Наверное, идет на свидание с той женщиной, с которой встречался вчера.
Чезаре поглаживал лошадь и нахмурил брови, как только увидел Адель. Затем герцог тут же улыбнулся.
— Ползком сюда добиралась?
Адель, уже привыкшая к его характеру, лишь мягко улыбнулась в ответ.
— Простите, брат. Я задержалась, потому что хотела хорошо выглядеть для вас.
Чезаре приподнял одну бровь, явно недовольный таким ответом.
Как я и думала, он любит, когда ему возражают. Может, он и правда извращенец?
— Неважно. Сегодня ты поедешь на моей лошади. Эгир все равно не сможет войти внутрь храма.
Адель заметила, что у лошади Чезаре появилось дополнительное седло.
Возможно, так даже удобнее…
Пока она размышляла об этом, Эгир, держа ее на руках, неожиданно замялся. С каменным лицом он тихо проговорил:
— Но если вы будете ехать вдвоем, в случае опасности...
— У нас есть охрана, — холодно отрезал Чезаре.
Эгир молчал, а затем сухо ответил:
— Я буду следовать позади.
Он передал Адель Чезаре и, повернувшись, отправился к своей лошади.
Чезаре смотрел ему в спину с раздраженной усмешкой, а затем внезапно бросил Адель на седло.
Девушка вцепилась в седло, стараясь не закричать вслух.
Чезаре ловко вскочил на лошадь, как будто ничего не произошло.
— Поехали.
Адель, сжав губы, с трудом сдерживала желание высказать ему пару слов о том, как такую грубость решают жители Киморы.
Вороной конь медленно двинулся по узкой дорожке, вымощенной песчаным камнем. Воздух был прохладным и сухим, а солнечный свет играл на стеклах желтых домов на побережье Адора.
Чезаре, вопреки ожиданиям, не завел никакой беседы. Он лишь изредка протягивал руку, чтобы похлопать лошадь по шее, и делал это с явной заботой и нежностью. Лошадь, казалось, была в превосходном настроении, в отличие от Адель, чье беспокойство нарастало.
Неужели он не слышал от сэра Эгира о том, как я ссорилась с мадам Равенной? Почему он так молчалив?
Она ожидала хотя бы укор за свое неподобающее поведение, но Чезаре хранил молчание. Адель нерешительно посмотрела на него. Молодой распутник, необыкновенно щеголеватый сегодня, был погружен в свои мысли.
Когда герцог, наконец, заметил ее взгляд, то мягко усмехнулся.
— Что?
— Ничего, — она быстро отвела взгляд.
Адель лишь надеялась, что его раздумья не касаются того, как избавиться от назойливой чистильщицы обуви.
Вскоре они прибыли к храму Адора. Чезаре первым спрыгнул с лошади и поднял Адель на руки. Охрана осталась снаружи, чтобы следить за обстановкой.
Эгир, стоя у входа с бесстрастным лицом, следил за Адель, пока она не вошла внутрь.
В храме, вместо длинных и жестких деревянных скамей, стояли черные бархатные диваны и табуреты. Рядом с каждым диваном располагался круглый стол из красного дерева, на котором стояли бокалы со спуманте, бренди, сигары, лежали легкие закуски и свежие газеты.
В дальнем углу было место для игры в карты и бильярд.
И это в храме.
Вдруг леди, сидевшая на диване, резко встала и решительно направилась к ним. Адель была ошеломлена. К ним шла рослая и привлекательная женщина с густыми кудрями цвета темной магнолии.
Кажется, ее зовут Шарлотта Ивреа?
Она мельком видела ее на дне рождения Чезаре.
Чезаре, увидев приближающуюся Шарлотту, слегка смутился и, нахмурившись, посмотрел на Адель.
— Склони голову.
Шарлотта подошла вплотную и, не говоря ни слова, ударила Чезаре по щеке.
Адель широко распахнула глаза от неожиданности. Но еще более поразительным было то, что окружающие лишь лениво продолжили свои дела, как будто это был ничем не примечательный эпизод.
Шарлотта, холодно глядя на Чезаре, сказала:
— Герцог Чезаре, что это было вчера?
— Мне кажется, клуб не то место для такого разговора, — произнес Чезаре, губы у него были слегка порваны. Он нахмурился, но, к счастью, не дал волю рукам.
Может быть, он не ударил ее просто потому, что я здесь…
Размышляя об этом, Адель вдруг поняла еще одну вещь: Все из-за того, что он вчера напился. Вот почему он ведет себя немного более по-человечески.
— Ха! Убежал прямо перед самой игрой, а теперь говоришь, что здесь не место для разговора?
Значит, все-таки не из-за алкоголя…
Адель рассеянно взглянула на Чезаре.
Герцог выдавил из себя улыбку, как будто пытался сдержать раздражение, и сказал Шарлотте:
— Когда это мы играли?
Шарлотта Ивреа тут же подняла руку, готовая ударить его снова, но на этот раз Чезаре отступил на шаг назад.
— Не перегибай.
Рука замахнулась в пустоту, и леди Шарлотта пошатнулась, злобно сверкая глазами.
— Думаешь, ты так уж хорош?
— Поговорим потом, — отрезал Чезаре.
— Потом? — с сарказмом ответила Шарлотта. — Ха! Ох, да брось, какой же ты лицемер!
Разговор между ними был намного более личным, чем ожидала Адель, и это немного успокоило ее.
Значит, он не любит Лукрецию, а предпочитает женщин вроде соблазнительной Шарлотты?
Как бы там ни было, ей было не место в этой перепалке. Аделаида осторожно заговорила:
— Брат… Леди Шарлотта… Может, мне стоит оставить вас?
— Нет. Зачем тебе уходить?
— Ага, конечно! Хочешь выглядеть как джентльмен перед своей сестрой? — Шарлотта резко изменила тон и повернулась к Аделаиде с фальшивой улыбкой. — О, мне жаль, что вам пришлось видеть это, леди Аделаида.
Она снова повернулась к Чезаре, сверкая глазами.
— Но я так просто не уйду без извинений! Думаешь, только ты хорош и богат? Даже у мерзавцев должна быть хоть какая-то честь!
В этот момент кто-то показался в другом конце зала.
— Леди Шарлотта, кажется, того вина, которое вы искали, нет…
Шарлотта на мгновение остановилась и затем, будто что-то вспомнив, улыбнулась. Ее глаза загорелись огнем.
— Думаешь, я позволю тебе себя унижать? Вот почему я привела сюда человека, которого ты меньше всего хочешь видеть. Давай веселиться вместе, хорошо?
— Леди Аделаида?
Из-за спины Шарлотты появился Эзра с мрачным выражением лица.
В просторном углу храма, покрытого алым ковром, стоял массивный стол из красного дерева, за которым могли разместиться пятеро человек. Там собрались Эзра, Шарлотта, Аделаида, Чезаре и Джуд Росси, которого пригласили для смягчения напряженной атмосферы.
Джуд, как всегда аккуратно зачесанный, был явно удивлен, увидев Эзру.
— О, да пребудет с тобой богиня! Кто это? Да это же сэр Эзра! Каким ветром тебя сюда… э…
Он замолк, заметив напряженные лица Шарлотты и Чезаре, и неловко усмехнулся.
— Может, сыграем в карты?
Бедняга, наследник семьи Росси, снова оказался в эпицентре конфликта. Но, похоже, ему было не привыкать к подобным ситуациям, потому что он попросил слугу принести алкоголь и карты.
— Я буду дилером, — предложил Джуд, тасуя новые карты.
В этот момент Чезаре неожиданно придвинулся ближе к Адель и тихо спросил:
— Умеешь играть в карты?
Его горячее дыхание коснулось ее уха, и Адель вздрогнула.
— Да.
Чезаре с легкой улыбкой отстранился. Адель заметила, что Эзра не сводит с нее глаз.
Как-то неловко…
Она напряглась и выпрямила спину, стараясь не смотреть в его сторону, и сосредоточилась на том, как Джуд перетасовывает карты. Это был обычный, без изысков, способ тасовки, так что никаких подозрений не возникало.
Для тех, кто играет время от времени, вполне нормальная тасовка.
Адель украдкой оглядела зал. Пожилые аристократы, сидя на диванах, с интересом наблюдали за напряженным противостоянием между молодыми людьми. Среди них Адель заметила графиню Пальмину Джинобль, ту самую, о которой говорила Женевьева.
— По ее виду сразу можно понять — выглядит как злая старуха из сказок, — вспомнила Адель их разговор за завтраком.
— А она действительно такая злая?
— Ха-ха, — Женевьева засмеялась в ответ. — Думаю, вы и сами увидите.
Как только Джуд упомянул карты, Пальмина Джинобль проявила к ним живейший интерес.
Похоже, слухи о ее любви к азартным играм были правдой.
И вот, в напряженной тишине, все взяли карты. Играли в холдем.
Первым, нарушив тишину, заговорил Эзра. Он обратился к Чезаре с невозмутимым выражением лица:
— Какая впечатляющая пощечина, герцог Чезаре.
(Прим. Холдем — самая популярная на сегодня разновидность покера.
И поясню, почему все были удивлены увидеть Эзру: наши богачи собрались в клубе «Балладур», а род Делла Валле слишком беден, чтобы такие места посещать без специального приглашения.)