Онлайн чтение книги Аннет Annette
1 - 168

Рейнгарт, выравнивая дыхание, быстро шёл вперёд. Огня, который освещал бы путь под ногами, не было, но дорогу открывал лунный свет. За спиной приближалась погоня. Раз уж они видели, что беглецы направились на восток, скоро непременно хлынут сюда. Ошибкой стало то, что двое стражников появились сразу после выхода из башни.

Почему они вдруг оказались там? Смена ведь должна была быть в десять.

Будь Рейнгарт один, он уже выбрался бы за стены. Будь левая рука и всё тело целы, он мог бы взвалить Аннет на спину и двигаться куда быстрее. Непредвиденные опасности накладывались одна на другую, но Рейнгарт сохранял самообладание. Сейчас можно было лишь как можно скорее покинуть замок. Сесть на коня и скрыться в лесу.

— Мы почти пришли. Ещё немного.

Он повторял это снова и снова, будто успокаивая Аннет, и крепко сжимал её руку. Сначала это было ложью, но теперь уже стало правдой. Эти слова, которыми он подгонял женщину, изнемогавшую от усталости, предназначались и ему самому. 

«Мы почти пришли. Потерпи ещё немного».

Жар начал подниматься ещё вчера. Перед глазами мутнело, бёдра слабели так, что он едва не свалился с седла. Даже после того, как стрелу вытащили, состояние не улучшилось, и, когда в башне пришлось занести меч на стражника, Рейнгарту пришлось сдержать крик. Чтобы вложить в длинный меч должную силу, нужны были обе руки.

Значит, с погоней нельзя сталкиваться. Сейчас у него не было шансов победить. Нужно было любой ценой бежать.

Рейнгарт стиснул зубы и определил направление. Когда он раздвинул кусты, доходившие до бёдер, впереди открылся спуск. Даже идя первым и ступая по камням и древесным корням, он терял время. Один он спустился бы разом, но для Аннет путь был слишком трудным.

— Ах!

Она неверно поставила ногу и покачнулась, но не упала — Рейнгарт держал её за руку. Когда они с опаской спустились по короткому крутому склону, послышался плеск воды. Ручей, протекавший с восточной стороны замка лорда и уходивший к югу, служил сточным ходом поместья, и в крепостной стене здесь имелся проём. Проход был перекрыт железной решёткой и заперт; на ней всегда висели толстая цепь и большой замок.

Тем, кто обнаружил, что надёжный с виду замок на самом деле сломан, был Эрих. Эту страшную тайну, неизвестную никому другому, он поведал только Рейнгарту, и с тех пор водосток стал для них двоих тайным ходом, по которому они украдкой выбирались за стены и возвращались обратно.

— Ты тоже храни это в тайне. Если взрослые узнают, замок заменят.

Тайна до сих пор оставалась сохранной. Когда Рейнгарт увидел, что сломанный замок всё ещё на месте, ему почудилось, будто Эрих помогает ему. Он с горькой насмешкой понимал, что думает так лишь потому, что сам хочет в это верить, и всё же находил в этой мысли утешение. Было и тяжело оттого, что теперь придётся нарушить их общий секрет.

«Бедный мой брат. До самого конца я только остаюсь перед тобой в долгу».

— Вон там! Скорее!

От крика за спиной Рейнгарт резко обернулся. Тёмное пространство вокруг озарилось сразу несколькими факелами. Погоня, уже наступавшая на пятки, поднимала невообразимый шум. Торопливый топот многих ног, звон сталкивающихся лезвий, перекличка стражников — всё это било по обострённому слуху, словно барабан.

— Они здесь! Здесь!

Когда раздался крик во всю глотку, Рейнгарт как раз распахнул железную дверцу. Пригнувшись, он прошёл сквозь решётку, протянул руку Аннет и, ухватив её ладонь, потянул наружу. Выбирать, куда ступить, было некогда, и вода в ручье громко плеснула. Аннет тоже оказалась по щиколотку в воде.

— Что ты делаешь? Скорее!

Рейнгарт впервые крикнул, торопя Бруно. Больше не было смысла скрывать шум. Факелы стражников блестели, словно глаза звериной стаи. Запах горящего масла разносился повсюду. Проклятье, враги были слишком близко.

— Быстрее!

Он крикнул ещё раз, но Бруно не двинулся. Кузнец оглянулся на стражников позади, затем снова посмотрел на них и замялся. И в тот миг, когда их взгляды встретились поверх маски, Рейнгарт понял, что тот намерен сделать.

— Идите первыми!

Коротко крикнув это, Бруно толкнул железную дверцу и захлопнул её. Ржавые петли с натугой провернулись, и резкий скрип больно резанул слух.

«Нет».

— Уходите скорее! Если вас схватят, все погибнем!

Бруно вцепился обеими руками в прутья железной решётки и закричал. Он собирался удерживать её так, собственным телом и силой. Тянуть время, чтобы стражники, даже подбежав, не смогли распахнуть дверцу и выбраться следом; чтобы Рейнгарт и Аннет успели уйти как можно дальше.

— Я сказал, бегите!

От крика кузнеца заложило уши. Рейнгарт, всё ещё держа Аннет за руку, смотрел на него. Лицо Бруно, стоявшего у решётки и сжимавшего прутья, скрывала маска. Оттого, что он не мог увидеть это лицо целиком, грудь сдавило горечью. И оттого, что Бруно тоже не видел его лица как следует.

«Отец».

Рейнгарт стиснул зубы и отвернулся. Медлить больше было нельзя. Он ясно понимал, что не сможет спасти Бруно, а потому не мог даже позволить себе колебаться. Рейнгарт знал: это мгновение оставит в груди долгую, постоянную боль, но выбора не было.

Рейнгарт не мог спасти никого.

Никого, кроме себя самого.

— Идём…

И, сжимая руку Аннет, он бросился бежать. Бежал всё быстрее, отчаяннее, лишь бы не слышать звуков за спиной. Всё сознание сосредоточилось только на собственном дыхании, на пульсе и на руке, которую он держал. Он не остановился, пока они не добрались до коня, привязанного у подножия стены.

Сначала Рейнгарт посадил Аннет в седло, затем вскочил следом. Он действовал обеими руками, но боли не чувствовал. Куда сильнее его терзала повязка, намотанная на левую руку. Запах крови, гноя и бренди, исходивший от неё.

«Отец…»

Это слово так и не сорвалось с губ. Но и проглотить его было нелегко. Рейнгарт изо всех сил сжал зубами имя, застрявшее на кончике языка, пришпорил коня и помчался к лесу.

***

«Что, чёрт побери, происходит?» Дитрих всё ещё не мог прийти в себя.

Когда стража подняла тревогу, он находился в спальне жены. Под вечер Дитрих вернулся из Императорского дворца, впервые за долгое время отужинал в графском доме и всё ещё пребывал под впечатлением от коронационного пира и дорожной усталости.

Вернувшись во флигель, он провёл время с женой, которая пришла вместе с детьми. Луиза начала кокетничать, говоря, что готова зачать третьего, и они сразу отправились в постель. Сыновей чем больше, тем полезнее, так что причин отказываться не было.

И вот, когда после спешной близости Дитрих лежал в ленивой истоме, прозвучала труба. Он и не думал, что когда-нибудь на самом деле услышит долгий троекратный сигнал.

— Стражники гнались за ними от самой башни, так? И всё равно упустили? Как вы, всей оравой, дали этому мерзавцу уйти? — Фолькер свирепо смотрел на начальника стражи и распекал его. 

Он явно намеревался переложить ответственность за случившееся на стражу, и Дитрих в этот раз тоже не мог защитить подчинённых ему рыцарей. Сэр Каспар, начальник стражи, с убитым видом попытался оправдаться:

— Была ночь, к тому же стражники плохо знают задний сад поместья, поэтому преследовать оказалось трудно. Сильно помешал и сообщник. Он упорно задерживал нас. Из-за того, что перекрыл выход из водостока…

— Так надо было скорее прикончить его и убрать с дороги!

— Дело в том, что это был кузнец Бруно…

Услышав эти слова, Дитрих на мгновение перестал дышать. Бруно. Не он один был хорошего мнения об этом искусном и прямодушном кузнеце. Все рыцари, доверявшие ему свои доспехи и оружие, ценили его мастерство. И Дитрих знал, что кузнец особенно близок с Рейнгартом.

Потому теперь он мог быть уверен, кто именно устроил всё это.

— Похоже, Бруно открыл лицо и держался у решётки, а потому стражники не решались нападать. Говорят, даже когда его пытались оттащить, он сам бросался на них. Лишь после моего прибытия я поторопил лучников и велел стрелять, но этот кузнец оказался на редкость упрям: получил несколько стрел и всё равно не отступил от железной двери.

«До такой степени близок с тем мерзавцем, что готов был отдать за него жизнь», — этого Дитрих не знал.

— Когда мы наконец оттащили тело и выбрались наружу, преступник уже исчез. Я распорядился прочесать окрестности замка, но кругом была тьма, и поиски шли трудно. Решив, что прежде следует доложить господину, я пока вернулся.

Закончив доклад, сэр Каспар крепко сжал губы. С тех пор как вошёл в эту комнату, он ни разу не встретился взглядом с Дитрихом. Впрочем, начальник стражи и сам, должно быть, был потрясён таким небывалым происшествием посреди ночи.

— Господин, прошу дозволить поднять частное войско. Мы обыщем все окрестные деревни и леса и непременно найдём их. Далеко они ещё уйти не могли, так что их вполне можно схватить.

Сэр Каспар склонил голову с мрачной решимостью на лице. Граф, сидевший в кресле, молчал; Фолькер, стоявший рядом, тяжело дышал, побелев как мертвец. Глядя на их лица, Дитрих снова убедился: эти двое знают. Знают, кто преступник.

Отец и брат знали, что человека, убившего стражника и похитившего графиню, звали Рейнгарт.