Все произошло так быстро, что Адель казалось, будто время сжалось в одно мгновение.
Сначала мужчина бросился к ней, на лице все еще играла ухмылка.
Когда он почти схватил ее, Адель перекатилась на другую сторону кровати. Колени с глухим стуком ударились о пол.
Она подняла голову, едва переведя дух, и увидела перед собой большое окно с балконом. Схватившись за подоконник, девушка попыталась подняться.
И тут изможденную ногу пронзило болью.
Адель рухнула на пол. Она попыталась встать, но мужчина уже сел ей на спину, придавив девушку к полу. Сильные руки стиснули горло.
— Кх…!
Смех стал громче. Адель не могла дышать. Она царапала его руки, но безрезультатно — на тыльной стороне руки нападавшего виднелись бесчисленные царапины от ногтей.
Слезы непроизвольно потекли по щекам. Голова горела, готовая взорваться. Мир вокруг поплыл.
Сознание почти угасло.
— …Миледи!
Крик и звук разбивающегося стекла пронзили тишину.
Что-то горячее и липкое обрушилось на ее затылок и плечи. Хватка на шее ослабла.
— Кх…! Хх…!
Адель резко втянула воздух, жадно ловя каждый глоток. Дергаясь, как безумная, она сбросила мужчину с себя, проползла по ковру на локтях и выскользнула из-под его ног. Острые осколки стекла впились в кожу, но боли она не чувствовала.
Жить. Надо выжить…
— Миледи!
Ее окликнул низкий голос.
Адель замерла. Ползти больше не было сил.
Перед глазами пестрели порезанные стеклом руки и залитый кровью ковер.
…
Тень закрыла свет. Она подняла дрожащий взгляд.
— Простите меня…
Эгир стоял перед ней, на лице рыцаря читалось чувство вины.
С трудом переводя дыхание, Адель оглянулась.
— Лучше… не смотрите туда.
Но было уже поздно — Адель увидела тело на полу, свалившееся, как пустой кожаный мешок.
Ее нападавший был мертв: сонная артерия разрезана до кости.
— Простите… Мне следовало прийти раньше…
Эгир обратился к Адель, которая неподвижно смотрела на тело. В его глазах цвета морской волны плескалась тоска.
Адель, поглощенная бурей эмоций, беззвучно шевелила губами, пока не выпалила:
— Нужно… кх…!
Она закашлялась и хрипло продолжила:
— Надо… обыскать его.
— Что?
— Кто его послал… следы, татуировки… Понять, к какому клану он принадлежал. У них обычно метки на руках или щиколотках. Вероятно, он из Киморы.
Ее голос был слабым, но уверенным.
Эгир удивленно расширил глаза, но тут же взял себя в руки.
— Сначала нужно остановить кровь.
— Нет… Надо успеть до того, как сюда кто-то придет.
Они смотрели друг на друга долгим взглядом, полным напряженного молчания. Эгир сдался первым.
— Понял.
Пока он осматривал тело, Адель с усилием поднялась. Она оперлась на изрезанную руку и почувствовала резкую боль.
Глупость какая…
Мне следовало насторожиться сразу, как только дверь распахнулась без стука. Вместо этого позволила себе притвориться настоящей леди… хотя никакая я не леди.
Ее захлестнула яростная ненависть к себе. Одновременно с этим возник страх, что даже если Чезаре отпустит ее, она больше не сможет выжить в одиночку.
Надо стать хладнокровнее.
Стиснув зубы, Адель вытащила из ящика кусок ткани и обмотала руку.
— Татуировок нет, — сообщил Эгир.
Адель, привалившись к стене, кивнула.
— Значит, он, скорее всего, наемник.
Эгир внимательно смотрел на нее, пока она равнодушно встречала его взгляд.
— Странно, что я так хорошо это знаю, да?
— Ничуть.
— Я думала, что вы в курсе таких вещей, сэр Эгир… Но, видимо, это не так.
Эгир отрицательно покачал головой и продолжил обыскивать тело.
— Этим занимаются другие… А я просто играю свою роль.
Адель почувствовала, что он недоговаривает и уходит от ответа, но предпочла промолчать.
Вскоре он вытащил из внутреннего кармана кусок бумаги. Лист был алого цвета, текст на нем — коротким:
«Спасибо».
— Алый — цвет дома Джинобль, верно?
— Да.
— Значит, Пальмина здесь ни при чем.
Тут в дверях раздался резкий стук. Они оба обернулись — на пороге стояла побледневшая Эфони, уронившая таз с водой.
— Миледи!
Адель посмотрела в ручное зеркало. На шее темнел багрово-черный след.
— Все-таки лучше прикрыть шарфом, да?
Эфони, принимая зеркало, заговорила с волнением в голосе. Адель покачала головой.
— Сначала объясним, что произошло.
Эфони уже отослала слугу за людьми, и вскоре трое мужчин вошли в комнату.
— Леди Аделаида!
Эзра, увидев Адель и накрытое белым полотном тело, побледнел от ужаса.
— Что за…! Вы в порядке… Нет, сначала нужно вас отсюда…
— Я останусь. Должна объяснить, что случилось.
— Ваша шея… О, святая богиня. А что с рукой?..
Лука Делла Валле был ошеломлен не меньше. Его лицо, обычно выражавшее лишь придирчивость, теперь стало мертвенно-бледным, отчего он выглядел еще более нервным и хрупким.
А Чезаре…
Он замер сразу, как только вошел в комнату. Его золотистые глаза медленно расширились, когда он увидел синяки на шее Адель.
Он стоял неподвижно, пристально глядя на нее дольше, чем это было уместно.
— Герцог Чезаре?
— …А.
Лука окликнул его, и Чезаре наконец очнулся, все еще немного растерянный.
Лука Делла Валле бросил на него осторожный взгляд и заговорил:
— Ваша Светлость, прошу прощения. Я обязательно…
— Сперва… — перебил его Чезаре. — Давайте узнаем, что произошло.
Он замолчал, сжав губы. Обычная лёгкость, словно туман окутывающая его, полностью исчезла. В нём осталась лишь мрачная тяжесть.
Этот вид заставил Луку Делла Валле нервно сглотнуть. Все тело старика дрожало, но он резко повернулся к Адель: его глаза блестели от мольбы.
— Леди Аделаида… Я обещаю, что разберусь с этим. За пренебрежение безопасностью приношу извинения. Если у вас есть любые просьбы — все будет исполнено. И…
Лука говорил сбивчиво, глядя на нее с отчаянием.
— Вам нужно отдохнуть, но раз вы сами хотите объяснить… Что случилось?
Адель кивнула и начала кратко рассказывать:
— Он внезапно напал, а я перебралась через кровать, чтобы убежать. Хотела выпрыгнуть из окна, но оступилась и упала.
Пока все сосредоточенно слушали, Чезаре, в отличие от остальных, внимательно рассматривал ковер у кровати.
Что он там ищет?
Она проследила за его взглядом и увидела темные пятна крови, пропитавшие ковер — текло с ее израненной ноги.
Чезаре медленно вел взглядом по следам, пока не остановился на перевязанной ступне.
Он замер, а затем, как ни в чем не бывало, провел рукой по подбородку и тихо выдохнул.
….
Адель вдруг смутилась и поспешила закончить рассказ:
— Я ударилась, окно разбилось… Потом этот человек бросился на меня и стал душить. К счастью, сэр Эгир успел прийти на помощь.
— Значит, окно разбили вы, миледи? — уточнил Лука.
— Да.
Все взглянули на осколки стекла, разлетевшиеся по комнате, но промолчали.
В этот момент вперед выступил Эгир.
— У убийцы нашли это. Больше никаких следов.
Он протянул алую карту. Увидев ее, сиреневые глаза Луки странно блеснули.
— Цвет Джинобль! И почерк тот же. Да, графиня Пальмина точно могла затаить злобу на леди Аделаиду.
Эзра, молча слушавший рассказ Адель с мрачным лицом, наконец заговорил:
— Теперь я припоминаю… На пути к покоям миледи я встретил графиню Пальмину. Похоже, она пробралась внутрь.
— Графиня Пальмина? Ее ведь не приглашали.
— Она сказала, что договорилась с леди Аделаидой через Лукрецию, но, как выяснилось, это было ложью.
Лука, до этого оживленно обсуждавший случившееся, вдруг замер. Он молча прошелся по комнате, а затем тихо произнес:
— Позовите Лукрецию… Немедленно.