Онлайн чтение книги Верховный маг The Supreme Magus
9 - 133

— Что касается существа, я согласна, что его поведение кажется странным, но не более, чем поведение остальных представителей его рода. Как напомнила нам Маг Эрнас, то же самое произошло в шахтах Лароксии.

Она продолжила:

— После того как его обнаружили, существо сбежало, не причинив вреда никому из рабочих. Считаете ли вы показания Мага Эрнас убедительными или нет, Архимаг Дейрус, она невиновна, пока не доказано обратное. — Королева Силфа сверлила Велана взглядом, пока тот не отступил на шаг.

— Я нахожу её отчет настолько же правдоподобным, насколько подозрителен тот факт, что предатель, Великий Маг Нурагор, был вашим учеником, Велан. Нет никаких сомнений в том, что его верность принадлежала нежити. Мы отследили все разговоры и передвижения, предшествовавшие смерти Каллиона. Несколько человек подтвердили, что видели, как он демонстрировал способности, присущие только рабам нежити, а после обыска в его покоях мы обнаружили зачарованные предметы, принадлежащие Двору Сумерек.

Силфа повысила голос:

— Вдобавок ко всему, несколько выживших были свидетелями того, как Великий Маг Нурагор сражался бок о бок с нежитью во время переворота. Скажите мне, Велан. Изменился ли Каллион в одночасье, настолько ли вы некомпетентны, что не заметили, как пригрели змею на груди, или же вы сами были частью его планов?

Королева лично допросила Виру и Роту, двух выживших членов гильдии Кристального Щита, которые слышали, как Каллион выступал от имени как Дейруса, так и Дворов Нежити. К несчастью, их показания были еще более бесполезны в суде, чем показания Флории, но это не значило, что Монархи легко спустят всё на тормозах.

— Когда я познакомился с Каллионом Нурагором, он был всего лишь блестящим юношей, жаждущим служить своей стране. — Архимаг Дейрус опустился на колени в знак раскаяния. — Возможно, я слишком доверял ему, потому что он напоминал мне моего погибшего сына, но я бы ни за что не взял его к себе, если бы не множество рекомендательных писем, которые написала ему Ассоциация.

Его попытка использовать смерть Юриала, чтобы вызвать сочувствие, спровоцировала у каждого родителя в зале рвотный рефлекс и поставила Кварта в неловкое положение.

— У Ассоциации действительно много обязанностей, Велан, но именно вы взяли его в ученики, точно так же, как именно вы продвигали его, чтобы он стал Великим Магом. Вы станете это отрицать? — спросил король Мерон.

— Нет, Ваше Величество. Я не смог разглядеть истинную сущность Каллиона, и этому нет оправдания. Я приму любое наказание, которое вы сочтете нужным, — ответил Дейрус.

«Я не смог разглядеть, что он был некомпетентным идиотом. Как он мог быть настолько туп, чтобы злорадствовать до завершения дела? Но что еще важнее, какого черта случилось с двумя армиями, которые я туда послал?» — подумал он на самом деле.

Дворы Нежити также провели собственное расследование, не найдя правдоподобного объяснения резне батальона из 500 древних мертвецов.

«Я вложил уйму ресурсов в Каллиона и его дом Нурагор. И всё же, попавшись в ловушку Джирни и проиграв Суд Крови, дом Нурагор уже был покалечен. Теперь, когда они потеряли единственного Мага в своей семье и заклеймлены как предатели, я не удивлюсь, если Нурагоры исчезнут быстрее, чем Дейрусы. Каллион одним махом разрушил мою репутацию и мои отношения с Дворами Нежити.

Мне остается только затаиться, пока всё не уляжется, и использовать это время для планирования своего следующего шага. Бросать вызов Эрнасам сейчас, когда вся моя фракция находится под пристальным вниманием — самоубийство. Я должен минимизировать потери и свалить вину на бесполезных идиотов вроде Кварта».

— Архимаг Дейрус, учитывая все услуги, которые вы оказали Королевству в прошлом, вы не будете арестованы, а ваши активы не будут заморожены. Однако, пока тщательное расследование полностью не снимет с вас все подозрения, вам запрещается покидать страну, — огласил приговор Мерон. — Кроме того, ваши привилегии в Королевском Дворе временно ограничиваются, и вам запрещено поддерживать любые контакты с вашими товарищами, подозреваемыми в причастности к нападению. Кварт и Ония входят в их число. Вы получите более подробный список до того, как покинете этот зал. Любое нарушение будет рассматриваться как государственная измена и наказываться соответствующим образом.

Слова короля Мерона заставили троих Архимагов побледнеть впервые за многие годы.

Даже план Джирни по инсценировке возвращения Балкора не нанес такого огромного удара по их амбициям. У Дейруса больше не было детей, поэтому Балкор его совершенно не волновал. Однако потеря придворных привилегий и исключение некоторых из его самых влиятельных союзников из списка контактов были почти смертельным ударом.

Почти.

Джирни мысленно скривила губы от отвращения, злясь на Дейруса за то, что он не оставил никаких следов, по которым она могла бы пойти, и на себя саму за то, что до сих пор не нашла слабость, которую могла бы использовать. Дейрус никого не любил и со временем уже понемногу избавлялся от своих земель.

Она даже подумывала о распространении чумы, но это не причинило бы Дейрусу никакой боли. Напротив, это вызвало бы к нему сочувствие и поддержку, а то и еще больше повысило бы его статус, если бы ему удалось найти лекарство.

«У Велана остались только две вещи: его магия и его репутация. Я могла бы отнять его магию с помощью яда Балкора, но этот ублюдок никогда не ходит один, а предоставление Дайте достаточного количества людей, чтобы сокрушить его охрану, никак не могло бы остаться незамеченным.

Этот инцидент нанес огромный удар по его репутации, но в зависимости от того, как он справится с проблемой, Велан может даже подняться на новые высоты. Если у моего врага нет слабостей, значит, я должна их создать». Джирни обменялась мрачным взглядом с Орионом.

Обычно она не посвящала мужа в свои планы, потому что он был слишком хорошим человеком, и совесть не давала бы ему спать по ночам. На этот раз, однако, кровь в его жилах стыла почти так же, как у Джирни. Посягательство на их детей стало последней каплей, пробудившей спящего дракона. Его больше не волновало нечто столь тривиальное, как мораль, и наличие таланта Ориона в её распоряжении открывало перед Джирни бесчисленные новые возможности.

Что касается Онии и Кварта, они не принимали непосредственного участия ни в покушении на жизнь Флории, ни в делах с Дворами Нежити. В отличие от Дейруса, их родословной ничего не угрожало, и им было ради чего жить, чтобы не ставить всё на кон ради слепой мести.

Ония хотела лишь добиться справедливости для друзей, которых она потеряла в Кулахе. Директриса помогала Дейрусу, потому что считала его средством достижения цели, а не союзником. Однако всё, чего она добилась — это потеря доверия Белого Грифона и Королевский Ордер на Ограничение.

Она чувствовала, как кресло директрисы Черного Грифона уплывает из-под её задницы, точно так же, как это случилось с директрисой Линнеей много лет назад. По некоторым слухам, сбежав из Королевства, та в буквальном смысле утопила себя в алкоголе. Она стала поучительной историей среди Директоров, породив поговорку: «Те, кто не проглатывают свою гордость, давятся собственной блевотиной».

Кварт был в той же лодке. Он оказывал Дейрусу политическую поддержку, чтобы не дать армии взять под контроль Ассоциацию. Достижения Лита принадлежали армии, как и достижения Джирни, Ориона и большинства членов Дома Эрнас.

Для него все они были врагами. У него не было к ним личных претензий, только бизнес. Дейрус же, напротив, стал Архимагом, годами оказывая Ассоциации полную поддержку, поэтому он был лучшей ставкой Кварта против армии.

По крайней мере, так он думал.

Жизнь Кварта вращалась вокруг его работы, следовательно, расследовать его дела означало расследовать дела всей Ассоциации. Любая выплывшая наружу грязь, даже если она не имела абсолютно никакого отношения к Дворам Нежити, ускорила бы её падение.