⁠⁠⁠⁠⁠⁠⁠⁠⁠Закат, проникавший через открытое окно, бросал на лицо герцога изящные тени. Ванесса смотрела на мужчину, сосредоточенного на работе, на мгновение забыв даже о том, как дышать. Это был вид, который, как она думала, ей больше никогда не удастся увидеть.

«……»

Ей не верилось, что она снова находится с ним в такой обстановке. Как в те дни в розовом саду. В те безмятежные дни, когда она писала, а он рисовал или читал книги. Как в те моменты, о которых она втайне мечтала, чтобы они длились вечно.

Вспомнить самые прекрасные мгновения было почти неизбежно, но это было не самым разумным решением. Ведь её настороженность по отношению к нему на мгновение ослабла.

«…….»

Ей стало интересно: если бы можно было ощущать взгляд как температуру, то какой она была бы сейчас? Насколько холодной или, может, хоть немного тёплой…? Пока она так размышляла, постепенно теряя бдительность, она сама не заметила, как её настороженность рухнула.

Когда Теодор несколько неожиданно поднял голову, их взгляды встретились. При виде его голубых глаз, неподвижно устремлённых на неё, её сердце бешено забилось, готовое выпрыгнуть из груди.

— …Я закончила.

Ванесса покраснела и поспешно встала со стула. Кончики её пальцев, собирающих бумаги, слегка дрожали.

— Я ухожу. В следующий раз… если понадобится перевод документов, отправь их, пожалуйста, в мэрию. Тогда ни тебе, ни мне не придётся зря краснеть…

— То, что ты перевела, - секретная информация, Ванесса.

В его голосе слышался оттенок упрёка, будто он указывал на факт, который она упустила из виду. Собрав и приведя в порядок документы, он встал со стула и продолжил:

— К сожалению, это то, что не должно покидать верхний этаж.

— …Секретная информация? Это?

Ванесса растерянно посмотрела на переведённые ею бумаги. Хотя там и были пункты, касающиеся военной информации разных стран, которые казались деликатными, в целом они выглядели как вполне обычные международные документы. Ей с трудом верилось, что в них содержится нечто настолько важное. И что бы там ни было, перевод таких секретных документов означал…

— С теми, кто получает доступ к секретной информации, обращаются так же, как с самой информацией. Как ты, наверное, уже знаешь.

— …….

Да. В конце концов, всё обернулось именно так. Ванесса смотрела на него с недоумением. Она давно знала, что этот мужчина, если понадобится, без колебаний прибегнет к любым средствам, но даже при встрече спустя четыре года не ожидала, что он поступит именно так.

— Ты что… собираешься запереть меня здесь?

— Не буду отрицать, что это хороший повод. Да и ради твоей же безопасности я хотел бы так поступить.

Слова «хотел бы» прозвучали так, будто он мог бы это сделать, но решил не делать. Его высокомерная манера распоряжаться её судьбой вызвала инстинктивный протест. Вот настолько сильно она не могла доверять этому человеку.

— ……

Да что с ним такое? Он продолжает вести себя так, словно у него осталась какая-то привязанность. Герцог Баттенберг, которого она знала четыре года назад, не был из тех, кто цепляется за закончившиеся отношения. Будь то вещь, животное или даже человек, к которому он был привязан. А уж тем более, если речь шла о женщине, которую он даже не любил и которая к тому же однажды его бросила…

 

«Ничего не закончилось. Совсем ничего».

 

Значит, возможно, эти слова были действительно искренними.

— Ты ела? Если нет, давай поужинаем вместе.

Её блуждающие мысли были резко прерваны его словами. Ванесса покраснела, смущённая собственными размышлениями. Затем она естественным образом выдохнула, приведя в порядок затаённое дыхание.

— …Спасибо за предложение, но мне пора.

— Почему?

— Я не могу надолго оставлять дом без присмотра.

— То есть, почему?

— Почему? Что ты имеешь в виду…

— Из-за ребёнка?

Ванесса широко раскрыла глаза. Её зрачки, охваченные сильным потрясением, слегка дрожали.

— Как ты мог…

Увидев её острый, настороженный взгляд, Теодор слегка приподнял уголки губ.

— В прошлый раз из пакета, который ты несла, выпала детская смесь, разве не так?

Его голос стал немного мягче, словно напоминая ей о том, о чём она уже успела забыть. Ванесса, до этого сжимавшая тканевую сумку так сильно, что та почти перекрутилась в её руках, наконец ослабила хватку.

— …Да, так и было.

— Ты даже не отрицаешь.

Улыбка постепенно исчезла с лица герцога. Когда он сделал шаг вперёд, Ванесса, пошатнувшись, отступила назад. После нескольких таких повторений её ягодицы коснулись консоли, стоявшей у стены. Лицо женщины, лишённой пути к отступлению, вновь побледнело.

Она в растерянности замешкалась и, заведя руки за спину, вцепилась в край консоли. В тот же миг он вытянул обе руки, словно запирая её между консолью и своим телом. Его наклонённая фигура отбросила тёмную тень, упавшую ей на голову.

— Похоже, у тебя дома есть совсем маленький ребёнок, который пьёт детскую смесь, Ванесса.

Губы, окрашенные лучами заката, слегка изогнулись. Так, словно он спрашивал в шутку о чём-то пустяковом. Если бы это действительно было пустяком, он не стал бы загонять её в угол, как дикого зверя, и не давил бы так сильно…

Она чувствовала себя так, будто наступила на петлю. Ванесса с трудом сдержала дрожащее дыхание. Ответить же было, напротив, легко.

— Да. Верно.

— Ты замужем?

Она на мгновение замолчала. В этой ситуации ответ «нет» казался почему-то неуместным, а сказать «да» означало бы солгать. Пока она колебалась, Теодор осторожно взял её за левую руку и поднял её так, чтобы она была хорошо видна.

— ……

Смутным от напряжения зрением она увидела серебряное кольцо на безымянном пальце левой руки. Четыре года назад это было именно то кольцо, которое она купила и надела, когда приехала в Амьен. На лице герцога, рассматривающего старое кольцо, не отразилось ни малейшего выражения.

Ванесса, которая до этого безропотно позволяла ему держать свою руку, пришла в себя и со всей силы оттолкнула его.

— Я не понимаю, зачем ты это спрашиваешь. Даже если бы я не была замужем, разве что-нибудь изменилось бы?

— Ничего бы не изменилось.

— Тогда зачем?

— Просто, когда ты так настороженно реагируешь, у меня появляется надежда.

— Какая надежда?

— Надежда на то, что ты, возможно, всё ещё меня любишь.

Ванесса посмотрела на него ошеломлённым взглядом, но тут же отвернулась. Не видя себя в зеркале, она не знала, какое у неё сейчас выражение лица. Чрезмерно покрасневшие уши, биение сердца, пульс, движение зрачков и даже дыхание… Она не была уверена, что сможет скрыть хоть что-то от его проницательного взгляда.

— Это действительно ужасная… и ничтожная надежда.

— ……

— Это заблуждение. Всё до единого. Что бы ты там себе ни думал, теперь я…

— Я виноват.

Ванесса на мгновение подумала, что ослышалась. Она пристально посмотрела на прекрасное лицо мужчины, окутанного тёмной тенью.

Даже в те времена, когда он был известен лишь как бедный морской офицер, у которого за душой не было ни гроша, одного его лица было достаточно, чтобы вскружить голову всем служанкам в Глостере. И это всегда заставляло людей чувствовать себя до смешного беспомощными. Ведь даже в те моменты, когда она действительно ненавидела Теодора, одного лишь взгляда в его глаза иногда хватало, чтобы, казалось, понять всё.

Теперь она осмелилась предположить, что скрывалось за фасадом этого прекрасного мужчины. О прошлом, которое не могло не сделать его скептичным по отношению к любви, о бремени, которое он нёс в то время, и о причинах, по которым не мог выбрать её.

Тем не менее, снова поверить этому мужчине и простить его - это совсем другой вопрос. Ей нужно было взять себя в руки. Она могла понять его, но не должна была прощать их прошлое. Даже если она чего-то не знала, это всё равно была измена.

— ……

И, как ни странно, это было скорее не ненавистью к герцогу, а неспособностью простить саму себя. Как она могла тогда поступить так опрометчиво? И… почему чувства не подчиняются разуму?

Теперь она могла согласиться со словами герцога. Любовь - это слабость. Она не могла снова полюбить такого мужчину.

— …Да. Я замужем.

— Жак Маршаль. Люди говорят об этом имени.

— …….

— Я не поверил. Ведь ты всё ещё Ванесса Либерт.

Она крепко прикусила губу.

— Как только война закончится и мой муж вернётся, мы официально подадим документы.

— ……

— Хочешь, я покажу тебе доказательство?

Ванесса крепко сжала в руке медальон Жака Маршаля, который лежал у неё в кармане. Она носила его с собой с того дня, как встретила Теодора на улице. Как предлог, чтобы всё отрицать, если он вдруг узнает о Клоде.

Ей было очень стыдно, что она действительно воспользовалась добротой мужчины, который сказал, что она может использовать его любым способом, если это ей поможет, но она никак не могла придумать ничего другого.

Теодор, пристально смотревший на неё, слегка скривил губы.

— Ты любишь этого мужчину?

— …Я считаю его хорошим человеком.

— И всё же собираешься выйти за него замуж.

— Думаю, ты и сам согласишься, что любовь не является обязательным элементом брака.

— …Да, это так.

В тихом, потухшем взгляде мужчины читалась искаженная усмешка. В этот момент, не в силах больше выносить этого лица, она отвела взгляд.

— Ванесса, ты сказала, что всё ещё легкая добыча для меня.

— …….

— Но сейчас мне так тяжело, что, кажется, я умру.

 

Перевод Light of Love

https://boosty.to/lightoflove21