⁠⁠⁠⁠⁠⁠⁠⁠⁠Строго говоря, Теодор не был главнокомандующим Ингрэма. Однако для лантцев герцог Баттенберг был тем, кто командовал армией и выступал представителем союзных сил на переговорах. Неудивительно, что они заблуждались на его счёт.

Что он представляет Ингрэм. Что он — отправная точка всей этой трагедии.

Это было несправедливое обвинение, но в присутствии человека, только что потерявшего члена семьи, об этом не стоило упоминать. Тем более что обвинения в адрес герцога… действительно ли они были столь несправедливы? Ванесса невольно резко вздохнула.

Может быть, именно он отдал приказ убить Жака Маршаля? Эта внезапно пришедшая в голову мысль была ужасна.

— [Это же ложь, не так ли? Я так и ответила. Что это просто нелепая ложь…]

После долгого молчания в голосе Камиллы снова зазвучали рыдания. Услышав этот голос, похожий на мольбу, Ванесса крепко прикусила слегка дрожащие губы. Она не могла даже поднять голову и посмотреть той в глаза. Это было трусливо, но ей было слишком тяжело столкнуться с этим чувством предательства.

— [Я искренне сожалею… что не смогла сказать тебе об этом раньше.]

— […….]

— [Я не скрывала это намеренно. Пожалуйста, поверь мне хотя бы в этом, тётя.]

— […….]

— [Уезжая из Ингрэма, я решила оставить прошлое позади. Кто бы ни был отцом ребёнка, я думала, что, раз уехала, это больше не имеет ко мне никакого отношения. Я и представить не могла, что мы снова встретимся вот так...]

— […….]

— [Просто… так вышло, череда совпадений…]

— [В этом мире не бывает совпадений, Ванесса.]

Только тогда она слегка подняла взгляд, до сих пор устремлённый на свои колени. В голосе женщины, всегда ласковой, слышалась холодная нотка.

— [Если что-то выглядит как стечение обстоятельств, это всего лишь очень удобное оправдание.]

Ванесса с болью обдумывала слова Камиллы. Неописуемые чувства пронзительно распространились по её сердцу, и так измученному скорбью по Жаку Маршалю.

— […Честно говоря, в глубине души я знала. Что ты не могла быть простой горничной. Но всё равно… надеялась, что у тебя всё сложится с нашим Жаком…]

— […….]

— [Лучше бы ты сказала мне об этом… хотя бы сейчас…]

 

***

 

Камилла всю ночь до рассвета то плакала, то засыпала. Тело этой всегда сильной и крепкой женщины в момент, когда она была на грани обморока, обмякло, как сдувшийся шарик. Казалось, что вместе со слезами из неё улетучилась вся душа и что, если её поднять, она будет весить совсем немного.

Ванесса всю ночь дежурила у её постели, погрузившись в свои мысли. Дядя Уайатт, Мэри, Блэр и Розалин. Амьен, где она в спешке обосновалась, покинув Ингрэм. Последние четыре года, прожитые с подавленными чувствами ради защиты Клода. Холодный и одинокий Линдон, необычайно прекрасный Глостер в её двадцать лет, летний сад и… Теодор.

Стоило ей подумать об этом мужчине, как чувства, которые она так долго старалась игнорировать, некстати начинали бушевать. Теодор был одновременно и пиком всех её самых ярких мгновений, и бездонной пропастью, поглощающей всё вокруг без остатка.

 

«Как только война закончится и мой муж вернётся, мы официально подадим документы».

 

Ванесса сдержала стон и закрыла глаза. Её мучили ужасные сомнения. Она думала, что этого не может быть, но в то же время понимала, что, возможно, он на такое способен… На самом деле они знали друг друга всего полгода, и с тех пор прошло уже четыре года. Ни в чём она не могла быть уверена. И вот этот клинок, который терзал других, внезапно вонзился и в её затылок.

Разве не она, под предлогом защиты Клода, бросила Жака Маршаля на растерзание герцогу?

 

«Ты любишь этого мужчину?»

«…Я считаю его хорошим человеком».

«И всё же собираешься выйти за него замуж».

 

Она не помнила, каким было выражение лица Теодора, когда он произнёс эти слова. Обычным? Или он был зол? Она не знала. Возможно… он вообще не имел никакого отношения к этому делу. Ведь на поле боя смерть настигает людей чуть ли не каждый день. Даже если сейчас и объявлено перемирие…

Она резко рассмеялась над собственной мыслью. Больше лицемерия, чем это, и быть не могло.

 

[«В этом мире не бывает совпадений, Ванесса».]

 

Ванесса осторожно вытерла слёзы, стекавшие по щеке спящей Камиллы, и поднялась с холодного пола.

— [Сестрёнка? Куда ты идёшь?]

Анна, которая сидела у камина и читала книгу вместе с Клодом, с тревогой подняла голову. Ванесса наложила на тарелки немного хлеба, джема и масла, а затем поставила на стол два стакана разбавленного молока. Она крепко обняла каждого из детей и поцеловала их в щёку.

— [Я вернусь до того, как тётя проснётся.]

Несмотря на комендантский час, солдаты не остановили её. По мере того как она шла по улицам, окутанным предрассветной мглой, её решимость постепенно крепла.

Эта земля была слишком болезненной для Камиллы. Куда бы та ни посмотрела — везде была только боль, а после смерти Жака Маршаля у неё не осталось даже близких родственников. Ванесса тоже знала такие моменты. Связь, соединяющая её с этой землёй, истончалась.

Можно уехать в другую страну. Обосновавшись на новом месте и погрузившись в суету повседневной жизни, Камилла снова станет сильнее. Нортро — страна, легко принимающая новые идеи и развивающаяся, так что, возможно, как и говорил мистер Тёрнер, там удастся найти способ раскрыть закрытое сердце Клода. Кроме того, это даст Анне возможность получить лучшее образование.

Страна, где нет аристократии. Люди часто говорили об этом как о каком-то варварском обществе, но, возможно, именно эта земля станет для них землёй новых возможностей. Честь, репутация… Она устала от всего этого.

Выйдя из трамвая, Ванесса ускорила шаг. Когда солдаты преграждали ей путь, она предъявляла пропуск. Солдаты смотрели на неё с любопытством и лишь бегло проверяли удостоверение, ведь они хорошо знали её лицо. И слухи, окружавшие её.

Стоило разузнать о ближайшем рейсе до Нортро. Как только эта мысль промелькнула у неё в голове, дверь на верхний этаж открылась.

 

***

 

В апартаментах герцога Баттенберга царила тишина. Ванесса на мгновение замерла на месте с выражением лица заблудившегося ребёнка. Она бездумно полагала, что, придя сюда, сможет его встретить, но не только Теодора не было видно, но и никаких признаков его присутствия не чувствовалось. В то же время ей даже показалось, что это вообще не жилое помещение.

Здесь не было ни капли тепла, только пронизывающий холод.

Возможно, он ещё не проснулся. Впрочем, время было ещё слишком раннее. Только-только начинало светать. Скорее всего, он в спальне или в ванной… Бегло взглянув на часы на запястье, она взялась за ручку двери ближайшего кабинета.

«…….»

Она думала, что дверь, конечно же, будет заперта, но ручка повернулась на удивление легко. Хотя она и не собиралась делать ничего особенного, но начала нервничать, словно совершала что-то ужасное. Ведь на бумаге она была жительницей Ланта, а он — представителем Союзных сил.

Если бы её застал кто-то другой, а не Теодор, это могло бы вызвать ненужные подозрения. В тот момент, когда она уже собиралась закрыть дверь, она заметила смутную фигуру на диване в кабинете. Это был он.

Он спал, приняв немного неудобную позу. Для неё этот диван казался очень большим, но для его телосложения он был явно мал, однако, судя по всему, он был настолько уставшим, что даже это не имело значения. Ванесса осторожно подошла к дивану.

«……»

Возможно, ей просто хотелось увидеть этого мужчину в последний раз. Даже зная, что уйдёт, что бы он ни сказал… Ванесса медленно протянула руку. В тот момент, когда кончиками пальцев она нежно откинула волосы спящего мужчины, её запястье схватили.

Рывком её затянули на диван, словно хищник, готовящийся поглотить свою добычу. Огромная ладонь Теодора намертво впилась в её затылок и поясницу, не оставляя ни единого просвета. Ванесса, вздрогнув от неожиданности, тут же осторожно выдохнула.

— …С каких пор ты знал?

— С тех пор как услышал твои шаги.

Его голос был ужасно хриплым. В этом глубоком, тёмно-синем* голосе теплилась надежда, казавшаяся чем-то инородным.

 

(*П.П. В корейской литературе «тёмно-синий» (짙푸른) часто используется для описания чего-то холодного, бездонного, но при этом спокойного или меланхоличного.)

 

— Думаешь, я не узнаю твои шаги?

— …..

— Если бы я знал, что увижу тебя, как только открою глаза, я бы лёг спать пораньше…

Ленивое, удовлетворённое дыхание рассеялось у неё на шее - причём с какой-то странной примесью. Его длинные прямые пальцы зарылись в её растрёпанные волосы, а затем скользнули по тонкой спине. Она слышала, как бешено колотится его сердце. Ванесса тихо прикрыла глаза в его объятиях, а затем, слегка отстранившись, спросила:

— Я пришла дать ответ перед тем, как уйти. Но перед этим мне нужно кое-что спросить.

При этих словах тело мужчины на мгновение напряглось.

— …Уйти?

— Это ты отдал приказ убить Жака Маршаля?

В следующий миг мир перевернулся. Ванесса оказалась под ним и ошеломлённо смотрела на него снизу вверх. Её запястья были прижаты, но так, чтобы не причинять боли. Глаза Теодора, смотревшие на неё сверху, злобно искривились.

— Не знаю, каким чудовищем я тебе кажусь, Ванесса.

— …..

— Ты сможешь поверить, если я скажу, что это не я?

 

Перевод Light of Love

https://boosty.to/lightoflove21