому же вы не из тех, кто бросит жену и сядет в тюрьму.
Да и когда бы он успевал убивать, если всё его время уходило на то, чтобы бегать хвостиком за Чан Си Ын? Вероятность совершить в Корее убийство, тем более серийное, и остаться безнаказанным стремилась к нулю. Стал бы человек, который при каждом удобном случае ноет, как ему одиноко, тяжко и невыносимо расставаться с молодой женой, идти на такой риск?
— Тем более что вокруг вашей супруги и так вечно что-то происходит.
За убийство дают минимум пять лет. Даже если собрать все смягчающие обстоятельства, придется отсидеть года три, а вокруг Чан Си Ын, откровенно говоря, скандалы вспыхивали чуть ли не через день.
Му Гёль лишь криво усмехнулся уголком губ и направился к машине.
— Раз всё понимаешь, к чему этот треп? Задерживать занятых людей и нести чушь — это у тебя хобби такое, сержант Пак?
— Я не просто так это сказал. — Хо Бом пошел следом. — Когда вы выпили, и я пошел за вашей машиной... Из того самого ресторана, где вы ужинали, как раз выходила группа людей.
По странному совпадению, этот старый китайский ресторан находился всего в десяти минутах от места преступления. Мужчины, женщины, пожилые и молодые — пестрая компания, по которой с ходу и не скажешь, что их связывает. Они вышли из заведения и разбрелись кто куда: кто ловил такси, кто вызывал трезвого водителя, кто шел к остановкам.
— Обычно я бы просто поинтересовался про себя, что это за сборище, и прошел мимо. Но почти все лица показались мне знакомыми.
И правда — каждое лицо. Он встречал их во время допросов свидетелей по серии убийств. Когда кого-то убивают, полиция шерстит всё окружение жертвы, так что пересечения неизбежны. Но странность заключалась в том, что все эти люди проходили свидетелями по разным эпизодам.
Ким И Джэ из центра трудоустройства университета Y не имела тесных связей с первым убитым профессором, но тогда она пересеклась по работе с главным подозреваемым — Хван Мо Гёном, и в деле осталась запись их короткого разговора. Зато в недавнем деле Пэ Чжон Иля к Ким И Джэ присматривались куда пристальнее.
Профессор английской литературы из университета S Кон Хёк проходил по второму делу: он жил по соседству с убитой пожилой парой. А глава недавно вышедшей на биржу IT-компании Ан Хён У фигурировал в третьем: он вложил крупную сумму в молодую пару, убитую вместе с ребенком, и именно он заявил в полицию об их исчезновении.
Молодую женщину-ветеринара, чье имя вылетело из головы, Хо Бом опрашивал несколько лет назад, когда искал тело по делу об убийстве без трупа...
— Супруга говорила, что вы были на встрече, куда ее пригласили профессора. Те, с кем вы ужинали... это Ким И Джэ, Ан Хён У и остальные?
Подойдя к машине, Му Гёль нетерпеливо стукнул по крыше. Хо Бом нажал на кнопку ключа, разблокировав двери. Му Гёль сел на пассажирское сиденье, а Хо Бом на мгновение огляделся.
Садиться или нет? Не то чтобы он не доверял коллеге, но почему-то в памяти всплыли образы людей, которым «помогли» совершить самоубийство из-за их секретов.
Да нет, бред. Не стал бы Му Гёль марать руки сам. Слишком уж он птица высокого полета, чтобы лично подтирать грязь за верхами.
— Эй, дядя. Сам же ко мне пристал, а в машину не садишься. Чего застыл?
— Вы просто не ответили...
На лице Му Гёля читалось явное непонимание, как это связано с посадкой в машину, но он всё же ответил:
— Да. Профессор Ким И Джэ и остальные.
— Я так и думал!..
— Си Ын не была с ними знакома раньше... Профессор Ким И Джэ уговорила поужинать вместе. Сказала, что они все — поклонники дедушки Си Ын, покойного писателя Чан Су Хёна.
— А? Дедушки вашей жены? Чан кого? В смысле, поклонники? Он был знаменит?
Му Гёль одарил его презрительным взглядом, как смотрят на дремучего невежду.
— Кроме профессора Ким И Джэ, мы понятия не имели, кто там будет. Сержант Пак, ты планируешь и дальше работать в полиции?
— А? Ну да. А к чему вопрос?
— Просто... думаю, и для законопослушных граждан, и для тебя самого было бы лучше, найди ты другую работу как можно скорее.
— Чего?! Что вы сказали?
— Хватит собирать всякий бред. Заводи машину.
Му Гёль пнул переднюю панель, подгоняя Хо Бома. Тот поспешно сел и пристегнулся. Му Гёль тяжело вздохнул, всем своим видом выражая раздражение от услышанной глупости.
— Но как возможно такое совпадение... Обычные люди редко сталкиваются с убийствами даже через знакомых, разве нет?
— То есть ты хочешь сказать, что эти люди собрались в китайском ресторане, чтобы спланировать убийство? И на столь секретную сходку они зачем-то позвали нас с Си Ын?
Озвученное Му Гёлем, это и правда звучало нелепо.
Хотя... да, бред полнейший. Пусть они и пересекались со следствием во время допросов и опросов, никто из них не был глубоко вовлечен ни в одно дело. У всех было алиби или другие доказательства непричастности, поэтому никого из них долго не мурыжили.
Озадаченно покачав головой, Хо Бом вырулил с парковки и направился к управлению, где сейчас вовсю кипела работа. Му Гёль, подперев подбородок рукой, оперся о дверь и безучастно смотрел в боковое зеркало.
— Сержант Пак.
— Да?
— Смотрел фильм «Незнакомцы в поезде»?
— Я в последнее время так занят, что кино смотреть некогда...
Неужели в прокате сейчас идет такой фильм? Му Гёль усмехнулся и цокнул языком.
— Это фильм Хичкока. Двое мужчин случайно знакомятся в поезде и договариваются убить тех, кого каждый из них хочет убрать. То есть совершить убийства друг за друга.
— А.
Хо Бом не знал фильма, но о таком криминальном трюке слышал.
Никакого движения денег, как при заказном убийстве. Никто не проболтается, потому что оба повязаны. Алиби, само собой, железобетонное...
Если не поймать убийцу прямо на месте, для полиции прошлого это было действительно идеальным преступлением — шансов раскрыть его почти не оставалось.
— Теоретически схема весьма безупречна. Правда, в кино всё пошло не по плану.
Му Гёль насмешливо хмыкнул и достал телефон. Видимо, пришло сообщение от Си Ын: кривая, язвительная ухмылка на его губах тут же смягчилась.
— Значит, вы думаете, что...
— Что? Сержант Пак, ты же сам знаешь: в реальности убийство никогда не идет по заранее намеченному плану. То, что даже в вымысле оборачивается провалом, ты пытаешься натянуть на реальность?
Му Гёль бросил это небрежно, полностью поглощенный телефоном. В его словах не было ни грамма серьезности, но по сути он был прав.
Кажется, если несколько человек соберутся вместе ради убийства, они и следы чисто заметут, и алиби друг другу обеспечат. Но на практике следователи знают: если есть соучастники, выбить признание гораздо проще. А вот когда убийца действует в одиночку, свидетелей нет, а жертва мертва, дело заходит в тупик — даже поймав преступника, опровергнуть его вранье бывает крайне сложно.
— Ваша правда... Убить человека не каждый сможет.
Даже отморозки, у которых «убью» не сходит с языка, совершив реальное убийство, обычно трясутся от страха. На словах избить и убить легко, но на деле переступить эту черту дано далеко не всем.
А ведь среди жертв были не только старики и женщины, но и ребенок. Уж кто-кто, а невинное дитя точно не могло заслужить смерти. Да и чтобы шестеро-семеро человек, способных без малейших угрызений совести убивать невинных, случайно собрались за одним столом — это вообще из разряда фантастики.
Неудивительно, что Му Гёль, едва услышав эту теорию, посоветовал Хо Бому сменить профессию.
— Эх... А мне всё-таки казалось, что здесь что-то есть... — пробормотал Хо Бом, сам понимая абсурдность своих мыслей, но не в силах окончательно от них отмахнуться. — Капитан, вы ведь тоже видели этих людей впервые? Как прошел ужин? Не заметили ничего подозрительного?
Он ждал, что Му Гёль велит ему перестать страдать ерундой и сосредоточиться на трупе Син Со Хёна. Но Му Гёль чуть склонил голову, на мгновение задумался, а затем произнес:
— Не знаю. Но если тебе так неймется — можешь копнуть.
