После расслабленного уик-энда большинство офисных работников столкнулись с тем, что обычно называют хандрой понедельника. Усталость и вялость делали их лица тусклыми. Однако исследователи из Центрального исследовательского центра при Бюро охотников, который часто именовали Лабораторией, отличались от них.
Дело было вовсе не в избытке энергии. Напротив, для этих сотрудников ночные смены и работа по выходным являлись привычным делом, так что хандра понедельника не имела для них никакого значения. Они просто ходили с обычными измождёнными лицами.
Среди них выделялся мужчина лет под сорок с небритым уже несколько дней лицом и запавшими от усталости глазами. Это был Чхве Хочхоль, начальник Отдела артефактов и монстров в Центральном исследовательском центре. Бывший профессор Пенсильванского университета, он до пяти лет назад работал в Институте перспективных исследований в Принстоне, пока Ёнчул лично не прилетел в Нью-Джерси, чтобы попросить его занять эту должность в Бюро охотников.
— Надо было тогда отказаться, — пробормотал Хочхоль про себя.
— Ой, брось. По крайней мере, теперь тебе не нужно жить далеко от семьи, — ответил кто-то на его ворчание.
— И какая разница? Когда я возвращаюсь домой, дети уже спят. Я не видел их уже несколько дней.
— И всё же видеть их вживую лучше, чем ничего.
— Пожалуй. В Штатах у меня были только видеозвонки... Эйк! Сэр?!
Решив, что болтает с коллегой-исследователем, Хочхоль чуть не выпал из кресла, когда понял, с кем именно разговаривает.
Он окончательно потерял равновесие и свалился со стула, приземлившись прямо на задницу. Ёнчул усмехнулся, небрежно усаживаясь на стул и оглядывая заваленный бумагами стол перед собой. Тот был усеян разбросанными повсюду экспериментальными данными и возвышающейся стопкой кофейных стаканчиков высотой по меньшей мере в шесть штук.
— Сколько ты уже спишь на этой раскладушке? — спросил его Ёнчул.
— С пятницы, сэр. А нет, кажется, с четверга. Получается, около четырёх дней.
Хочхоль отряхнул лабораторный халат и тяжело вздохнул. Его мысли вернулись к исследованию восьмого этажа, о котором Бюро охотников объявило несколько дней назад.
— Сэр, честно говоря, было бы неплохо получить предупреждение до того, как вы объявите об этом в прессе. Я ведь всё-таки глава главного центра. Мои сотрудники спрашивают, не утратила ли Лаборатория своё влияние, а я даже не знал, что им ответить.
— Прости за это. Как насчёт того, чтобы искупить вину неожиданным заданием? Не мог бы ты просмотреть эти документы? Дедлайн — воскресенье.
— Вы... вы правда сожалеете? — Вздохнув, Хочхоль взял бумаги.
В них содержались секретные данные о Скрытых элементах, которые в настоящее время находились в распоряжении гильдии «Бегемот». Каждый из них обладал чудовищными характеристиками. Его задачей было проанализировать, как они сочетаются друг с другом, и определить наиболее эффективную комбинацию.
Как и всегда, Скрытые элементы, которые три Первых охотника гильдии «Бегемот» должны были использовать для исследования восьмого этажа, уже были отобраны.
[Теневой Рог]
[Костяное ожерелье Этигана]
[Сумеречный Странник]
Только что Хочхоль шутил с Ёнчулом, но теперь его лицо посерьёзнело при изучении документов.
— Сэр, вы как-то упомянули, что есть конкретный исследователь, который готовит эти стратегии. Кто это? Не пора ли мне рассказать? — спросил он.
— С чего это ты вдруг заговорил об этом?
— Мне просто любопытно. На самом деле, очень любопытно. Мои исследователи тратят дни и ночи на поиски решений, но ответы, которые вы нам даете, всегда совпадают. Как я могу не интересоваться? Откуда они? Из Чеила? Хёнсуна?
Чеил и Хёнсун были вторым и третьим по величине исследовательскими институтами после Бюро охотников. Полный решимости добиться ответа, Хочхоль сузил взгляд. От этого напряжения Ёнчул чуть откинулся назад.
Он произнёс:
— Почему ты сегодня такой упрямый? В общем, мне пора идти.
— Ну же, сэр, хотя бы намёк. Назовите хотя бы инициалы.
Вместо ответа Ёнчул просто кивнул на полку. На ней лежала папка — исследовательское предложение, поданное стажёром в прошлом году. Из её страниц торчали разноцветные стикеры. На тот момент это была самая высоко оцененная заявка.
«Понимание и практическое управление разломами»
— Ну что ж, я пойду.
Автоматические двери закрылись за Ёнчулом, и Хочхоль остался один в исследовательском центре. Он потянулся за папкой и посмотрел имя на ней.
— Ли Доджун...
Он уже видел это имя раньше. Год назад он приглашал его в Лабораторию для обсуждения активности монстров, связанных с артефактами. С тех пор пролетел целый год.
*
Тем временем в кабинете, который теперь казался ему почти родным, Изаас развалился на специальной подушке в углу стола Ли Доджуна. Ёнжи из административного отдела недавно купила для него лежанку, опасаясь, что он подхватит простуду, если и дальше будет оставлять живот открытым на холодном столе. Изаасу она очень полюбилась, да так, что он стал наведываться в мэрию через день.
Зевая, он лениво перекатился на подушке. Сотрудники оставляли рядом с ним лакомства, и Изаас погрызывал их всякий раз, когда ему становилось скучно. В результате он с каждым днем явно округлялся, и это была вовсе не иллюзия.
— Боже мой, какой он милый, — восхитилась Ёнжи.
Вернувшись из туалета, она направилась к своему столу, но заметила, что Доджуна на месте нет. Хихикая, она на цыпочках подошла к Изаасу и похлопала его по спине. Ей хотелось почесать ему и животик, но она знала, что он начнет ворчать, поэтому сдержалась.
— Старший специалист Квон, — позвала она Хёксу.
— Хм?
— Тебе не кажется, что Изаас... ну, немного похож на дракона?
Хёксу на мгновение окаменел, даже не осознав этого.
— Э-э... Откуда мне знать.
— Я имею в виду, он похож на мини-дракона, — пояснила она. — Цифра на его лбу, рога... Всё в нем прямо-таки кричит... дракон.
В этот момент Ли Доджун вернулся с совещания из другого отдела. Отчитавшись перед Чхольсу, он занял свое место. Изаас едва приоткрыл глаза, прежде чем скатиться с подушки и забраться Доджуну на колени. Свернувшись калачиком, он несколько раз кивнул головой и задремал.
Ёнжи усмехнулась и заметила:
— Похоже, колени его хозяина — лучшее для него место.
Доджун подумал о том, чтобы пересадить его, но решил не делать этого. Тяжелым он не был, и по крайней мере в таком положении зверёк не станет бегать вокруг и отвлекать от работы.
Затем зазвонил его рабочий телефон, побуждая Доджуна ответить:
— Мэрия Сеула, Отдел управления разломами, у аппарата Ли Доджун.
В трубке раздался мужской голос.
— Здравствуйте. Это Чхве Хочхоль, директор Центрального исследовательского центра Бюро охотников. Надеюсь, вы меня помните, инспектор Ли.
*
Центральный исследовательский центр делился на различные исследовательские направления со второго по одиннадцатый этажи: окна статуса, навыки пробуждения, монстры, разломы, артефакты и многое другое. Доджун вышел из лифта на седьмом этаже и последовал за Хочхолем по коридору научно-исследовательского института. Изаас семенил рядом с Доджуном, подстраиваясь под его шаг. Его глаза искрились от любопытства, когда он осматривал окрестности, очарованный интерьером исследовательского центра.
— Я знаю, что вы, должно быть, заняты своими служебными обязанностями. Спасибо, что нашли время прийти, — выразил свою признательность Доджуну Хочхоль.
— Ничего страшного. Это ничто по сравнению со всей помощью, которую вы оказали мне, когда я был стажёром.
— О нет. Это мне помогали. Мне следовало узнать вас тогда. Когда я увидел подробности в приложении к проекту, то был просто шокирован. Вы знаете, сколько разломов находится в ведении Бюро охотников? И тем не менее, вы перечислили каждый тип монстров, найденных в них...
Хочхоль вспомнил эксперименты, которые они с коллегами проводили в то время над недокументированными особенностями монстров. Они исследовали, как температура сердца орка влияет на его свойства. Поскольку исследования, связанные с охотниками, часто затрагивали крайне научные явления, практические эксперименты были необходимы. Однако в приложении к проекту, которое представил Ли Доджун, содержались именно те выводы, которые они пытались доказать.
Он никак не мог проводить эти эксперименты сам... Тогда как? — удивлялся Хочхоль.
Например, в документе объяснялось, как сердце орка при нагревании до шестидесяти градусов Цельсия выделяет ликопин и лимонную кислоту, которые можно использовать для временного растворения ржавчины с артефактов. И наоборот, при заморозке оно подвергалось процессу ионизации, вызванному серной и азотной кислотами, что вело к быстрой коррозии.
В конце коридора они дошли до Отдела исследований артефактов, расположенного напротив кабинета директора. Если бы не табличка на двери, комнату вполне можно было бы принять за тесную квартиру-студию, заваленную разбросанными повсюду вещами.
— Извините за беспорядок... Я всё собирался убраться, но работа накапливается, — извинился Хочхоль.
— Понимаю.
Изаас, явно обделённый чувством такта, пробормотал:
— Ого, да тут реально гадюш...
Доджун щелкнул пальцами, создавая в воздухе рябь, которая заставила Изааса замолчать. Прошло около трёх секунд, прежде чем Изаас снова обрёл дар речи. Сразу после этого Доджун достал из кармана конфету и сунул её Изаасу в рот.
— Помните прошлый год? Вы помогли ответить на кучу моих вопросов здесь. Благодаря вам нам оставалось только проверить всё экспериментально. Кстати, вы не думали об этом с тех пор? Предложение всё ещё в силе, — произнес Хочхоль, упоминая приглашение присоединиться к Лаборатории, от которого Доджун уже отказывался раньше и не собирался принимать сейчас.
В ответ он просто улыбнулся, и Хочхоль понимающе усмехнулся.
— Я знаю, что оставлял это где-то здесь...
Хочхоль порылся в стопках документов на своем столе.
Это был список Скрытых элементов и отчёт о синтезе артефактов, полученный им от Ёнчула тем утром. Прежде чем что-либо обсуждать, он планировал сначала показать этот документ Доджуну.
В этот момент на мониторе прозвучал звуковой сигнал, возвестивший о приходе сообщения. Оно было от руководителя группы Пак Дэу из Отдела исследований монстров.
Пак Дэу: Сэр, я отправил вам анализ состава сухожилий огра. И еще... я серьезно иду домой.
Доджун бросил взгляд на экран. Это был простой обмен репликами, но даже по этому короткому сообщению он понял, насколько измотан Пак Дэу.
— Я слышал, вы также курируете Отдел исследований монстров. Это должно быть утомительно, — заметил он.
— Это уже просто часть рутины. Раньше было хуже, но после приостановки крупного проекта ситуация немного успокоилась. Это было нашей главной задачей, но в прошлом году Шеф внезапно приказал её приостановить.
— Вот как.
В то время это дело попало в заголовки газет.
С отчетливым хрустом Изаас принялся жевать конфету.
— Честно говоря, мы все вымотались. Драконы — существа неуловимые. Поймать одного невозможно, а получить даже нетронутый труп — редкая удача. Единственные наши образцы — это два когтя с рейда на Масалиса четыре года назад... С тех пор появлялись еще два дракона, но мы понятия не имеем, где они сейчас. И нас продолжают спрашивать, почему они появляются только в Корее. Как будто мы знаем.
Хочхоль прервался.
Даже сейчас судьба Масалиса оставалась неясной.
Глубоко вздохнув, Хочхоль продолжил:
— В общем, дракон...
Хрусь.
— Исследования...
Хрусь.
Наконец, Изаас и Хочхоль встретились взглядами. Хочхоль уже встречался с Изаасом в прошлом году и знал, что тот был монстром ранга F, которого приручил Доджун.
После долгой паузы Хочхоль произнес:
— Изаас, как насчет того, чтобы дать тебе тысячу вон? Сможешь купить себе напиток в автомате, пока мы разговариваем.
— О-о-о, ладно! Звучит неплохо!
Взяв купюру, Изаас в восторге побежал к торговому автомату.
— В общем, именно поэтому исследования драконов были временно приостановлены. Они просто слишком загадочны, — заключил Хочхоль.
В этот момент дверь со скрипом отворилась, и там предстал Изаас с растерянным видом:
— Э-э... Мистер! Автомат сожрал мои деньги!
— Опять? Эта штука вытворяет такое по меньшей мере раз в день...
Почесав затылок, Хочхоль вышел в коридор, чтобы помочь Изаасу.