Вернувшись с десятого этажа Ядра, До Джун поужинал, принял душ и отправился в спальню, чтобы обновить путеводитель по Ядру на основе информации, собранной с десятого этажа. Это включало документирование местности, особенностей, появления монстров и типов испытаний. Главное было свести критические точки к понятному формату.
Затем До Джун заглянул в Сундук Ивалы. Он был заполнен Скрытыми Осколками, собранными во время исследования каждого этажа, а также артефактами, полученными от Имфельхейма в обмен на кимбап. К этому моменту Сундук Ивалы практически превратился в сокровищницу.
«Может, избавиться от чего-нибудь из этого, когда будет время?» — подумал До Джун, бросив взгляд на хмурое небо за окном.
На вечер было объявлено штормовое предупреждение. Снаружи лил дождь, словно в небе пробили дыру. Внезапно из темного, затянутого тучами неба вырвалась яркая вспышка молнии, за которой последовал громкий раскат грома.
Из спальни До Джун посмотрел на гостиную, где дети, сбившись в кучу, о чем-то болтали. Прислушавшись, он понял, что они собираются посмотреть фильм ужасов, а после него поиграть.
До Джун сидел за своим столом, освещенным лишь маленькой лампой, работал за ноутбуком и попивал кофе из стоящей рядом чашки.
*
Потушив весь свет, До Джун присоединился к детям в гостиной, чтобы посмотреть фильм ужасов.
«Тэд, нет! Если ты откроешь эту дверь, то умрешь!»
Название фильма, «Штормовая ночь», идеально подходило под погоду за окном. В нем рассказывалось о ребенке, оставшемся дома одном, пока родители были в командировке, и выживающем при встречах с различными призраками, прячущимися в доме.
Гром и молния от настоящей бури за окном эхом разносились по дому.
— Страшно! — Бёль, которая легко пугалась, залезла До Джуну на колени, крепко зажмурившись.
Она явно хотела, чтобы фильм закончился как можно скорее, и каждую минуту спрашивала, не кончился ли он еще. Фильм имел возрастное ограничение от семи лет, и гротескные призраки вместе с неожиданными моментов испуга были для нее явно слишком тяжелы.
— А вдруг призраки меня утащат? — испуганно спросила Бёль, почти на грани слез.
— Бёль, не переживай. Таких призраков в реальном мир... — Карсиэль как раз собиралась успокоить Бёль, как в идеальном синхроне со вспышкой молнии в фильме снова грянул гром.
Карсиэль тоже вздрогнула и прижалась к До Джуну. Похоже, она тоже боялась фильма. Тем временем Юн Хи, которая была наиболее уязвима к жанру ужасов, закрыла глаза руками, осторожно подглядывая сквозь пальцы.
— И что тут страшного? — спросил Ён-Ён, совершенно не впечатленный фильмом. Он оставался спокойным и равнодушным. Удивительно, но он всегда был равнодушен к фильмам ужасов.
Фильм закончился через полтора часа, и До Джун включил свет в гостиную. Лица детей были бледными, а страх усиливался из-за продолжающейся за окном грозы.
— Пора играть в игру, — объявил Ён-Ён.
Правила были просты: каждый должен был провести линию на игровой доске с лестницей. Неудачник, которого выберет лестница, должен был в качестве наказания спать один в гостиную. Естественно, Бёль была освобождена от игры, а остальные четверо — До Джун, Ён-Ён, Карсиэль и Юн Хи — участвовали.
До Джун не помнил, чтобы когда-либо соглашался присоединиться к игре, но почему-то оказался в нее втянут.
— Все, рисуем по одной линии. Давайте честно.
Ён-Ён, Карсиэль и Юн Хи добавили по линии к игре в лестницу, набросанной в блокноте. Тот, кто попадал на «X», застревал в одиночестве на ночь в гостиной.
До Джун посмотрел на их лица, заметив их тревогу по поводу возможности проиграть. Вздохнув, он незаметно подкорректировал лестницу, дорисовав несколько линий еще до начала игры. Благодаря его вмешательству никто из детей не попал на «X». Ён-Ён, казалось, было все равно, но и Карсиэль, и Юн Хи испустили тяжелые вздохи облегчения. Затем они кое-что осознали.
— Значит... проигравший — это...
До Джун пожал плечами, направился в спальню, взял одеяло и подушку, а затем вернулся в гостиную.
Он постелил одеяло на пол, положил сверху подушку и сказал:
— Уже поздно. Идите спать, все.
Было уже одиннадцать часов вечера.
*
Прошло немало времени с тех пор, как До Джун спал в одиночестве. Слегка прикрыв глаза, он начал регулировать внутреннюю энергию с помощью техники контроля дыхания, очищающей ци и делающей ее более чистой. Обычно для этого требовалось сидеть в позе для медитации и глубоко сосредоточиться, но До Джун давно превзошел подобные ограничения. Он мог войти в состояние глубокой концентрации в любой момент, когда пожелает.
Затем кто-то мягко шурша забрался под его одеяло и прижался к груди. Это была Бёль. До Джун осторожно приподнял одеяло и заглянул ей в глаза. Моргая своими большими глазами, Бёль смотрела на него в ответ.
— Почему ты не спишь в своей комнате? — спросил он.
— Страшно. А тебе не страшно, папа?
До Джун никогда не испытывал страха. Он никогда не оказывался в ситуациях, которые этого требовали. Но что могло быть так страшно для Бёль, которая спала в окружении других на одной кровати? До Джун не совсем понимал, но просто тихонько усмехнулся, решив не придавать этому значения.
— Тогда хочешь поспать с папой?
— Да!
До Джун погладил ее по голове, прислушиваясь к мягкому стуку ее крошечного сердечка. Постепенно звук стал тише, так как она расслабилась и закрыла глаза.
— Тепло, хи-хи, — пробормотала Бёль на пути в страну снов.
Тихонько мыча про себя, До Джун возобновил контроль дыхания.
*
В час ночи дверь спальни со скрипом отворилась, за ней послышались тихие шаги.
До Джун приоткрыл глаза.
— П-прости, хозяин. Я... я разбудила тебя? — Это была Карсиэль.
— Нет, я уже не спал.
— Не думала, что именно ты будешь спать снаружи. Я была уверена, что ты спишь со всеми нами... Даже с юным господином и Изаасом мне все равно было так страшно без тебя. Я не вынесла.
До Джун посмотрел вниз на Бёль, которая прижалась к его груди и крепко спала. Может быть, она чувствовала то же самое. И все же, когда в его комнату пробирались уже два человека, это казалось меньше похожим на наказание и больше — на привилегию.
— Так... можно мне... поспать рядом с тобой? — спросила Карсиэль.
Как он мог отказать, когда она так искренне просила?
Выдохнув, До Джун кивнул:
— Неси подушку.
Лицо Карсиэль озарила яркая улыбка.
— Слушаюсь, хозяин!
Она схватила маленькую подушку, которой пользовалась, положила ее справа от До Джуна и легла с довольной улыбкой.
*
В три часа ночи дверь спальни снова со скрипом открылась.
До Джуну не нужно было проверять, кто пришел — он уже знал. Дракон громко храпел в другой комнате, так что оставался только один вариант: Юн Хи.
Снаружи бушевал проливной дождь, и звуки грома эхом разносились повсюду.
Юн Хи вошла в комнату, крепко прижимая к груди подушку и вздрагивая от каждого раската грома. Она бросила взгляд на Бёль, свернувшуюся калачиком на груди До Джуна, и на Карсиэль, мирно спящую справа от него. Затем, заметив пустое место слева от него, она засомневалась.
Она помахала рукой перед лицом До Джуна. Убедившись, что он спит, она с облегчением выдохнула. Затем с легким шлепком положила рядом подушку и осторожно забралась под одеяло с левой стороны от него. Вспышка молнии и последовавший за ней гром заставили Юн Хи ахнуть, но вместо того, чтобы закричать и всех разбудить, она прижалась телом ближе к До Джуну.
— Хм, не думала, что отец будет спать на полу... — тихо пробормотала она, прижимая левую руку До Джуна к груди.
Может, дело было в тепле, но несмотря на бурю снаружи, Юн Хи перестала дрожать. Вместо этого она начала ровно дышать и погрузилась в глубокий сон.
До Джун предпочел промолчать.
*
В четыре часа утра Ён-Ён сладко зевнул и проснулся посреди ночи.
Хотя они и смотрели страшный фильм раньше, присутствие остальных мешало ему бояться. По крайней мере, так должно было быть.
— Ч-что за дела? Где все?
Кровать была пуста, а Карсиэль, Бёль и Юн Хи нигде в спальне не наблюдалось. На мгновение лицо Ён-Ёна слегка побледнело. Мрачная погода на улице, точно как и предсказывал прогноз, тоже не добавляла спокойствия.
Он открыл дверь и вышел в гостиную, только чтобы обнаружить, что все спят там вместе с До Джуном. Тем временем кровать в спальне пустовала.
Почему все оказались здесь?
В этот момент Ён-Ён почувствовал, что проигравшим в игре был он, а вовсе не До Джун.
Он перевел взгляд с пустой спальни на гостиную и обратно, после чего наконец закрыл дверь спальни. Он подошел к постеленному на полу одеялу и приполз к тому месту, где чьи-то ноги были вытянуты во всю длину. Свернувшись калачиком, он тихо захрапел.
*
Чирик-чирик.
Сильный ночной дождь прекратился, словно все это было лишь сном. Небо за балконным окном было светлым и чистым, без единого облачка на горизонте.
Было восемь часов утра. Обычно в это время уже нужно просыпаться, но сегодня было воскресенье.
До Джун, только что закончивший утреннюю медитацию, собирался приподняться, но замер. Сверху крепко спала Бёль. По обе стороны от него расположились Юн Хи и Карсиэль. А в ногах, свернувшись калачиком, лежал Ён-Ён.
По условиям игры он должен был спать один в гостиной и проснуться в одиночестве. И тем не менее каким-то образом все члены семьи оказались здесь, мирно посапывая вместе.
— М-м-м... Больше не могу есть, — пробормотал во сне Ён-Ён.
До Джун проснулся в утро, ничем не отличающееся от любого другого. Единственным отличием была комната, в которой они провели ночь. Он намеренно подстроил игру так, чтобы остальная семья могла нормально выспаться в спальне.
До Джун встал, используя технику скрытности «Ступающий по Снегу», двигаясь бесшумно и не оставляя следов, чтобы случайно никого не разбудить. Он прибавил на одно деление температуру на электрическом коврике, разостланном на полу гостиной. Затем он принес из спальни дополнительное одеяло и накрыл их.
Посидев какое-то время на диване и подперев подбородок рукой, он смотрел на спящую семью. Затем он достал смартфон и нажал на значок камеры.
Щелк!
Один снимок запечатлел всю семью в мирный момент.
До Джун установил эту фотографию в качестве обоев на телефоне. С легкой улыбкой он направился на кухню, планируя заняться приготовлением завтрака.