— Ваша Светлость...
— Оставь.
Какая скучная женщина.
Чезаре поднялся.
— Может, вам еще и руку подать?
— Нет, благодарю.
Адель, пошатываясь, встала с кресла. Ее тонкие ноги дрожали, словно у новорожденного олененка, но Чезаре сделал вид, что не заметил этого.
Уже того, что я поймал чистильщицу обуви, должно быть достаточно. Что еще от меня требуется?
Да и Адель, казалось, не ожидала от него поддержки, упорно стараясь идти самостоятельно.
Могла бы хоть намеком попросить о помощи.
Чезаре вдруг почувствовал себя жалким. Покачав головой, он ускорил шаг.
Все собрались в кабинете Чезаре. Присутствовали Адель, Чезаре и, неожиданно, Джуд Росси.
В кабинете царила мрачная атмосфера. Виной тому были не только несколько свечей, едва освещавших комнату в ночной тьме.
— Как твоя спина? — спросил Чезаре Джуд Росси, на этот раз совершенно серьезно, без привычной легкости в голосе.
— Нормально.
— Какое «нормально»! Все плохо.
Чезаре спокойно сидел, и за него ответил старик, стоявший рядом с ним.
Его звали Джотто Гримальди, и он был личным врачом рода Буонапарте.
Джотто наносил мазь на обнаженную спину Чезаре, погруженного в свои мысли.
— Все так плохо? — спросил Джуд.
— Джотто всегда преувеличивает, — улыбнулся Чезаре, даже в этом состоянии не забыв о своей сигаре.
Джотто недовольно цокнул языком, явно не одобряя такое поведение.
— Будь моя воля, я бы привязал вас к постели на месяц. Как вы вообще до такого дошли?
— Русалка упала с неба, пришлось ловить.
— В таком случае, ловить не надо. Падающие люди тяжелые, могли бы и руку сломать. Да и русалки в небе не водятся.
— Я и сам думаю, что это было не самое удачное дело, — вздохнул Чезаре.
Джотто снова цокнул языком.
— К счастью, внешних повреждений нет, и внутренних тоже не видно. Синяки останутся надолго, особенно на таких местах. Пока никаких упражнений, господин. Сначала холодные компрессы, потом теплые — через несколько дней станет легче. И бросьте пить и курить заодно.
— Ох, уж это...
Чезаре спокойно затянулся сигарой еще глубже, не обращая внимания на ворчание врача. Джотто покачал головой и стал перевязывать ему торс бинтами.
— Лечение окончено. Завтра вам придется делать компрессы ежедневно, я пришлю кого-нибудь.
— Это не обязательно. Просто пришлите материалы.
— Да? Ох... Что ж, пусть так, — Джотто кивнул, слегка удивленный.
Адель, наблюдая за этим, почувствовала обиду.
Ну почему я ничего не заподозрила...
Хотя никто ее не упрекал, да и внимание больше было сосредоточено на травме Чезаре, а не на ней, Адель все же не могла избавиться от чувства вины, словно это из-за нее он пострадал.
Они не убьют меня... не должны. Кто же его просил? Хотя... спасибо, что поймал...
Адель с тревогой взглянула на Чезаре. Он уловил ее взгляд, но промолчал. Это еще больше тревожило ее.
Именно в этот момент Эфони вбежала в кабинет в полной панике.
— Молодой господин!
Услышав уже известные ей новости, она только побледнела, глядя на Чезаре, ее губы дрожали.
— Я уже искала леди, но... как это случилось?!
— Пролог лучше расскажет моя сестра. И заодно объяснит, что произошло, — Чезаре облокотился на диван, лицо его сморщилось от боли, но он тут же прикрыл это улыбкой.
Когда все собрались, Адель начала свой рассказ.
— После того, как Эфони ушла, ко мне подошла одна из горничных.
Эфони вызвала мадам Флавия, а горничная сказала, что господин Чезаре срочно зовет Адель. Она последовала за ней.
Чезаре, молча слушая, как всегда, с сигарой во рту, наконец задал тот самый вопрос, которого Адель боялась больше всего.
— Человек, который должен был наслаждаться балом, внезапно зовет тебя на крышу, и ты даже не задумываешься, почему?
Возражать было бессмысленно. Адель сжала кулаки.
— Простите меня. Но сказали, что это дело срочное... Пусть и странно, но я посчитала, что должна следовать на зов брата.
«...»
Чезаре на мгновение замер, затем снова затянулся сигарой.
— А в конце... обошли колокольню и толкнули меня в спину.
Адель, боясь встретиться с ним взглядом, закончила рассказ. Теперь была очередь Эфони.
— Как обычно, я передала стандартный отчет, — начала Эфони. — О докладе, который передаю Ее Светлости. Его забрали совсем недавно, и тут вдруг снова запрос... Но раз это было распоряжение мадам Флавии...
— Сомнений не могло быть, — кивнул Чезаре.
— Однако сомневаться следовало. В конечном итоге пострадал молодой господин... Это моя вина.
Эфони посмотрела на Чезаре грустными глазами, полными материнской заботы, словно она была матерью, видящей своего раненого сына.
В этот момент Джуд Росси поднялся, поправляя свою одежду.
— Чезаре, мне, пожалуй, следует вернуться в бальный зал. Думаю, я уже понял ситуацию. А дальше — это, как говорится, семейные дела.
Его уход был продуман до мелочей, и Чезаре кивнул ему в знак согласия.
— Благодарю за помощь.
— Я выставлю тебе счет, — ответил Джуд с улыбкой.
— Сколько угодно.
— И с удовольствием встречусь с мисс Аделаидой при более подходящем случае.
С этими словами Джуд Росси поцеловал руку Адель и вышел из комнаты.
После его ухода послышались голоса у двери, как будто там кто-то радушно приветствовал прибывшего.
— Господин! — раздалось с порога.
И вот в комнату вошел Джиджи, заполнив пустое место. Адель до сих пор чувствовала себя неловко из-за того, что люди могли входить в кабинет главы семейства без стука, но, казалось, никого это не беспокоило.
— Как вы и приказали, я отправил рыцарей, чтобы задержать мадам Флавию Лорендан. И приказал задерживать всех, кто пытается покинуть дом.
— Послы?
— Все в порядке. Господин Эзра Делла Валле прибыл позже остальных. А его внешний вид, как всегда, выше всяких похвал!
Чезаре слегка усмехнулся, но это была усмешка, полная неудовольствия.
— Мне это не нравится.
— Но что поделаешь?
— Деньгами решим. Пусть достанут бутылку «Блуменраден Селестиал» урожая 909 года из хранилища.
— Ох...
Джиджи с решительным видом записал это в свои бумаги. Похоже, это был весьма редкий напиток.
— Тогда с балом все понятно. Что делать дальше?
Все взгляды обратились к Чезаре.
Чезаре, задумчиво подперев подбородок рукой, в которой держал сигару, погрузился в размышления. Его лицо было совершенно непроницаемо, лишено даже тени улыбки.
Его холодный, как осколок лезвия, взгляд был направлен вниз, а движения с сигарой оставались медленно-соблазнительными, как бы ни старался он скрыть свои истинные намерения.
Наконец, он заговорил.
— Галера готова?
— Да, господин.
Джиджи, слегка нервничая, кивнул, внимательно следя за реакцией окружающих.
Чезаре положил почти догоревшую сигару.
— Тогда отправь ее к мадам Флавии.
— Понял!
— И приведи сюда Лукрецию. Немедленно.
— Что? — изумленно вскрикнул Джиджи, а за ним и остальные.
Они растерянно молчали, не зная, что сказать, и Джиджи, пораженный таким приказом, все же покорно кивнул.
— Да, милорд. Приведу ее сейчас же.
Спустя некоторое время в комнате раздался неуместно громкий стук.
— Господин Чезаре! Это Джиджи! Я привел Лукрецию Делла Валле, как вы и просили!
А.
Это было неожиданно, но именно в этот момент Адель поняла, почему никто не стучит в дверь кабинета Чезаре.
Ведь этот кабинет располагался в самой удаленной части дома. Люди, близкие к Чезаре, не стучали в его дверь.
Другими словами, если кто-то стучит, это может быть признаком опасности.
«Как вы и просили»...
Это ключевая фраза, — подумала Адель. Даже если у двери его близкий человек, если он не скажет эту фразу, надо быть настороже.
Погрузившись в размышления, Адель внезапно услышала голос Чезаре:
— Аделаида, садись рядом со мной.
Адель быстро, возможно, даже быстрее, чем ожидал Чезаре, села подле него.
Казалось бы, он должен был похвалить ее за послушание, но вместо этого Чезаре нахмурился и усмехнулся.
— Наивна до того, что легко можно обмануть.
«...»
— Сядь еще ближе.
Когда их плечи практически соприкоснулись, дверь открылась.
— Лукреция Делла Валле прибыла!
Джиджи вошел первым, играя роль обычного секретаря, а за ним — Лукреция.
И в этот момент Чезаре, как никогда прежде, улыбнулся ярко, обворожительно, с явным намерением покорить любого, кто встретит его взгляд.