— Значит, есть подозрения.
Выслушав её до конца, Седрик медленно кивнул и снова опустил взгляд на флакон с лекарством в руке.
Харриет, без всякой причины охваченная нетерпением, добавила:
— Прошу вас. Когда-нибудь я непременно отблагодарю вас за эту услугу!..
— Хорошо.
Он ответил в тот момент, когда не слишком тянул, но и не выказывал излишней охоты.
— На проверку лекарства уйдёт некоторое время. Как-никак придётся обратиться за содействием к императорскому ведомству здравоохранения.
Харриет несколько раз кивнула.
Честно говоря, ей хотелось, чтобы Бенджамин сказал, что с лекарством всё в порядке. Ведь до тех пор, пока он не сообщит результат, Трише так или иначе придётся продолжать его принимать.
— Благодарю вас.
— Не за что.
Седрик не стал убирать флакон в карман — он вертел его в пальцах, неторопливо разглядывая Харриет.
Именно теперь, когда просить выпало ей, выдалась одна из тех немногих возможностей утолить собственную жажду. Сколько раз после императорского приёма он рисовал в воображении это лицо.
Его завораживали глаза, что день ото дня становились всё глубже, и ему было приятно, что прежде она не отводила взгляда, а теперь то и дело смотрит куда-то в сторону.
Разумеется, будь предметом её внимания мужчина-ровесник, в голову пришли бы дурные мысли, — но взгляд Харриет скользил по самым незначительным вещам: по стене или колонне, по проходящему слуге или по украшавшим зал цветам.
— Как вы поживали всё это время?
Когда Седрик негромко спросил, блуждавший где-то взгляд Харриет наконец обратился к нему. Но улыбка на губах так и не появилась.
— Честно говоря, я каждый день места себе не нахожу из-за здоровья бабушки. Ничто не идёт на ум.
— Значит, вы говорили искренне…
— Что… вы хотите сказать?
— Ничего.
Он-то думал, что Харриет прикрывается Тришей как щитом, чтобы держаться от него на расстоянии. Но раз и на повторный вопрос она отвечала с такой тревогой, видно, здоровье Триши и впрямь было для неё крайне важным делом.
В таком случае то, что ему предстояло сделать, становилось очевидным.
Надо велеть лорду Нельсону поторопиться как можно сильнее.
Прежде он относился к делу с некоторой ленцой, но теперь передумал.
Чем больше он будет помогать Трише, тем сильнее Харриет станет чувствовать себя в долгу перед ним, — а в отношениях, где есть что отдавать и брать, оказаться кредитором всегда отрадно и приятно.
Седрик украдкой улыбнулся — и как раз в это мгновение вышедшая после того, как немного поправила причёску, Джеремия застала эту сцену.
Седрик?
Взгляд её приковало к сыну вовсе не то, что он беседовал с молодой женщиной.
У сына было много знакомых и тех, с кем ему полагалось встречаться, так что не было ничего странного в том, что он с кем-то рядом. Будь это даже Харриет.
Но во взгляде, которым он смотрел на неё, отчётливо чувствовалось нечто непривычное.
Седрик был человеком, точно знавшим границу приличий. Оттого он не задерживал взгляда на других дольше, чем эту границу позволяла переступить. С молодыми женщинами — тем более.
А теперь этот самый мальчишка откровенно, почти до неприличия, разглядывал отвернувшуюся от него женщину.
Это что — взгляд, каким смотрят на делового партнёра?
Конечно, она не то чтобы не знала, что Харриет Седрику небезразлична. Потому она и прежде в шутку прощупывала почву, — но тогда она списывала его чувство на мимолётный порыв или лёгкую симпатию.
Неужели всё всерьёз?
Джеремия смотрела на Седрика растерянным взглядом, а затем снова двинулась дальше. Завершить нить начатых размышлений ей так и не удалось.
* * *
— Ху-у-у…
Выпущенный Альбертом белый дым призраком плыл по сумрачной спальне.
— Похоже, придётся увеличить производство «Энджелик». На корабельных вечеринках его раскупают всё больше.
Он слегка склонил голову в сторону лежавшей рядом женщины.
— Свяжись с аптекарем со стороны Пирмы. Передай, что хочу увеличить ввоз сырья на двадцать процентов.
— Это не то, что можно достать когда вздумается.
Лесли, переводившая дыхание после близости с ним, усмехнулась.
— В пирмском королевском доме тоже прекрасно знают, что на этом делаются деньги. Так просто не отдадут.
— Скажи, что заплачу больше.
— Ты же знаешь, что им нужно не это.
Когда она неторопливо приподнялась и села, простыня, укрывавшая её грудь, с шорохом соскользнула, обнажив белое нагое тело. Жадный взгляд Альберта прошёлся по её коже, словно слизывая её.
Лесли прислонилась к той же подушке, к которой откинулся Альберт, и зашептала:
— В конечном счёте Пирме нужна смерть Седрика Кайласа. Но, поразмыслив, я решила, что и твоя задумка недурна.
— Моя задумка?
— Подсадить этого человека на «Энджелик». Тогда ты сможешь выместить всю накопившуюся злость, да и убить его будет проще.
Альберт размашисто кивнул.
— Вот и я о том же! Сейчас прикончить его непросто. Даже если каким-то чудом покушение удастся, императорский двор будет рьяно искать виновного.
— Если герцог Кайлас пристрастится к зелью, его можно будет довести до самоубийства, и тогда не придётся опасаться, что по следу пустят императорских дознавателей. Вопрос только в том, как сделать, чтобы он соприкоснулся с зельем…
При этих словах брови Альберта сдвинулись.
Седрик, правда, выпил на вечеринке у Лорелов вино с подмешанной чистой вытяжкой «Энджелик», но этого было слишком мало. Чтобы пристраститься, нужно было соприкасаться с зельем постоянно, по меньшей мере месяц с лишним.
Однако при нынешнем положении дел, когда вся пища и все напитки, попадавшие к Седрику, тщательно проверялись, подмешать зелье в еду не было никакой возможности, а поскольку Седрик не курил, нельзя было и подсунуть ему «Энджелик» в виде табака.
— Тц. Нужен кто-то, кто будет постоянно при нём и будет его кормить…
И тут Лесли, словно только этого и ждала, сверкнула глазами:
— Разве среди твоих клиентов нет одной редкой красавицы?
— Кого? А! Белла Листеруэлл? Она не подойдёт. Она же помолвлена.
— А раз помолвлена, так уже и с мужчиной не встретишься? Замужние и те преспокойно заводят любовников.
Она вспомнила слова соратницы, что играла роль баронессы Озер.
— Белла Листеруэлл, вот эта. С виду наивная, а на деле непростая штучка. Думаешь, она просто по счастливой случайности заполучила бывшего жениха Дафны Лорел?
— Говорят, тот мужчина сам в неё влюбился и не давал ей прохода?
— Как бы не так. Это она первой его соблазнила.
Она следила за Седриком на вечеринке в доме виконта Кингсли и стала свидетельницей того, как он осадил Беллу.
А потом так уж вышло, что ей довелось проследить, как Белла вместе с Джеймсом Чеслоу входит в отдельную комнату, и, тайком прислушавшись под дверью, она узнала, каким образом Белла покорила Джеймса.
— Жадная она до невозможности. А потому, выпади ей случай заполучить Седрика Кайласа, она ни за что его не упустит.
— Но нам ведь нужно убить герцога Кайласа. И что же, она нам поможет?
— А зачем ей об этом рассказывать? Главное — слегка задеть её самолюбие. Уж тогда непременно посодействует.
Она права. Вовсе незачем выкладывать всю подноготную.
Лесли, тихонько посмеиваясь, произнесла:
— Раз уж Асто сулит ей шанс прибрать к рукам лучшего жениха империи, не такая Белла Листеруэлл, чтобы не позариться. Так что пусти её в ход.
И она растолковала Альберту, как втянуть в дело Беллу.
