Райнгар быстро шел, пытаясь выровнять дыхание. Огня, чтобы осветить путь, не было, но лунный свет указывал дорогу. Погоня за спиной стремительно приближалась. Раз они видели, что беглецы побежали на восток, то скоро все сбегутся сюда. То, что они наткнулись на двоих стражников сразу на выходе из башни, было огромной неудачей.
Откуда они вообще взялись? Смена караула ведь в десять часов.
Если бы он был один, то уже давно выбрался бы за пределы замка. Если бы его левая рука и всё тело были в порядке, он бы подхватил Анетт на руки и двигался гораздо быстрее. Непредвиденные трудности накладывались одна на другую, но Райнгар сохранял хладнокровие. Единственное, что он мог сейчас сделать, — поскорее выбраться за стену. Сесть на лошадь и скрыться в лесу.
— Мы почти пришли. Еще немного.
Успокаивающе повторяя это раз за разом, он крепко сжимал руку Анетт. Сначала это была ложь, но теперь стало правдой. Эти слова, которые он повторял, чтобы подбодрить выбившуюся из сил женщину, предназначались и ему самому. Мы почти пришли. Потерпи еще немного.
Жар начал подниматься еще со вчерашнего дня. В глазах мутилось, а ноги слабели так, что он чуть не свалился с седла. Даже после того, как он вытащил стрелу, состояние не улучшилось, так что, когда он обрушивал меч на стражников в башне, ему приходилось сдерживать стоны от боли. Чтобы вложить всю силу в удар длинным мечом, нужны обе руки.
Значит, вступать в бой с погоней нельзя. Сейчас у меня нет шансов на победу. Нужно во что бы то ни стало убежать.
Сцепив зубы, Райнгар прикинул направление. Пробравшись сквозь заросли, доходившие до бедер, они вышли на спуск. Он шел впереди, ступая по камням и корням деревьев, но из-за этого они теряли время. Будь он один, спустился бы в два счета, но для Анетт эта дорога была слишком неровной.
— Ах!
Оступившись, она покачнулась, но Райнгар удержал её за руку, не дав упасть. С трудом преодолев короткий крутой склон, они услышали шум воды. Ручей, протекавший с восточной части замка и уходивший на юг, служил стоком для поместья, поэтому в крепостной стене был проход. Его перекрыли железной решеткой и заперли дверь, на которой всегда висели толстая цепь и огромный замок.
Именно Эрих обнаружил, что этот внушительный замок на самом деле сломан. Он доверил эту огромную тайну только Райнгару, и с тех пор этот водосток стал их тайным ходом, через который они вдвоем пробирались наружу.
«Ты тоже держи это в строгом секрете. Если взрослые узнают, они заменят замок».
Этот секрет всё еще был в сохранности. Увидев всё тот же сломанный замок, Райнгару показалось, будто Эрих помогает ему. Он горько усмехнулся, понимая, что это лишь его фантазии, но всё же это придавало сил. Было также немного грустно от того, что придется нарушить их общую тайну.
Мой бедный брат. Я так и останусь в долгу перед тобой до самого конца.
— Они там! Скорее!
Услышав крики сзади, он резко обернулся. Окрестности, окутанные тьмой, ярко осветились десятками факелов. Погоня, настигающая их по пятам, подняла невероятный шум. Стук множества спешащих ног, звон сталкивающегося оружия и крики, которыми они перекликались, били по его обостренному слуху, как барабан.
— Они здесь! Здесь!
Когда Райнгар распахнул железную дверь, раздался крик, от которого, казалось, сорвется голос. Пригнувшись и пройдя сквозь решетку, он протянул руку Анетт и, схватив её за протянутую в ответ ладонь, вытащил наружу. Не было времени даже выбирать, куда наступить, поэтому они шлепали прямо по ручью. Анетт тоже оказалась в воде по щиколотку.
— Чего вы стоите? Быстрее!
Впервые повысив голос, он поторопил Бруно. Скрываться больше не было смысла. Факелы стражников сверкали, как глаза стаи хищных зверей. Везде пахло горящим маслом. Проклятье, они слишком близко.
— Быстрее!
Райнгар крикнул еще раз, но Бруно не сдвинулся с места. Обернувшись на стражников позади, он посмотрел на Райнгара и замешкался. И когда их взгляды встретились поверх маски, Райнгар понял. Понял, что тот собирается сделать.
— Идите первыми!
Коротко крикнул Бруно и с силой захлопнул железную дверь. Звук с силой проворачивающихся ржавых петель противным скрежетом резанул по ушам.
Нет.
— Уходите быстрее! Если вас поймают, мы все умрем!
Крикнул Бруно, вцепившись обеими руками в прутья железной двери. Он собирался стоять так, держась за решетку до последнего. Чтобы, когда стражники подойдут, они не смогли открыть дверь и выйти, чтобы выиграть время и дать Райнгару и Анетт возможность убежать как можно дальше.
— Я сказал, уходите быстрее!
От рева кузнеца заложило уши. Райнгар, держа Анетт за руку, смотрел на него. Лицо Бруно, вцепившегося в прутья, было скрыто маской. Райнгару было больно от того, что он не может увидеть его лицо целиком. И от того, что тот тоже не может толком рассмотреть его лицо.
Отец.
Сцепив зубы, Райнгар отвернулся. Времени на промедление больше не было. Совершенно ясно, что он не сможет его спасти, поэтому и думать было не о чем. Он знал, что этот момент оставит в его сердце глубокую, не заживающую рану до конца его дней, но выбора не было.
Райнгар никого не мог спасти. Кроме самого себя.
— ...Идем.
И он снова побежал, крепко сжимая руку Анетт. Он бежал отчаянно, быстрее прежнего, стараясь не слышать звуков за спиной. Всю свою концентрацию он обратил на свое дыхание, биение пульса и крепко сцепленные руки. Он не останавливался, пока они не добрались до лошади, привязанной под крепостной стеной.
Сначала он посадил в седло Анетт, а затем запрыгнул сам. Хоть он и использовал обе руки, боли он не чувствовал. Его грудь рвало от другого — от бинтов, обмотанных вокруг левого предплечья. От запаха крови, гноя и бренди, исходившего от них.
Отец...
Это слово так и не сорвалось с его губ. Но и проглотить его было нелегко. Крепко сжав зубами имя, вертящееся на кончике языка, Райнгар пришпорил коня и поскакал в сторону леса.
Что, черт возьми, происходит. Дитрих всё еще не мог прийти в себя от изумления.
Когда зазвучал сигнал тревоги стражи, он был в спальне жены. Вернувшись из императорского дворца поздно вечером, они устроили долгожданный ужин в поместье графа, наслаждаясь послевкусием банкета по случаю коронации и усталостью от поездки.
Вернувшись во флигель, он провел время с женой, которая привела детей. Поскольку Луиза кокетливо заявила, что готова к рождению третьего ребенка, они сразу же отправились в постель. Чем больше сыновей, тем лучше, так что причин отказывать не было.
После торопливого совокупления он лениво лежал в постели, когда затрубил рог. Он и не думал, что когда-нибудь наяву услышит три протяжных звука рога, означавших вторжение.
— Вы говорите, стражники гнались за ними от самой башни? И всё равно упустили? Как вы могли толпой упустить одного человека?
Волкер свирепо уставился на капитана стражи, отчитывая его. Он явно намеревался переложить ответственность за случившееся на стражу, и Дитрих, как бы ему ни хотелось, на этот раз не мог вступиться за своих рыцарей. Капитан стражи Каспар с мрачным лицом попытался оправдаться:
— Была ночь, и стражники плохо ориентируются в саду за особняком, поэтому преследование было затруднено. К тому же их сообщник отчаянно нам мешал. Он загородил собой дверь, ведущую в водосток, поэтому...
— Так надо было быстрее убить его и убрать с дороги!
— Дело в том, что это был кузнец Бруно...
Услышав эти слова, Дитрих на мгновение затаил дыхание. Бруно. Не он один хорошо относился к этому умелому и простодушному кузнецу. Любой рыцарь, доверявший ему свои доспехи и оружие, ценил его мастерство. Дитрих также знал, что кузнец был особенно близок с Райнгаром.
Поэтому он был совершенно уверен. Кто именно стоял за всем этим.
— Бруно снял маску, и стражники, узнав его, заколебались. Когда они попытались оттащить его, он начал отбиваться. Лишь когда прибыл я и приказал лучникам стрелять, дело сдвинулось с мертвой точки. Но этот кузнец оказался таким упрямым, что даже с несколькими стрелами в теле не отпускал железную дверь.
Я и не знал, что они настолько близки, что он готов пожертвовать жизнью ради него.
— Когда мы наконец отодрали его труп и вышли наружу, преступник уже скрылся. Я разослал солдат прочесать окрестности замка, но из-за кромешной тьмы поиски не увенчались успехом. Я решил, что сначала должен доложить милорду, поэтому вернулся.
Закончив доклад, сэр Каспар плотно сжал губы. С тех пор как он вошел в эту комнату, он ни разу не встретился взглядом с Дитрихом. Должно быть, он и сам был в растерянности от этого беспрецедентного события, развернувшегося посреди ночи.
— Милорд, прошу вашего разрешения поднять личную армию. Мы прочешем каждую деревню и лес в округе и найдем их. Они не могли уйти далеко, так что мы обязательно их поймаем.
Сэр Каспар поклонился с решительным лицом. Граф, сидевший в кресле, молчал, а стоявший рядом Волкер тяжело дышал, позеленев от злости. Наблюдая за их реакцией, Дитрих убедился в этом еще раз. Эти двое знают. Кто преступник.
Отец и брат знали, что человек, убивший стражников и похитивший графиню, — это Райнгар.
Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления