Онлайн чтение книги Верховный маг The Supreme Magus
9 - 127

— Думаю, большая часть того, чему Фалуэль собирается нас научить, похожа на заклинания Королевского Мастерства Кузни, которые ты видел в моем исполнении в Кулахе и Ларуэле. Если бы не моя постоянная работа в армии, держу пари, папа тоже научил бы меня ковать ядра из рун, — сказала Флория.

Лит кивнул, вспомнив свой карантин, когда Вастор и Март показали ему, как палочки Королевских Мастеров Кузни могут выявлять следы его зачарованного снаряжения и даже заклинаний, с помощью которых Хурьол пытался его поработить.

«Интересно, сможет ли Фалуэль научить меня чему-то подобному. Это было бы огромным подспорьем в различении эффектов неизвестной болезни и заклинания, как во время той неразберихи, что случилась в Зантии», — подумал он.

— Налронд, есть ли хоть какой-то шанс, что ты передумаешь и обучишь нас Мастерству Света? — спросила Фрия.

— Смотря как посмотреть. Есть ли хоть какой-то шанс, что вы передумаете и предоставите мне одну из этих серебряных палочек? — ответил он.

— Прости, но нет. Мой папа их делает, и они считаются государственной тайной.

— Мой ответ такой же. Мастерство Света — это не конфетка, которой я могу легко поделиться, а последнее наследие моего племени. Я в огромном долгу перед Фалуэль и Литом, тогда как ваши имена я едва помню, извините, — сказал Налронд.

— Ого. Ты со всеми так груб, или у тебя ко мне какие-то счеты? Я могу понять твой отказ, но не полное отсутствие такта, — сказала Фрия.

— Прошу прощения. — Налронд отвесил ей легкий поклон. — Мне всё еще трудно адаптироваться к вашим обычаям. В моей деревне твоя просьба сочлась бы неуместной, что и заставило меня ответить тем же.

— Не беспокойся. Моя просьба считается неуместной и в Королевстве тоже. Никто не раздает свои секреты бесплатно. Я просто надеялась, что ты сможешь сделать для нас исключение, поскольку мы все — ученики Фалуэль. — Фрия в смущении почесала затылок.

— Прости, но без исключений. Иначе я бы обучил и Тисту, ведь я провожу много времени в её доме.

— Неудивительно, что я бросила тебя после испытательной недели. Худший парень на свете, — проворчала Тиста.

Прежде чем Резар успел пожалеть о выборе слов, Фалуэль призвала их обратно в свое логово. К всеобщему удивлению, она больше не была в человеческой форме. Она приняла гибридный облик, который уже показывала им во время урока по смене облика.

Её тело принадлежало гуманоиду, покрытому чешуей, и имело семь длинных змеиных шей с таким же количеством голов.

— Никто не может превзойти Гидр, когда дело доходит до многозадачности, — хихикнули все семь голов в унисон. — Таким образом я смогу использовать по одной голове, чтобы тренировать каждую из девочек индивидуально, пока остальные сосредоточатся на твоем уроке, Налронд.

Взмах её руки создал три парты со стульями, а также трех гуманоидных големов, имевших человеческую внешность Фалуэль. Затем она наложила вокруг парт «Зону Безмолвия», чтобы ни один звук не вырвался за её пределы.

— Мы готовы, когда будешь готов ты. — Глаза на трех головах Фалуэль стали синими, когда она взяла под контроль големов с помощью Магии Духа, двигая ими так, словно они были продолжением её тела.

— Спасибо. — Налронд несколько раз прочистил горло.

Он уже преподавал Мастерство Света молодежи своей деревни, поэтому точно знал, что говорить, но на этот раз его класс был полон незнакомцев. Он колебался, собираясь нарушить одно из величайших табу своего племени.

— Начнем с первой магии. Фалуэль, я уже видел, как Лит создает голограммы. Вы умеете делать то же самое? — спросил он.

— Увы, нет. — Она покачала одной головой.

— Способность придавать свету форму — это лишь половина дела. Вторая половина — придать ему материальность. Фалуэль, вы когда-нибудь пытались сделать что-либо из этого? — спросил Налронд.

— Несколько раз. Я даже пыталась применить те же принципы, которые позволяют мне придавать форму Магии Духа, но безрезультатно, — вздохнула она.

— Не волнуйтесь, это совершенно нормально. Любой может изучить Магию Исцеления, и хотя Мастерство Света основано на тех же принципах, очень немногие это осознают. Элемент света — это элемент порядка, а это значит, что его можно использовать для восстановления первоначальной формы вещей.

Он продолжил:

— Когда вы применяете его к живому существу, вы получаете Магию Исцеления. Однако, в отличие от других элементов, свет не имеет собственной формы, и вы не можете придать её ему, просто прикладывая силу воли. Свет стремится к порядку, и единственный способ придать ему форму — это искусственно создать порядок. Позвольте привести пример. Если я излучаю магию света и использую свою силу воли, чтобы заставить его выглядеть как Лит, что я получу? — И Налронд, и Фалуэль вызвали нечто, похожее на гуманоидную лампочку.

— Это происходит потому, что наша сила воли постоянно борется с естественной склонностью элемента света к поиску порядка, что в нашем случае означает равномерное освещение пещеры. А что, если вместо того, чтобы просто использовать силу воли, мы попытаемся представить Лита в наших головах? Я не имею в виду просто вспомнить, как он выглядит, а представить каждую его черту, детали лица, то, как двигаются его глаза при разговоре, а затем скормить всё это элементу света. — Лампочка Налронда превратилась в идеальную копию Лита в мантии Архимага.

Фалуэль попыталась сделать то же самое, отчего её лампочка лишь стала ярче.

— Я не вижу никакой разницы. Что я делаю не так? — спросила Фалуэль. Налронд ожидал, что древняя Гидра разозлится или расстроится, но в лучшем случае она выглядела озадаченной.

— Вы просто используете свою силу воли. Это ловушка, которая мешает большинству магов даже создавать голограммы, не говоря уже о том, чтобы придавать им цвета. — Голограмма над рукой Налронда стала идентичной Литу: его кожа порозовела, а мантия стала темно-синей. — Не навязывайте свету свои воспоминания или волю. Просто думайте о Лите так, словно он — то, что вы пытаетесь починить, а свет сделает всё остальное.

Фалуэль попробовала снова и снова потерпела неудачу, из-за чего её лампочка в виде Лита раздулась.

— Был ли когда-нибудь кто-то, кто не смог освоить Мастерство Света? Потому что стать первой меня бы сильно взбесило, — сказала Фалуэль.

— Ни за что. Я изучил и научил Тисту всему, что знаю об этом, так что могу заверить вас — это действительно настолько сложно, — сказал Лит. — Налронд имеет в виду, что, когда вы вызываете свет, вы не должны делать это так, как при формировании псевдо-ядра, а так, словно вы исцеляете небольшой синяк.

Он пояснил:

— С той лишь разницей, что вместо того, чтобы позволить телу пациента пропускать элемент света, ваш мысленный образ должен быть настолько четким, чтобы обмануть элемент света и заставить его поверить, будто воздух должен иметь другую форму. Вот так. — Лит вызвал голограмму Фалуэль размером с куклу.

— Значит, воздух — это мой пациент, да? — Фалуэль попыталась и снова потерпела неудачу.

— Не смешивайте свет с элементом воздуха, иначе хаотичная природа воздуха всё еще больше испортит. Я имел в виду, что вы должны рассуждать так, будто воздух — это пациент, но единственный элемент, который вы при этом используете — это свет, — сказал Лит.

— Ты и правда хороший учитель, Лит, — сказал Налронд, пока Фалуэль продолжала применять их советы на практике. — Ты так много понял о Мастерстве Света, что я удивлен, как ты не разобрался с его второй половиной.

— Спасибо. Профессор Манохар сказал мне то же самое год назад, но я так и не продвинулся. Обучение Тисты и Солус помогло мне лучше контролировать...

— Я вообще-то пытаюсь учиться. Не мог бы ты, пожалуйста, заткнуться и дать мне сосредоточиться? — оборвала Лита Фалуэль.