Онлайн чтение книги Верховный маг The Supreme Magus
9 - 129

— Таким образом, вы сможете привыкнуть к сражению с людьми вашей весовой категории, без того чтобы разница в массе и уровне ядра влияла на развитие ваших техник.

Голем Фалуэль повернул голову:

— Квилла, благодаря твоим тренировкам твое тело годится для домоседки, но оно не подходит даже для уличной драки. Прежде чем учить тебя драться, тебе нужна лучшая база, поэтому мы сосредоточимся на развитии твоих мышц и выносливости. Флория, Тиста, вы двое — две стороны одной медали. Тело Флории развивалось слишком быстро по сравнению с её ядром и нуждается в дальнейшей закалке. У Тисты же, напротив, идеальное тело и слишком мало примесей.

— К счастью для вас, решение одно и то же. Мне просто нужно довести вас до абсолютного предела. Готовьтесь, я покажу вам, как сражается Пробужденный, — сказал один из големов с внешностью Фалуэль, пока остальные кивали.

Квилле пришлось наматывать круги по логову, работая над выносливостью, в то время как Тисту и Флорию избивали их соответствующие големы. Фалуэль всегда била так, чтобы нанести минимум урона, но причинить сильную боль, не давая им недооценивать свои упражнения и затягивая их так долго, как только могла.

В тот момент, когда они становились неспособны двигаться дальше, она использовала магию света, чтобы ускорить их восстановление. Это позволяло им укреплять свои тела и производило больше примесей.

Затем Фалуэль выводила примеси Флории с помощью «Бодрости», а примеси Тисты оставляла нетронутыми. Как только магия исцеления приводила их в норму, тренировка возобновлялась. У Флории было гораздо больше боевого опыта по сравнению с Тистой, но справлялась она ничуть не лучше, потому что ни одна из них никогда раньше не сталкивалась с Пробужденным.

Стоило им попытаться разорвать дистанцию, как голем окутывался светом, что указывало на использование «Бодрости». Каждый раз, когда это происходило, бой резко заканчивался.

Големы не оставляли им времени на использование их дыхательной техники и пользовались внезапным разрывом в энергии, чтобы быстро с ними покончить. Тиста привыкла к Магии Слияния, в то время как Флории было трудно приспособить свою стойку к собственным, ставшим более быстрыми и сильными, движениям, превращая то, что должно было быть преимуществом, в помеху.

— Поверить не могу, что я выдохлась чуть больше чем за минуту, — тяжело дыша, произнесла Тиста во время одного из коротких перерывов, которые Фалуэль давала им для осмысления их многочисленных ошибок.

— Вы хоть представляете, насколько это умственно и физически истощает — выкладываться на полную, концентрируясь при этом на каждом движении противника? — сказал голем Фалуэль. — Тиста, ты никогда не сражалась с настоящим противником и привыкла к легким победам. Флория, ты превосходный боец, но пока ты не привыкнешь к Магии Слияния и не научишься не оставлять противнику времени на свободный вдох, ты никогда не победишь.

Что касается Квиллы, она вскоре осознала всю глубину кошмара, в котором оказалась. В тот момент, когда она была истощена и слишком устала, чтобы продолжать, Фалуэль давала ей тоник. Затем магия исцеления укрепляла её мышцы и делилась с ней частью выносливости Фалуэль.

— Пожалуйста, хватит бегать. Меня уже тошнит от этого. — Квилла ни разу не останавливалась надолго, чтобы перестать потеть, и даже если её тело всегда находилось на пике возможностей, она была расстроена до крайности.

— Значит, тренировка мышц. — Голем сменил облик, превратившись в грязевую форму, которая покрыла тело Квиллы.

Она весила немного, но сопротивлялась каждому её движению, утраивая усилия, необходимые для того, чтобы сделать хотя бы один шаг.

Налронд присоединился к ним как раз вовремя, чтобы услышать, как они умоляют Фалуэль остановиться. Гидра могла использовать «Бодрость» сколько душе угодно, обеспечивая своих учеников изобилием исцеления и жизненной силы. Ни у кого из них не было оправдания, чтобы отлынивать, уплотняя дни тренировок в один-единственный полдень.

Пока остальные проклинали родословную Гидры со всё возрастающей интенсивностью и креативностью, Лит, Солус и основное тело Фалуэль продолжали практиковать Мастерство Света.

«Это настолько же интересно, насколько и расстраивает». Благодаря куполу Безмолвия Лит понятия не имел, что происходит на другой стороне логова. «Двойное сотворение магии света — не самая сложная часть, гораздо сложнее не дать двум разным заклинаниям свободно смешаться. Одно заклинание должно работать исключительно как Строитель, в то время как другое — как Материя. Каждое из них должно быть наполнено своим типом силы воли, и малейшая ошибка заставляет всё рассыпаться на части».

Следуя совету Налронда, все трое пытались создать сферический конструкт размером со стеклянный шарик. Это была самая маленькая и простая вещь, которую они могли изучить всеми своими чувствами.

«Что еще хуже, мана Строителя должна покрывать Материю изнутри и снаружи. Первая служит одновременно и внутренним, и внешним скелетом конструкта, тогда как вторая придает ему массу и прочность. Недостаточно маны Материи — и конструкт получается слишком хрупким, слишком много — и он разрушается под собственным весом. Строитель же страдает от другой проблемы. Если я не установлю его границы с достаточной концентрацией, конструкт рассеивается. Но если я сосредоточусь слишком сильно или сделаю структуру слишком сложной, у меня не останется достаточно маны для Материи, и конструкт выйдет более хрупким, чем замок из песка. Каждое заклинание требует тонкого баланса, который также должен соответствовать балансу другого», — подумала Солус.

«В то время как придание формы другим элементам похоже на наливание воды в стакан, Мастерство Света сродни приготовлению зелья, жонглируя при этом его ингредиентами. Одна-единственная ошибка означает потерю всего и необходимость начинать сначала», — подумала Фалуэль.

Минуты складывались в часы, но ни одному из них так и не удалось заставить свой шарик из твердого света выдержать хотя бы малейший удар. Налронд и остальные уже успели дважды поесть и выпить несколько литров воды просто для того, чтобы не умереть от голода или обезвоживания из-за своих безостановочных тренировок.

Лит нашел несколько методов для придания формы своим конструктам, но, как оказалось, все они имели фатальные изъяны, делавшие их бесполезными.

«Может, я просто слишком много об этом думаю. Мне не следует пытаться правильно организовать каждый миллиметр шарика. Я видел, как Манохар и Налронд несколько раз использовали Мастерство Света, и ни один из их конструктов не был очень детализированным. Напротив, они были довольно простыми». Лит вспомнил свой бой с Налрондом и с Рассвет.

Он сосредоточился на том, какими их конструкты ощущались при ударе и как именно они разбивались. С каждой неудачной попыткой Лит углублял свое понимание элемента света за пределы того, что было доступно Целителям, которые задействовали лишь половину его истинного потенциала.

Спустя некоторое время его мастерство над элементом света возросло достаточно, чтобы открыть четвертый глаз его гибридной формы, из-за чего оба его человеческих глаза стали белыми. Фалуэль и Солус коротко поздравили его под прикрытием зоны Безмолвия, прежде чем вернуться к своей собственной задаче с удвоенной энергией.

«Я должна последовать совету, который Лит дал Налронду после их первой встречи, — подумала Солус. — Тепловые лучи и конструкты работают одинаково, но в то время как лучи длятся долю секунды, конструкты можно использовать до тех пор, пока в них не иссякнет мана. Вопрос в том, как два феномена, на первый взгляд настолько разные, могут проистекать из одного и того же принципа? Думай, Солус. Секрет должен быть в названии. Эта дисциплина называется Мастерством Света, а не Световыми Конструктами».

У Солус и Лита были два совершенно разных подхода к магии. Обычно, объединяя свои умы и ресурсы, они всегда находили решение. Именно по этой причине Фалуэль приказала им работать поодиночке.

Каждый из их двух разумов служил костылем для другого. Постоянное получение подсказок ограничивало их потенциал и мешало учиться на собственных ошибках. Лишь осознав, чего каждому из них не хватает, они смогут по-настоящему стать лучше.