На следующий день Баран проснулся в своей постели.

Он знал, что сегодня нужно сделать многое, но... ему не хотелось двигаться.

Тяжесть утраты продолжала тянуть его вниз.

Прошло семь лет с тех пор, как они с Бергом стояли плечом к плечу на грани жизни и смерти, защищая друг друга.

Трудно было поверить, что столь значимый в его жизни человек ушёл.

«...Баран, ты в порядке?»

Его возлюбленная, Лора, спросила его, заметив его вздох и неподвижность.

Баран попытался держаться молодцом, скрывая эмоции.

«Я в порядке.»

И всё же он чувствовал глубокую благодарность к Лоре, которая так о нём заботилась.

Ради неё, если не ради чего-то ещё, ему нужно было двигаться дальше.

Как староста этого Стокпина, у Барана был долг защищать его.

Хотя отряд Красного Пламени распался, не все его члены смирились с этим.

Они всё ещё равнялись на Барана, надеясь на его следующие шаги.

Конечно, фактическим правителем этих земель теперь была леди Райкер.

Но Баран знал, что она не может действовать, парализованная своим горем.

Даже Гейл неоднократно предлагал Барану пока что взять на себя руководство.

Даже ответственность за высечение эпитафии брата Адама легла на него.

Баран провёл рукой по волосам, вставая с кровати.

Он поспешно оделся, готовясь встретить день.

Лора, всё ещё сидевшая на кровати, закутавшись в одеяло, мягко сказала:

«...Держись сегодня, Баран.»

«...»

Баран обернулся, чтобы посмотреть на Лору.

Если подумать... даже их свадьбу должен был проводить Берг. Это тоже теперь стало невозможным.

Чума, трудности с земледелием, нападения бандитов, Крунд...

Бесконечное нагромождение обязанностей заставило их так много откладывать.

Если бы только ему удалось сдвинуть расписание, могли бы они получить благословение Берга?

Не просто как близкого друга, а как героя человеческой расы, благословение Берга было бы бесценно.

Баран покачал головой, отбрасывая сожаления.

«Спасибо.»

Он выразил свою благодарность Лоре.

Поворачивая дверную ручку, чтобы выйти, Баран остановился.

«...»

«...Баран?»

Повернувшись к Лоре, он сказал:

«Когда всё уляжется... может, поженимся?»

В ситуации, когда ничего не было подготовлено, Баран задал вопрос.

За всё время в Красном Пламени к нему приближалось много женщин, привлечённых только тем, что у него было.

Лора могла ничем не отличаться, но Баран думал иначе.

В ней было что-то — её бескорыстие, глубокая забота о других, — что выделялось.

Предложение Барана, однако, было в лучшем случае неуклюжим.

Ни подготовленного кольца, ни грандиозного жеста — просто неопрятный момент, разделённый после пробуждения.

Женщины, которых он встречал раньше, вероятно, насмехались бы над таким блёклым предложением.

Ему было любопытно, как отреагирует Лора.

«...Имей в виду... жизнь со мной не будет роскошной. Красное Пламя распущено.»

Баран намеренно приуменьшал свои обстоятельства, почти утрируя.

Хотя группа формально распалась, её иерархия всё ещё сохранялась, и Баран обладал значительным влиянием.

Но он хотел увидеть реакцию Лоры на свои слова.

Он знал, что испытывать её неправильно, но не мог удержаться.

Лора замолчала на мгновение.

Затем с естественной улыбкой ответила:

«...Тогда я позабочусь о нас.»

«...»

Баран тихо усмехнулся, кивая на её неожиданный ответ.

***

В Стокфин начали прибывать посетители.

Люди, различные нечеловеческие расы и многочисленные дворяне.

Слухи о смерти Берга Райкера после победы над Крундом распространились далеко.

Доблесть Красного Пламени при защите территории только повысила его репутацию.

Истории об их храбрости ходили, особенно среди нечеловеческих беженцев, проживающих в Стокфине.

«Ты бы видел, как они обнажали мечи — так мужественно!»

«Знаете ли вы, как величественно проявил себя Берг Райкер? Я никогда не думал, что люди могут проявить такую храбрость...»

«Благодаря им мы, сбежавшие сюда, выжили. И Стокфин оказал нам невероятное гостеприимство. В таких ужасных обстоятельствах я никогда не думал, что они будут так о нас заботиться.»

«Говорят, Берг Райкер настаивал, чтобы детей кормили любой ценой. Может, потому что он сам вышел из трущоб... он понимал борьбу простого люда.»

«Не просто герой человеческой расы... а образцовый человек.»

Такие рассказы немного облегчили тяжёлое сердце Барана.

Когда он ушёл, Баран почувствовал тонкую рябь того, как мечты Берга становились реальностью — рост репутации человеческой расы.

Как эти истории разовьются, ещё предстояло увидеть, но это, несомненно, было хорошее начало.

Баран теперь стоял лицом к лицу с бесчисленными лордами различных дворянских домов.

Вместо Сиен, которая не выходила из своей комнаты, Баран стоял рядом с Гейлом, чтобы приветствовать их.

«Лорд Гейл, давно не виделись.»

«Лорд Тонс, действительно давно.»

«...А тот, кто рядом с вами?»

«Это Баран. Он был правой рукой Берга Райкера. Теперь... он капитан отряда Красное Пламя», — представил Гейл, хотя группа распалась. Объяснять это так было удобнее.

Баран склонил голову.

«...Для меня честь познакомиться с вами.»

Дворянин ответил: «Благодарю вас за службу в битве.»

«...»

Баран заметил, как многое изменилось.

Это был первый раз, когда дворяне говорили с ним с таким уважением.

Это дало ему представление о том, как высоко ценили Берга.

Популярность Берга среди простых людей, должно быть, сыграла свою роль.

История его любви с Сиен, озаглавленная «Одиночество и Чистота», распевалась как баллада повсюду.

А восхождение Берга из трущоб до дворянства расположило к нему людей.

В сочетании с его статусом героя человеческой расы и непоколебимым мужеством, проявленным даже перед смертью, Берга вполне могли почитать так же высоко, как легендарного воина.

Даже дворянин перед ним, казалось, питал глубокое уважение к Бергу, что проявлялось в заботе, которую он оказывал Барану.

«Вы уже установили надгробие лорда Райкера?» — осторожно спросил лорд дома Тонс.

Баран горько кивнул и жестом указал в сторону задней части.

«Да, но я должен попросить вас воздержаться от приближения к нему. Собралось слишком много людей, и это было бы неуважением к товарищам, уже покоящимся под землёй.»

«...Я понимаю.»

Несмотря на потенциально резкий отказ Барана, дворянин просто кивнул.

Лорд сделал знак своим слугам, и вскоре подвезли несколько повозок.

«...Что это?»

«Подарок от нашей семьи. Пожалуйста, передайте его леди Райкер с нашими наилучшими пожеланиями. Для героев человеческой расы это самое малое, что мы можем сделать.»

Прежде чем Баран успел даже вежливо отказаться, дворянин развернул лошадь, учтиво поклонился и удалился.

Он был не единственным дворянином, оставившим такие дары.

Стремились ли они улучшить свою репутацию, завоевать расположение людей-последователей Берга или искренне уважали Берга, их намерения оставались неясными.

Тем не менее, перемены были ошеломляющими.

«Берг!»

Пока Баран продолжал встречать посетителей, прибывающих в Стокпин, у входа в деревню возник переполох, привлекший всеобщее внимание.

«Берг, ты идиот!»

Мужчина стоял у входа, выкрикивая проклятия в адрес Берга.

Члены Красного Пламени двинулись, чтобы утихомирить мужчину, устроившего шум.

Однако он яростно сопротивлялся, снова и снова выкрикивая имя Берга.

«Как ты мог так уйти? Выходи сюда, дурак!»

Баран пробрался к месту происшествия, протискиваясь сквозь собравшихся деревенских жителей.

Оскорбления мужчины в адрес Берга разожгли пламя гнева в Баране, всё ещё оплакивавшем своего друга.

«Аргх!»

Тук!

К тому времени, как Баран добрался до мужчины, тот уже был прижат к земле и не мог пошевелиться.

Один из членов крепко держал голову мужчины в грязи.

«...»

Однако, увидев лицо мужчины, Баран застыл.

Он быстро узнал, кто это.

«...Ты...»

«Отпусти меня! Чёрт возьми...!» — выплюнул мужчина.

Его имя... должно быть, Флинт.

Друг Берга из трущоб. Баран слышал, что Флинт работал в торговой гильдии.

Он даже помнил, как видел Берга и Флинта разговаривающими в деревне Демс, у моря.

«...Отпустите его!»

Как только Баран опознал Флинта, он отдал приказ.

Руки, прижимавшие Флинта к земле, немедленно отпустили его.

Флинт сел, отряхивая грязь, и его глаза расширились, когда он заметил Барана.

Оба помнили лица друг друга.

«...Скажи мне, что это неправда», — взмолился Флинт, нарушая молчание.

Слёзы начали течь по его лицу, которое ранее скрывал гнев.

Это была скорбь человека, оплакивающего своего друга всей жизни.

«Пожалуйста, скажи мне, что это неправда.»

«...»

Баран нашёл этот момент гораздо более трудным, чем общение с любым дворянином.

Стиснув челюсть, Баран глубоко выдохнул, прежде чем ответить.

«...Мне жаль.»

«...Чёрт...»

Флинт рухнул на землю, сдерживая голос, пока слёзы бесконтрольно лились.

Словно он потерял брата.

Глядя на него, Баран поднял взгляд к небу.

Он сдерживал слёзы, готовые пролиться.

«...Флинт?»

В этот момент кто-то назвал его имя.

Все обратили внимание на голос.

Толпа вокруг неё расступилась, и она вышла вперёд.

Это была Энн Блэквуд.

«...Энн...»

Флинт вытер слёзы и опустился перед ней на колени.

Они не были незнакомцами.

«...Энн, Берг... он...»

«...»

Энн не ответила на его вопрос.

Хотя Флинт взял себя в руки мгновение назад, её молчание снова заставило его колебаться.

После паузы Энн сказала:

«...Флинт, у меня к тебе просьба.»

«...Просьба?»

Её внезапная просьба удивила Флинта.

Казалось, Энн знала о его связи с торговой гильдией и, возможно, просила о помощи с чем-то.

Чем бы это ни было, Баран чувствовал, что это связано с Бергом.

Баран решил, что ему лучше не слушать.

Энн продолжила: «Не мог бы ты уделить мне немного времени?»

***

Глубокой ночью.

Я осторожно прятался в тихом уголке леса на территории Стокфина.

«...»

Была весна, к счастью.

Если бы была зима, я бы не выдержал ночного холода.

Мы с Сиен и Арвин пытались придумать план.

Сиен, только что оправившаяся от чумы, и Энн, всё ещё восстанавливающая здоровье, не могли слишком напрягаться. Нам нужен был способ безопасно путешествовать на большие расстояния.

Украсть лошадь и быстро сбежать не было вариантом.

Возможно, стоило дать знать Барану или Гейлу, что я жив, и попросить их помощи.

Но даже это казалось трудным.

Толпы, собиравшиеся в Стокфине, чтобы почтить мою память, сделали Гейла и Барана невероятно занятыми.

Если бы они исчезли на какое-то время, это привлекло бы внимание.

И в такие моменты моё выживание могло раскрыться.

...Я не был готов пойти на такой риск.

Тот факт, что герой человеческой расы, Берг Райкер, жив, не был бы воспринят хорошо.

Его история казалась завершённой с его смертью.

У меня не было желания омрачать этот образ.

Это, казалось, совпадало с давней мечтой брата Адама — поднять репутацию человеческой расы.

Это был золотой шанс для людей завоевать уважение.

Поэтому пока я доверил всё Сиен, Энн и Арвин.

Я мало что мог сделать, находясь в укрытии.

«...Ха.»

Несмотря на то, что я сидел здесь один под ночным небом, я чувствовал глубокий покой, которого не испытывал давно.

Можно сказать, у меня не было непосредственных проблем.

Все заботы, тяготившие меня, казались теперь далёкими.

Я даже не мог вспомнить, когда в последний раз чувствовал себя таким свободным.

Даже чувства, которые притупились в хаотичные времена, снова ожили.

Луна казалась такой красивой.

Я забыл, как ароматна трава.

Стрекотание сверчков звучало как музыка для моих ушей.

Прохладный ночной воздух ощущался невероятно освежающе.

Я мог бы сидеть так часами.

Тем временем Энн и Арвин, вероятно, сообщали своим семьям о необходимости уехать.

Они, вероятно, поделятся новостью о моём выживании с самыми доверенными членами семей и попросят не преследовать нас.

Только когда эти вопросы будут решены, мы сможем покинуть это место.

Шорх...

«...?»

Затем, в тишине ночи, я услышал звук шагов, шуршащих в подлеске.

Сначала я подумал, что это может быть животное.

Но быстро понял, что это звук человека — сильные, твёрдые шаги.

Мужчина.

Я поднял меч, который лежал у меня на коленях, на всякий случай.

Хотя дворяне, наводнившие Стокпин, вероятно, распугали большинство бандитов, ни в чём нельзя быть уверенным.

Было необычно, чтобы кто-то забредал в лес в такой час.

«...Зачем меня сюда послала Энн...»

Голос, низкий и ворчливый, донёсся сквозь темноту.

В этот момент до меня донёсся слабый шёпот.

«...Что, чёрт возьми, она хочет, чтобы я нашёл в такой час...»

«...?»

Знакомость этого голоса пробрала меня до мурашек.

Вжух!

Не в силах сдержать нахлынувшие эмоции, я вышел из тени и показался мужчине.

«Ааа!»

Испугавшись, мужчина упал навзничь.

«К...кто ты!?»

Его неуклюжая реакция, смешанная с попыткой храбрости, выдавала привычки, приобретённые в трущобах.

«Флинт!»

Я назвал его имя, не в силах сдержать эмоции.

«...»

Выражение лица Флинта застыло, когда его глаза медленно привыкли к виду меня.

Он заморгал несколько раз, словно подвергая сомнению реальность увиденного.

«...Б...Берг...?»

Я приблизился к Флинту, всё ещё сидевшему на земле, и схватил его за плечи.

«Ты что здесь делаешь?»

«...»

Его растерянные глаза метались, не в силах сфокусироваться.

Но в конце концов эти блуждающие глаза наполнились слезами.

«Ты...! Ты...»

«Флинт...»

«...Если ты жив, должен был сказать мне!»

Флинт вспыхнул гневом, притягивая меня в крепкие объятия.

И в то же время слёзы потекли по его лицу.

«...»

Стоя там, чувствуя тепло его объятий, меня переполняло странное чувство благодарности и вины.

Знание того, что многие мои друзья отреагируют так же, если узнают, что я жив, только усиливало мою вину.

«Когда я услышал, что ты мёртв, знаешь, как я был потрясён?!»

«...Прости.»

«Ты...! Ты чуть не довёл меня до сердечного приступа, идиот!»

«...»

Несмотря на обстоятельства, тот факт, что кто-то мог так глубоко оплакивать мою смерть, наполнил меня неожиданным чувством утешения.

Флинт отпустил меня и уставился на моё лицо, снова изучая меня.

Он вдруг усмехнулся, качая головой.

«...Ты точно жив. Должно быть, какое-то недоразумение!»

«Я жив, Флинт.»

«Тогда возвращайся! Зачем, чёрт возьми, ты...»

«...»

Моё молчание заставило Флинта растерянно моргнуть.

Затем, словно что-то осознав, он тоже замолчал.

«...»

Даже если он не знал всех деталей, Флинт, казалось, сложил воедино выбор, который я сделал — и, возможно, даже причину, по которой я инсценировал свою смерть.

Старым друзьям не нужно всё объяснять. Они понимают.

«...Жизнь дворянина тебе не подходит?»

Мягко спросил Флинт.

Я усмехнулся и кивнул.

«Совсем не подходит.»

Флинт глубоко вздохнул, смесь затяжного шока и облегчения, успокаивая своё колотящееся сердце.

«...Ну, ты никогда не любил, когда на тебя давят.»

«...»

На мгновение я задумался, не приехал ли кто-то ещё из наших друзей в деревню.

Это была не такая уж невозможная мысль.

«Флинт, Макс тоже приехал в деревню?»

Макс был ещё одним другом, которого я не видел с тех пор, как мы расстались в трущобах.

Флинт покачал головой.

«Я его не видел. Если он жив, он рано или поздно сюда доберётся. Если он...»

«...»

Флинт замялся, сглатывая слова.

«...Если Макс объявится, я дам тебе знать.»

«...Хорошо.»

Я воспользовался моментом, чтобы осмотреть Флинта.

«Так как ты узнал, что я здесь?»

«Я не знал. Энн просто послала меня сюда за какой-то странной чашей...»

«...Чашей?»

Я усмехнулся предлогу Энн отправить ко мне Флинта.

Она явно солгала, чтобы заманить его сюда.

Флинт, осознав, что его обманули, сам тихо рассмеялся.

«...Ну, я нашёл кое-что получше чаши, полагаю.»

«...»

Я быстро понял, почему Энн послала сюда Флинта.

Она, должно быть, увидела потенциал, который он привносил в нашу ситуацию.

Благодаря связям Флинта с торговой гильдией, он, вероятно, мог организовать множество повозок — именно то, что нам было нужно.

Решение не заняло много времени.

«Эй, Флинт.»

Он посмотрел на меня.

«...Что?»

Я ухмыльнулся ему.

«...Помоги мне.»

null