Онлайн чтение книги Верховный маг The Supreme Magus
9 - 101

— Как думаете, о чем будет следующий урок Фалуэль? — У Флории все еще были смешанные чувства как к Солус, так и к Литу, поэтому она предпочла вернуться на нейтральную территорию.

— Уж точно не о Мастерстве Света, — сказал Налронд. — Я согласился обучить ему только Лита, Солус и Фалуэль. Без обид, но это наследие моего народа, и я не планирую делиться им с незнакомцами.

— Какие уж тут обиды, но ничего себе! Ты брал уроки грубости или это просто природный талант? — сказала Фрия.

— Я просто честен. — Налронд не отказался бы от еще одной кружки пива, но его начинало клонить в сон, а урок мог начаться в любой момент. — Вы бы все равно узнали, и эту новость никак нельзя было подсластить. Я решил, что лучше сразу выложить карты на стол, чем сейчас разводить сантименты, а потом огорошить вас как гром среди ясного неба.

— Как Целитель Целителю: ты тот еще придурок, — сказала Квилла.

— Спасибо, — ответил Налронд с улыбкой, будто она сделала ему комплимент.

Группа продолжала болтать, пока амулет Совета Лита не засветился.

— Время игр закончилось, детишки. Возвращайтесь сюда. — Фалуэль всё еще была в форме Гидры, и её змеиная голова заговорила шипящим голосом, от которого у них мурашки побежали по коже.

Разительный контраст между её человеческим обликом и внешностью Императорского Зверя лишь делал её похожей на монстра из сказки. К тому времени, как они переместились в логово Фалуэль, лабораторные столы исчезли, а она снова приняла человеческий облик.

— Надеюсь, вы хорошо провели время и вкусно поели, потому что я — несомненно. — На ней был синий комбинезон, из переднего кармана которого торчали несколько серебристых инструментов, и черная рубашка под ним.

Её наряд и древесные опилки в волосах делали Фалуэль похожей скорее на плотника, чем на мага.

— У вас есть какие-нибудь быстрые вопросы перед началом урока? Какие-нибудь сомнения, которые пришли вам в голову за обедом? — спросила она.

— У меня есть парочка, — сказала Флория. — Как становятся Стражем, и почему они превращаются в зверей после назначения? В этом есть какой-то смысл?

— Ты становишься Стражем, если Могар выбирает тебя, — пожала плечами Фалуэль. — Что касается остального, ты всё поняла неверно. Они не превращались в зверей, они все с самого начала были зверями.

— Что? — хором переспросили сестры Эрнас.

— Два континента и ни одного Стража-человека? Как такое возможно? — Вопрос Фрии заставил Фалуэль усмехнуться.

— Добрые боги, вы, девочки, прямо сейчас идеально вписались бы в Совет. На всем Могаре нет ни одного Стража-человека, точно так же, как нет Стража-растения или Стража-нежити. Только зверям когда-либо удавалось стать ими.

— Что это значит? — спросила Фрия.

— Могар дискриминирует? — спросила Квилла.

— Звери — избранная раса или как? — спросила Флория.

— Я просила задавать быстрые вопросы, а эти ведут лишь к философским дебатам, на которые по сей день нет ответа. Никто не знает, уж простите, — сказала Фалуэль.

— У меня есть быстрый вопрос, — сказал Лит. — Почему существуют только младшие Драконы? Родословные других Стражей чище, стабильнее или что?

— Существуют не только младшие Драконы. Помните Филу Бегемота? Так вот, она — младший Грифон. Родословные всех Стражей могут подвергаться мутациям, которые обычно приводят к появлению нового, более слабого вида.

Она продолжила:

— Стражи — высшие хищники, и улучшение их тел — это нечто такое, чего, как мне кажется, даже Могару было бы трудно достичь. Кто-нибудь еще? — Фалуэль выждала несколько секунд, прежде чем возобновить разговор.

— Отлично. Поскольку вы все опытные Целители, теперь я перейду к объяснению одного из самых распространенных искусств, которое используют Пробужденные, тогда как большинство других существ — нет. Смена облика.

Она обвела взглядом учеников.

— Оно позволяет нам изменять свой физический облик и легче вливаться в другое общество или создавать фальшивые личности, когда мы не хотим быть узнанными. Перед тем как начать, давайте вкратце повторим пройденное. Почему люди считают смену облика всего лишь мифом? — спросила Фалуэль.

— Потому что смена облика — это не что иное, как Скульптурирование Тела, примененное ко всему организму. Малейшая ошибка при изменении чьей-либо жизненной силы может иметь ужасные последствия. Повреждение мозга, отказ органов, уродства — и это лишь некоторые из них, — ответила Квилла.

— Верно. Что-нибудь еще?

— Смена облика настолько же опасна, насколько и бессмысленна с боевой точки зрения, — сказал Лит. — Неважно, насколько большим ты себя сделаешь, твоя масса не изменится, как и твоя сила. Вдобавок ко всему, движения в теле, которое тебе не принадлежит, сбивают мышечную память, и тебе придется привыкать к нему каждый раз заново.

— Снова верно. — Фалуэль кивнула. — Помимо того, чтобы сделать кого-то выше, стройнее или красивее, смена облика не меняет природу вещей, только их внешность. У этого есть еще несколько рисков, о которых обычные люди даже не задумываются. Есть причина, по которой люди вроде Раагу не пытаются казаться моложе, а Пробужденные не делают себя постоянно похожими на Тисту.

Она усмехнулась:

— Также есть причина, по которой такая Гидра, как я, не может просто превратиться в семиглавого Дракона, чтобы больше не считаться «младшей». Когда вы меняете внешность, вы обманываете не только окружающих, но и самих себя. Те, кто слишком долго носит фальшивый облик, часто забывают о своем истинном «я», о том, какие они на самом деле, и теряют способность вернуться в исходное состояние. Неважно, насколько привлекательным или мускулистым вы себя сделаете, это ложь, и как таковая, она ограничивает ваш природный потенциал. В долгосрочной перспективе столь глубокие изменения в жизненной силе в конечном итоге сказываются на развитии человека.

— Ваше тело не было предназначено для этого, и внесенные вами изменения могут скорее подавить, чем усилить ваши природные способности. Среди Пробужденных смена облика на другого представителя своей расы считается чуть ли не табу, — подытожила Фалуэль.

— Погодите, а как же вы тогда? Как насчет Защитника и его гибридной формы? — спросила Фрия.

— Это отличные вопросы. Превращение в другую расу дается легче, потому что она слишком отличается от вашей первоначальной формы, чтобы повлиять на ваш разум. Обычно у зверей есть только один человеческий облик, и они придерживаются его всю жизнь. Вдобавок ко всему, поскольку наша масса намного больше человеческой, сжатие нашей формы помогает нам сохранять жизненную силу стабильной и удерживать большинство наших навыков. Мы теряем клыки и когти, но наша жизненная сила остается почти неизменной.

— Можете свободно использовать на мне «Сканирование». — Фалуэль вернулась в свою форму Гидры, чтобы всем было легче прикоснуться к ней одновременно.

Для «Сканирования» жизненная сила Фалуэль выглядела как яркая фиолетовая звезда, пылающая силой. Лит мог видеть даже нечто похожее на солнечные вспышки и протуберанцы. Поверхность звезды никогда не оставалась неподвижной.

Она состояла из бесчисленных потоков энергии, перетекающих друг в друга, нейтрализующих эффекты друг друга и позволяющих звезде сохранять стабильную форму, несмотря на кажущийся хаос.

— О боги, а я-то думала, что жизненная сила людей сложная, — сказала Квилла.

— Продолжайте смотреть, я собираюсь сменить облик. — Тело Фалуэль сжалось, как и её жизненная сила.

Водоворот, составлявший фиолетовую звезду, стал более неистовым, поскольку верхние потоки сжимали те, что находились внизу. К тому времени, как Фалуэль вернулась в свой человеческий облик, её жизненная сила, по-видимому, снова стабилизировалась.

Звезда оставалась фиолетовой, а её мощь — неизменной. Она просто стала меньше и изменила форму, чтобы походить на жизненную силу человека, но вместо кубиков лего и деталей конструктора она всё так же состояла из энергетических потоков. Вся избыточная масса была скрыта в сжатой звезде, идентичной первоначальной, которая располагалась там, где должно было быть человеческое сердце.