«Поздравляю с помолвкой. Я всегда верила, что вы справитесь. Спасибо, что сумели договориться с Эгиром, это было мудрым решением.
Я чувствую себя хорошо в Адоранском поместье. К счастью, изгнание из Форнатье прошло довольно мягко. Мне было бы приятно присутствовать на вашей свадьбе, но желаю вам заключить ваш брак под благословения жителей Форнатье».
Адель читала письмо Евы, когда вдруг услышала стук в дверь.
— От госпожи Евы?
Подняв голову, она увидела Катарину.
— Да. Вы уже вернулись с прогулки?
— Да, пойдем.
Катарина улыбалась так, будто прогулка с Роуэном принесла ей облегчение.
С тех пор как Адель вернулась в дом Буонапарте, Катарина неустанно наставляла ее. Она училась принимать поклоны слуг, запоминала иерархию, осматривала все комнаты. Даже подземную темницу и хранилище на дне моря, куда прежде ей не дозволяли заходить.
— Если хочешь заняться внешними делами, пожалуйста. Но, по-моему, ты не из тех, кому по душе активность. Скорее уж, тебе подойдет роль хранительницы рода.
В Форнатье лето наступало рано. В преддверии надвигающегося светского сезона Катарина заказала десятки каталогов.
— Семья Буонапарте задает моду всему континенту. Каждое новое светское мероприятие требует новых тенденций в декоре. Ты должна обновлять интерьер ежеквартально, получай свежие каталоги. В этот раз я помогу тебе.
Перед ней громоздились увесистые книги. Адель изучала ткани и украшения, кружева, плетеные пуговицы и новейшие принты.
Она любила учиться. Несмотря на усталость, сам процесс обучения доставлял ей удовольствие. Под конец каждого дня всегда появлялся Чезаре.
— Это ненормально, что у тебя больше дел, чем у главы дома.
На улице стало теплее, поэтому герцог вернулся в расстегнутой рубашке, обнажавшей грудь.
— Но мне нравится.
— …
Когда Адель отвечала так, Чезаре задумчиво смотрел на нее, а потом ненавязчиво пытался затащить в пустую комнату. Со временем она научилась избегать своего излишне пылкого жениха.
Однажды Джиджи объяснил ей секретные инструкции, которые передавались только главе семьи и его супруге.
— Вон то здание на окраине — резиденция тайных агентов. По традиции каждый из них берет себе роль персонажей комедии дель арте. У каждого свое имя — Арлекин, Пульчинелла, Доктор…
В этот момент кто-то бесшумно вышел из здания. Увидев лицо мужчины, Адель застыла от изумления.
Личный рыцарь Лукреции?
Оливковые волосы, суровый взгляд. Он был одет в простую одежду, но держался прямо и, увидев ее, почтительно поклонился. Затем молча обменялся взглядом с Джиджи и неспешно зашагал прочь.
— Это бывший Арлекин. Недавно завершил важное задание и теперь уходит на покой, чтобы заботиться о матери в деревне.
Секретарь произнес это так спокойно, что Адель едва не потеряла дар речи.
— Разве он не был рыцарем Лукреции?
— Был.
Адель поменялась в лице. Если подумать… Чезаре оказался в Соларе подозрительно быстро.
— Значит, Арлекин сообщил вам, что я там…
Джиджи на мгновение замер, но Адель продолжала бормотать:
— Раз он шпионил за Лукрецией… Чезаре с самого начала знал о ее планах разоблачить меня...
Джиджи неловко присвистнул, стараясь не встречаться с ней взглядом.
Адель изумленно хмыкнула.
— Вы с самого начала знали, что Клариче заодно с Лукрецией, да?
Джиджи в ответ лишь пожал плечами:
— А почему, по-вашему, я так уверенно говорил, что глава рода влюблен в вас?
Неудивительно, что я не смогла понять, на чьей стороне Клариче…
Адель бросила на него недоверчивый взгляд, от которого Джиджи смущенно почесал затылок.
— Только не обижайтесь, но поводов для злости тут нет. У господина не было четкого плана, он не собирался оставлять Клариче в живых. Поначалу он вообще хотел ее убить. Просто… я его отговорил.
Адель изогнула бровь:
— То есть ты намеренно оставил ее в живых?
— Простите?
— Теперь ясно. Ты с самого начала хотел, чтобы я сблизилась с Чезаре. Ты сохранил Клариче жизнь, потому что тебе нужен был человек, который раскроет мою личность, да?
Джиджи, этот самопровозглашенный гениальный советник, только улыбнулся.
Адель покачала головой и цокнула.
— Кажется, самый опасный человек в доме Буонапарте — это ты.
— Вы мне льстите.
Был устроен вечерний бал — мероприятие, предназначенное для того, чтобы укрепить положение Адель в светском обществе.
Сад внешнего дворца Буонапарте был залит роскошным освещением, украшен распустившимися не по сезону розами, гортензиями и лилиями.
Чезаре весь вечер сидел на одной из скамей, расположенных в кажущемся случайным, но тщательно продуманном месте. И безучастно курил сигару, не сводя с глаз со своей невесты.
— Ну и поведение, Чезаре, — незаметно подошедший Джуд Росси усмехнулся и сел рядом.
Давний друг, потягивая спуманте, лениво окинул взглядом собравшуюся публику.
— Твоя прекрасная невеста пользуется успехом у всех. Радоваться надо, а ты сидишь недовольный!
Чезаре затянулся очередной сигарой — какой по счету, он уже не помнил.
Он старался делать вид, что не обращает внимания, но взгляд сам собой находил Адель.
Она разговаривала с Женевьевой Малатеста и Отилией Немур. Вокруг них собиралось все больше гостей.
Среди множества присутствующих дам Адель, бесспорно, была самой красивой.
— Она выглядит великолепно, Чезаре.
— Не смотри на нее. Дыру протрешь.
— Если хочешь спрятать Адель от всех, стоило не выпускать ее из дома.
— Думаешь, мне не хотелось?
Чезаре глубоко затянулся сигарой.
Как и с сигарами, глава дома уже потерял счет мужчинам, подходившим к Адель.
Еще один. Хоть и не самый выдающийся, но вполне прилично выглядит. Он учтиво поцеловал ей руку.
Чезаре вздрогнул, и тут же услышал голос Джуда.
— Чезаре. Нельзя мешать жене вести светскую жизнь.
— Знаю, — раздраженно ответил Чезаре, собираясь было встать, но снова опустился на свое место.
В Сантанаре муж не имеет права вмешиваться в светскую жизнь жены. Напротив, он обязан поддерживать ее в этом. Таков обычай.
Знаю. Все знаю.
Но не успел герцог взять себя в руки, как к Адель подошел еще один молодой человек. Чезаре скривился.
— Кто это?
— Кажется, студент из Академии Орижон, недавно приехал. Разве не ты его пригласил?
— Приглашениями занималась моя мать.
Было совершенно очевидно, что госпожа Катарина специально пригласила побольше молодых людей, причем таких, у которых в Форнатье нет никаких связей.
«Как можно безучастно смотреть, когда девушка, которую я ценю как родную дочь, выходит замуж за повесу? В мире ведь столько достойных мужчин!»
Чезаре вспомнил слова матери, произнесенные с лукавой улыбкой.
«Повеса». И возразить-то нечего.
В жизни Чезаре было немало беспорядочных и шумных романов, а с Адель они лишь дали друг другу обещание вступить в брак, но пока так и не поженились.
Тем не менее именно Катарина, сказавшая это, усердно занималась подготовкой к свадьбе, так что он не сомневался — мать просто поддразнивает его.
Но даже это легкомысленное поддразнивание вызывало у него тревогу.
Его любовь к Адель и ее чувства к нему не отменяли того, что он перед ней виноват. И сама Адель тоже не простила его полностью.
Она ничего не сказала, но я чувствую: достаточно одного неверного шага — и она уйдет. Любовь не удержит ее.
В отличие от Чезаре, для которого жизнь без Адель Виви была уже немыслимой.
Он не сводил с нее глаз даже сейчас, а она, все так же мило улыбаясь, принимала комплименты от очередного ухажера.
Она что-то прошептала, и в глазах молодого студента вспыхнул огонь желания.
К счастью, прежде чем Чезаре окончательно вышел из себя и поднялся, Женевьева Малатеста уже выпроводила нахала.
— Кстати, ты слышал про Эзру?
— Слышал.
Он так и не смог найти смелости воспротивиться и женился на госпоже Радиче.
Этот брачный союз стал еще одной забавой для светского общества Форнатье.
— Он согласился опекать госпожу Радиче. Какой достойный поступок! Да что там, теперь его нужно называть герцогом Делла Валле, верно?
— Истинный образец благородства. Ха-ха.
— Такое безупречное воспитание! Настоящий джентльмен, достойный уважения. Несомненно, Делла Валле вскоре вновь обретет былое величие.
Эзра, который так дорожил своей репутацией, не смог устоять перед подобными сладкими речами. Он сам шагнул в пропасть. Теперь ему оставалось только погрузиться в эту грязь по самые уши.
Надо будет рассказать об этом Адель.
Настроение Чезаре улучшилось, но тут Джуд снова заговорил.
— Недавно я встретил Эзру. Знаешь, он спрашивал о твоей невесте.
Хорошее настроение мигом улетучилось.
— Об Адель?
— Интересовался, не планирует ли она искать себе чичисбео.
— Ха, — Чезаре даже не сдержался и фыркнул. — Что, надеется стать ее любовником, чтобы хоть немного поправить свое финансовое положение?
— А почему бы и нет? — улыбнулся Джуд. — Так что ты думаешь?
— О чем?
— О том, что мужу положено подбирать для жены чичисбео или брачиере. А вдруг миледи действительно захочет сделать Эзру своим чичисбео?
— Адель на такое безумие не пойдет.
— Может, ей вздумается унизить его до тошноты, заставив пасть перед ней. Так же, как когда-то с тобой.
Прим. пер. Последняя фраза — отсылка к тому эпизоду, когда Чезаре встал на колени перед Адель и умолял переспать с ним.