Встать с постели — задача не из лёгких, но зимой это даётся с особой трудностью.
Хотя Бёль не была особо чувствительна к холоду, вылезать из тёплого одеяла ей всегда не хотелось — воздух казался ледяным. С неохотой она зарылась обратно под одеяло и снова задремала. Наконец у неё заурчало в животе, и, немного повертевшись, она скатилась с кровати, с мягким стуком приземлившись на пол.
Она приоткрыла дверь и направилась в гостиную.
До Джун сидел за обеденным столом и читал газету. Заметив Бёль, он поднял голову и улыбнулся. Увидев папу, Бёль сразу повеселела и вперевалочку подошла к нему, чтобы забраться на колени. Стоило ей прислониться к его груди, как она заметила, что сердце бьётся медленнее, чем у остальных людей.
Когда рука Бёль коснулась его шеи, она моргнула. Там не было привычного тепла — лишь сухой холод. Сосредоточенно нахмурившись, она слезла с отцовских колен.
До Джун в недоумении склонил голову набок, но тут же продолжил собираться на работу.
*
В Отделе управления разломами при мэрии Сеула сотрудники начали подтягиваться к офису около 8:40 утра.
Пришедший пораньше До Джун просматривал ранги и характеристики законтрактованных охотников, когда мимо него прошёл мужчина средних лет и занялся своими делами.
До Джун слегка поклонился и поприветствовал Чхоль Су:
— Доброе утро, начальник.
— А, утро. Бр-р, сегодня жуткая холодина. Ты только глянь на этот снег.
Чхоль Су ёжился от холода и торопливо включал обогреватель у своего стола. Поверх костюма на нём была надета дутая куртка, а на шее красовался шарф, да и перчатки он снимать не стал. Утренняя температура упала ниже -10 °C, и это отлично чувствовалось.
— Скажи ведь, холодно, До Джун? — с сомнением спросил он.
— Да?.. Ну, прохладно.
— Вот видишь? А по тебе и не скажешь, что ты замёрз.
Одета До Джуна была довольно легко: белая рубашка да синий вязаный свитер. Пальто висело на спинке стула. И хотя в офисе стоял холодок — центральное отопление включали только в девять утра, — сам До Джун казался совершенно невосприимчивым к морозу.
— Включил бы ты обогреватель, а то околеешь нафиг, — посоветовал ему Чхоль Су.
Хмыкнув, До Джун послушно включил обогреватель.
К 8:55 утра в помещение влетел Хёк Су с покрасневшими от мороза ушами и носом. Вид у него был такой, будто он промёрз до костей. Дутой куртки на нём не было, зато имелись перчатки и шарф.
— Тебе совсем не холодно, До Джун?.. — спросил он, заметив лёгкий наряд коллеги.
— Я в порядке.
Хёк Су покосился на стол До Джуна, где лежало лишь одинокое пальто. Он явно собирался что-то сказать, но осёкся, откашлялся и молча сел на своё место. С тех пор как Хёк Су узнал истинную личину Изааса, он чётко усвоил, что До Джун — далеко не обычный человек.
— Слушайте, мало что на свете сравнится по гадости с простудой зимой. По утрам хотя бы шарф надевай. Болеть — это пиздец как паршиво, — пробормотал Чхоль Су, вытирая нос салфеткой.
*
Когда До Джун ушёл на работу, Бёль надела свой парадный наряд для выхода в свет и отправилась в город, прихватив любимый кошелёк в виде мишки. Добравшись до центрального торгового квартала, она заглянула в магазин одежды Пака Докбэ. Звон дверного колокольчика привлёк внимание владельца, и он повернулся к входу.
— Здравствуйте! — бодро поприветствовала его Бёль.
— Ха-ха, что-то ты сегодня рано.
По понедельникам Бёль совершала свой ритуал приветствий на центральном рынке, здороваясь со всеми лавочниками и поднимая им настроение.
Пак Докбэ приготовил идеальную чашку тёплого чая из юльму — не слишком горячую и не слишком остывшую — и протянул девочке.
— Спасибо! — радостно отозвалась Бёль.
Пак Докбэ улыбнулся её безупречным манерам. Как такая малышка могла быть настолько вежливой?
Бёль выпила чай до последней капли, а затем принялась расхаживать по магазину, заложив руки за спину. Наконец она остановилась у витрины с шарфами и замерла, задумчиво разглядывая каждый.
— Ищешь шарфик? — спросил Пак Докбэ.
— Угу!
— Не спеши, осмотрись хорошенько. Как тебе этот? С изображением Поророна, очень милый.
Шарф с мордочкой пингвина в очках сразу привлёк внимание Бёль. На мгновение её глазки загорелись, но вскоре она покачала головой:
— Он не для меня.
— Хм?
— Я сегодня папе хочу купить.
— Ого, какая же ты заботливая! Решила порадовать папочку?
— Ага!
С этими словами Бёль принялась с усердием изучать взрослые шарфы. Она коснулась синего шарфа и потёрла его между пальцами.
— Дяденька!
— Да?
— А из чего эта шмотка сделана?
— Это шерсть.
— Она хорошая?
— Ну, неплохая.
Бёль прижала шарф к щеке, а затем отстранила его, не выказав особого восторга. Похоже, он её не впечатлил.
Она переключилась на длинный чёрный шарф:
— А этот?
— А это кашемир. Шерсть высшего качества.
— Понятно.
Когда она приложила его к лицу, мягкая текстура приятно защекотала щёки. Бёль широко улыбнулась — этот вариант ей явно пришёлся по душе.
— Слушай, а с чего это ты вдруг решила купить папе шарф?
— У папы шейка мёрзнет. Ему нужен шарф, чтобы не заболеть.
Пак Докбэ, пребывавший в статусе холостяка, вдруг почувствовал непреодолимое желание жениться и завести ребёнка. Он невольно улыбнулся, глядя на столь чистого и доброго ребёнка.
Кашемировый шарф, который так приглянулся Бёль, стоил 59 000 вон — для неё это были неподъёмные деньги. Подумав пару секунд, Пак Докбэ вытащил из ящика под кассой чистый лист бумаги.
— Бёль, я сегодня был первым, с кем ты поздоровалась?
Бёль кивнула. Магазин Пака Докбэ как раз попадался на глаза первым при входе на центральный рынок.
— Можешь мне помочь? Я дам тебе этот листок, и если ты соберёшь подписи во всех магазинах, куда сегодня заглянешь, я отдам тебе этот шарф в награду.
— Плавда?..
— Правда.
Бёль бережно приняла бумагу из его рук:
— Я скоро вернусь!
— Удачи тебе и хорошего дня.
*
Лавочники центрального торгового квартала вовсю подметали дорожки перед своими магазинами. За ночь выпало немало снега, и тротуары скрылись под сугробами; работа предстояла хлопотная, но торговцы с улыбками на лицах усердно махали мётлами.
Причина была простой — скорое появление понедельничной феи. Меньше всего на свете они хотели, чтобы малышка поскользнулась и упала возле их заведений.
Чхве Ёрим, державшая в торговом квартале салон красоты, заметила ковыляющую к ней Бёль. На её лице расцвела широкая улыбка.
— Здравствуйте! — с вежливым поклоном поприветствовала её Бёль.
Чхве Ёрим тут же достала смартфон и сфотографировала девочку. Она решила поставить снимок на заставку — на память.
— Ха-ха, и тебе привет, Бёль.
— Вы ведь приняли моё приветствие, да? — уточнила Бёль.
— Да, конечно.
— Тогда распишитесь здесь!
— А?
В ручонках Бёль держала листок бумаги, где были перечислены названия магазинов торгового квартала, а рядом красовались пустые строчки.
— Это попросил дяденька из магазина одежды, — пояснила Бёль.
— Вот как?
— Угу. Если я это сделаю, он подарит мне шарф.
— О-хо-хо, ну разумеется! Конечно распишусь.
Чхве Ёрим догадалась, что под дяденькой из магазина одежды скрывался не кто иной, как Пак Докбэ. Поразмыслив над тем, зачем ему понадобилась эта затея, она быстро раскусила его истинный умысел. Тихонько хихикнув про себя над желанием мужчины найти повод сделать ребёнку подарок, она оставила свою подпись.
— Спасибо большое! — Бёль глубоко поклонилась в знак благодарности.
— Какая же ты прелесть, — улыбнулась Чхве Ёрим.
*
Получив подпись Чхве Ёрим, Бёль продолжила свой обход, приветствуя владельцев лавок и собирая автографы. Она заглянула в круглосуточные магазинчики, пекарни, салоны сотовой связи, китайские рестораны, кафе, закусочные с лапшой и многое другое. Каждый торговец охотно расписывался с улыбкой на лице и неизменно совал Бёль конфетку или шоколадку в качестве угощения. Наконец довольная Бёль вернулась в магазин одежды Пака Докбэ, с аппетитом посасывая леденец.
— Дяденька, я собрала все подписи!
Пак Докбэ уже заранее подготовил кашемировый шарф: аккуратно сложил его, уложил в пакет и спрятал в фирменный бумажный пакет.
Бросив лишь беглый взгляд на принесённый Бёль исписанный лист, он произнёс:
— Спасибо! Ты мне очень помогла, Бёль.
— Я хорошо справилась?
— Ха-ха, ещё бы! Держи обещанный подарок.
Увидев чёрный шарф на дне бумажного пакета, Бёль пришла в неописуемый восторг и радостно запрыгала на месте.
*
Когда До Джун вернулся с работы домой, Бёль со всех ног бросилась к нему навстречу. Он усмехнулся и погладил её по голове.
— Папа, у меня для тебя кое-что есть! — выпалила она.
— Кое-что?
— Да!
Бёль принесла бумажный пакет, который предусмотрительно спрятала за диваном.
Внутри обнаружился тот самый чёрный шарф. До Джун вытащил его и заметил между складками записку. Письмо было от Пака Докбэ, который объяснял, что шарф — это подарок в знак благодарности за помощь с поручением. Он уточнял, что решил написать это письмо, чтобы избежать любых недопониманий или чувства неловкости из-за подарка.
— Теперь у тебя есть шарфик, и ты не замёрзнешь? — с надеждой спросила Бёль.
— М-м?
— Ты ведь теперь не простудишься, да?
До Джун вспомнил, как утром Бёль трогала его за шею и озадаченно моргала. Оказывается, всё это время она переживала за него.
— Да, ты абсолютно права. Раз у меня теперь есть эта вещь, я в полном порядке. — Сердце До Джуна приятно потеплело.
*
На следующий день снегопад продолжился.
Выйдя на станции мэрии Сеула, До Джун зашагал по заснеженным тротуарам под тихое скрипение снега под ногами. Его наряд почти не изменился — рубашка и галстук под свитером, а сверху пальто. Единственным отличием стал обёрнутый вокруг шеи шарф.
Двери лифта открылись с тихим звонком, и он добрался до своего кабинета. Повесив пальто и шарф на стул, он включил ноутбук, заварил чашку чая и принялся за работу.
С наступлением нового года был объявлен график аттестационных экзаменов для ранжирования охотников. До Джун начал распределять даты тестов между законтрактованными охотниками в соответствии с их рангами.
Раздался лёгкий зуммер, автоматические двери Отдела управления разломами раздвинулись, и в помещение вошёл трясущийся от холода мужчина средних лет в дутой куртке.
— Доброе утро, начальник, — поприветствовал его До Джун.
— А, утро, утро. Господи, ну и дубак сегодня... О?
Чхоль Су споткнулся на ходу, заметив шарф, небрежно брошенный на спинку стула До Джуна.
— До Джун, ты сегодня в шарфе!
— Да.
— Ну как ощущения? Шарф ведь в корне меняет дело, правда?
До Джун улыбнулся и кивнул:
— И правда меняет.
Было тепло.